Великий план
Шрифт:
— А как в глубине островов? — спросил Ричиус. — Разрушений не так много?
— Нет, слава богу. Большинство каналов слишком узки для дредноутов. И существует целая система шлюзов и плотин. Никабар пытался высаживать десанты, но они не знали местности, и их неизменно уничтожали. У нас нет дорог, по которым можно было бы перевозить тяжелые грузы, так что привычная тактика Нара здесь не работала.
— И они просто продолжали вас обстреливать, — вздохнул Ричиус. — Поразительно.
— В течение десяти лет, — откликнулся Марус. Он закрыл глаза, вспоминая те кровавые дни. — Но теперь это позади. Теперь для Нара пришла пора расплаты.
— Расскажи
— Вроде как, — ответил Марус и указал на резное изображение на носу лодки — необычную двухголовую рыбу. — Это и есть харан.
— Это? Так это рыба?
— Не просто рыба, — возразил Марус. — Харан. Это слово означает «божественный» или что-то в этом роде. Лиссцы раньше верили, что хараны — это боги. Это потому что они такие умные. Они все еще сохранились, но их очень мало. И все они живут в водах вокруг дворца королевы.
— Выглядят они просто невероятно, — заметил Ричиус. — А они большие?
— Бывают. Но обычно не больше человека.
— Что? — изумленно проговорил Ричиус, отшатываясь от борта. — Такие большие?
— Когда мы будем во дворце, ты их увидишь, Ричиус. Несколько харанов живут у королевы в водяном саду. Я не сомневаюсь, что она их тебе покажет, если ты попросишь.
— Расскажи мне о королеве. Какая она? Марус расплылся в улыбке.
— А это я предоставлю тебе самому вообразить, друг мой. Только поверь моим словам: королева Джелена — женщина совершенно необыкновенная. Я уверен, что она тебя поразит.
Ричиус перевел взгляд на заснеженный горизонт.
— Я в этом не сомневаюсь.
Почти час лодка медленно плыла по каналу. Гребцы работали веслами ровно и слаженно. Водная нить немного сузилась. Местами она разветвлялась, соединяясь с такими же каналами, и повсюду вокруг поднимались странные здания Лисса. Над головой парили огромные мосты — древние сооружения из резного камня, заполненные народом, спешившим по своим делам. Руины остались позади — лодка плыла уже по самому сердцу Лисса, куда не мог добраться огонь нарских дредноутов. Разрушения сменились чудесными творениями архитектуры. Неспешное движение помогло Ричиусу расслабиться. Он поражался удивительным картинам. Легкий снег припорашивал ему волосы и ресницы, напоминая об Арамуре. Он снова вспомнил Дьяну и Шани и подумал, как бы им здесь понравилось. Когда-нибудь он привезет их сюда и покажет им все эти диковины. Когда везде наступит мир, появится время, чтобы наслаждаться такими радостями.
Пракна и Марус остались на корме лодки с матросами, так что Ричиус стоял на носу один. Ричиус подумал, что так, быть может, они пытаются помочь ему привыкнуть к своему новому дому. Он был рад возможности побыть наедине с собой. Всего несколько дней назад перспектива создания лисской армии казалась ему далекой грезой, но теперь он находился в Лиссе. Ему по-прежнему не давало покоя то, о чем он говорил Пракне в Фалиндаре: он был далеко не уверен в том, что задача окажется ему по силам. Но, кажется, у людей, махавших ему с балконов и мостов, таких сомнений нет. Не ждет ли их разочарование?
Спустя долгий час узкий канал вдруг распахнулся в огромное озеро кристально-зеленой воды. В дальней части озера находился остров, отделенный от всех остальных, и ни один мост к нему не вел. Остров окружали зелено-золотые лодки, на нем поднимались высокие холмы, усеянные деревьями. В центре острова стояло простое здание из
Ричиус потрясение смотрел на замок. Он видел Черный город, его знаменитый собор и мрачный Черный дворец. А последний год он провел в Фалиндаре — цитадели, чью красоту он считал несравненной. Однако замок королевы Джелены был не похож на все эти здания. Он казался вдохновенной грезой архитектора. Если бы у Бога был на земле дом, он должен был бы походить на этот замок.
— Я покорен, — тихо проговорил Ричиус.
Ему было все равно, кто услышит эти его слова. Замок разбудил в нем какое-то новое чувство — чувство, которое заставило его с новой силой затосковать о родине и укрепило его решимость сражаться против Нара. Услышав его слова, Пракна подошел к нему, разделяя его восторг.
— Это остров Харан, — сказал командор. — Тут живет королева.
— Он поистине великолепен, — откликнулся Ричиус. — Кажется, я ничего подобного в жизни не видел. Почему вода поднимается так высоко?
— Подземные ключи. Создатели замка захотели их использовать и для того построили водяные ворота. — Адмирал вздохнул. — Всякий раз, когда я вижу этот замок, мне хочется плакать. Для лиссца этот остров — символ всего, за что мы сражаемся. Это сердце нашей родины.
— Марус не пожелал рассказывать мне о королеве Джелене, — пожаловался Ричиус. — А вы расскажете? Пракна покачал головой.
— А мне казалось, что Лиссом правил король. Что случилось?
— Король Тири умер. Пусть королева сама тебе объяснит.
— Зачем она хочет меня видеть? — допытывался Ричиус. — Вы не знаете?
— Хватит, Вэнтран, прошу вас. Я не сомневаюсь, что у Джелены есть основания желать с вами встречи. Зачем строить догадки, когда вы и так все скоро узнаете? Я сейчас говорил с ее гвардейцами, которые нас сопровождают. Они отведут вас к ней. Одного. Я даже не буду присутствовать при вашей встрече.
— Почему?
— Потому что такова ее воля, — ответил командор. — а теперь хватит вопросов. Наслаждайтесь моментом. Утром все переменится. Мы примемся за работу, вы и я. Но сегодняшний день принадлежит вам. Эта минута — ваша. Сегодня вы герой, Ричиус Вэнтран.
Его слова звучали настолько непререкаемо, что Ричиус не смог ничего больше сказать. Королевская лодка плавно приближалась к острову. Небольшое суденышко преодолевало расстояние до берега медленно, а когда оно наконец пристало к берегу, гвардейцы королевы Джелены, управлявшие лодкой, взяли на себя и ее швартовку. Ни Пракна, ни Марус не предложили им своей помощи. В соответствии со своим высоким положением они только смотрели, как другие работают. Когда лодка пришвартовалась, Пракна жестом предложил Ричиусу сойти на берег первым.