Великая Рыба
Шрифт:
– Пожалуйста, я не на работе.
– Меня интересует один нескромный вопрос, и пока я его не задам, не смогу успокоиться.
– Я не замужем. Но это не значит, что можно ломиться ко мне в постель.
Данилевского немного покоробила такая прямолинейность, в поведении Ольги был явный перебор. «Большого о себе мнения, – подумал он. – И додумывает слова за меня, а ведь я хотел другое спросить. Но, в общем-то, она близка к истине, ради приятного бонуса всё это и затевалось… Что ж, тем интереснее».
– Хм. Вообще-то, я о другом. О деньгах, которые Вы не берете.
Ольга с удивлением посмотрела на Данилевского, и он пояснил:
–
Смягчившись и, явно польщенная, она начала объяснять:
– Видите ли, взятками можно нажить крупные неприятности. Мой диплом и годы, проведенные в институте, не стоят тех денег. Ваша жена – простите, бывшая жена – по-моему, чудовищно неправа. Если кто-то и взял ее деньги, это не значит, что так поступает каждый врач. По крайней мере, можно принять благодарность в конверте, но только тогда, когда пациент идет на поправку. А тяжелый больной – вдруг он завтра умрет? А потом будут претензии: как же так, вы деньги взяли и не уберегли… Как будто человек – это механизм какой-то.
– А разве нет? – вновь улыбнулся Данилевский.
– Конечно же, нет! Каждый индивидуален. У каждого есть свои особенности.
– Никогда не задумывался об этом. Признаться, я частенько слышал о том, что врачи требуют денег, но теперь, благодаря Вам, понял, что это не так.
– Это все средства массовой информации. В газетах – сплошные разборки врачебных ошибок и ни слова о достижениях. Все читают, и создаётся картина, будто мы не лечим, только взятки берём. Хоть бы кто-нибудь рассказал, как мы тяжелых больных спасаем.
Меж тем они дошли до автобусного кольца. Около столбика с желтой вывеской номеров стояло две полупустых маршрутки.
– Ну все, вон моя стоит, – указала Ольга на одну из них. – Я поехала.
Поехала? Одна? А ведь сначала соглашалась, чтобы ее проводили до дома, отметил про себя Данилевский.
– Оля, а телефон?
– До свидания.
Она хотела было убежать, но Данилевский мягко взял ее за руку:
– Оленька, обманывать не хорошо. Вы обещали.
– Ничего я не обещала, – ответила она и примирительно добавила: – запишите мне свой. Я отдохну – и сразу же позвоню вам. Но берегитесь, если нарвусь на жену!
«А вы, Ольга Ивановна, злючка. Это даже забавно!» – думал Данилевский, царапая на клочке бумаги свой рабочий и домашний номер. Мобильный он не написал – входящие и исходящие звонки тогда стоили очень дорого, экономия была в порядке вещей.
– Телефоны готовы, – сказал он, – протягивая записку. – Не захотите встречаться – я не настаиваю. Но вдруг я понадоблюсь Вам как программист?
– Так вот, значит, чем Вы занимаетесь, – улыбнулась Ольга. – Компьютера у меня нет, но всё равно – интересно!
6
Лабиринт
На работе до вечера Данилевский хмуро сидел за монитором, по привычке иногда выходя на перекуры. Он даже пытался курить за рабочим столом, но тут же был одернут некурящими коллегами – женщинами, старавшимися вести здоровый образ жизни. Их было всего две, но от их принципов страдал весь отдел. На минутку прибегала Майская – худая бухгалтерша, не устоявшая перед чарами Борьки Загребина. Она была настолько высокого роста, что приходилась вровень Данилевскому. Свои короткие волосы Майская постоянно перекрашивала, и сейчас они были неестественно бордового цвета. Цвет назывался «дикая слива». Еще Майская носила
А вечером позвонила Лана.
– Приходи завтра ко мне, – сказала она.
«С чего это вдруг?» – удивился Данилевский. Оказалось, Лосев уехал в срочную командировку.
– И на долго он отбыл?
– Не знаю точно. Дня на два – три.
Данилевский возмутился:
– Ты соображаешь, куда зовешь меня? Чтобы я очутился героем плохого анекдота, когда внезапно возвращается муж?
Конечно, он немного лукавил – он бывал у нее дома в отсутствие Лосева. Сколько горячих ночей было проведено в той квартире!.. Но теперь Данилевский, вспоминая об этом, удивлялся, как мог тогда на такое решиться.
– Ну что ты, – возразила тем временем Лана, – мне самой это не выгодно. Я-то больше тебя потеряю. Так что не беспокойся – все под контролем.
Данилевский усмехнулся:
– Может, тогда переедешь наконец ко мне, и нам не придется больше прятаться?
Она замялась и, стараясь смягчить разговор, сказала:
– Данте, миленький, я сейчас не могу этого сделать. Ты же знаешь нашу ситуацию…
Он знал. Он слышал об этом уже в течение нескольких лет: Антон должен полностью выкупить свой бизнес, тогда они станут независимы от партнеров, и можно будет развестись. Говоря по правде, Данилевский не совсем понимал, какое отношение бизнес имеет к браку, но спорить с Ланой было крайне сложно.
– Я вечером дома и буду тебя ждать, – предложил он.
Они еще поболтали о чем-то – именно поболтали, это был разговор ни о чем, – и распрощались. «Надо Алле деньги вернуть», – вдруг вспомнил Данилевский. Предназначенная для больницы купюра все еще находилась у него.
Дозвониться до бывшей жены оказалось делом не простым. В результате телефонного разговора вечер грядущего дня обещал быть необычайно насыщенным: Данилевский поочередно ждал в гости и любовницу, и бывшую жену. Он даже немного забеспокоился, что может произойти накладка, но вскоре беспокойство сменилось усталостью. Как же они обе издёргали его своими «хочу-не хочу», «могу-не могу» и «ты бы сходил, ты бы сделал»… «Если одна опоздает или другая вздумает прийти раньше, им же хуже», – бесстрастно подумал Данилевский и включил Интернет.
Сайт независимых новостей. Заголовки манили:
«Миллениум: будет ли конец света?»
«До краха компьютеров остается девять с половиной месяцев»
«Коронованный долгожитель празднует сто шестидесятый день рождения».
* * *
После юбилея Короля-Мумии минуло всего две недели, а у Густава Девятого уже появился повод для визита в Эвентурское королевство, где царствовала королева Августа.
Весь день Виктория не могла найти себе места. «Встреча лидера государства» – момент, когда Густав с сопровождающими выходили из небольшого белоснежного самолета на яркие ковровые дорожки, был наполнен особенного волнения. «Он приехал. Боже, как скоро это случилось… А вдруг у него действительно только деловой интерес?» Виктория с волнением наблюдала, как вслед за монархом из самолета появляется его свита. Министр финансов, министр иностранных дел… Советника по социальным вопросам не было, хотя раньше Густав Девятый брал ее с собой повсюду. Отсутствие тощей дамы вселяло в Викторию надежды.