Век Дракона

Олегович Гарин Александр

– Так я и знал, - ни к кому особо не обращаясь, просипел он и закашлялся.

– Что с Коннором?
– едва дождавшись окончания его приступа, с тревогой спросила эрлесса, прижимая руки к груди.
– Он жив?

Дайлен мотнул головой на неподвижного мальчика.

– Скоро проснется, - он поднялся на ноги и, качнувшись, оперся на столик, едва вновь не угодив в лириум рукой.
– Только я бы советовал расковать. У него, наверное, и ноги и руки затекли.

– Ты не ответил на вопрос. Что случилось в Тени? Демон мертв?
– неприязненно и с нажимом переспросил

Харрит. Сделав над собой усилие, он спрятал меч в ножны. Не отвечая ему, Дайлен обернулся к Винн.

– Разбуди его, если сможешь, - попросил он, кивая на сына эрла.
– Пусть убедятся.

Винн склонилась над мальчиком и провела рукой по его волосам и лицу. Коннор дернулся, как до него маг, со свистом вбирая в себя воздух. На глазах взволнованной матери он широко открыл глаза и отшатнулся, увидев склоненное над собой чужое лицо. Потом поднял глаза, и его расслабленный рот дернулся.

– Ма… ма… мама!

Никем уже более не сдерживаемая эрлесса бросилась к сыну. Айан прикрыл крышкой сделавшееся ненужным блюдо, и отодвинул в сторону вместе со столиком - подальше от греха. Глядя, как леди Изольда покрывает поцелуями лицо жмущегося к ней Коннора, Теган шагнул к Дайлену и протянул ему руку.

– Мы вновь в долгу перед тобой, Страж, - начал было он, но его прервал вскрик мальчика, который пытался дрожащей рукой указать на мага, но не мог из-за мешавших ему тяжелых кандалов.

– Он! Он…

Эрлесса тоже обернулась на Дайлена, не выпуская сына из объятий.

– Что, милый?

– Он… убил…

– О чем ты говоришь, любовь моя?

– Он… убил… рогатую даму. Мама! Мы были вместе. Дама… она просила его… просила его отпустить ее! С ней было так весело… весело и страшно! А потом пришел он. И убил ее. Сжег! Он маг, мама! Злой маг!
– Коннор отвернулся от хмуро глядевшего Дайлена, и, всхлипывая, спрятал лицо у матери на груди.
– Она так горела… так горела и визжала… и горела… Он тоже отступник, мама? Ка… как Йован?

– Нет, - эрлесса вновь прижала сына к себе, глядя, как комнату постепенно покидали все лишние из присутствующих.
– Он не отступник. Это добрый маг. Он вернул мне тебя. Хвала Создателю, ты прежний. Как я люблю тебя, милый…

Часть 1 - 56.

– О Создатель, неужели это происходит?

Отвечать не хотелось. Приятная теплая тяжесть лежала на глазах, по горячему телу ползла сладкая истома. Крепкие молодые мускулы были теперь расслаблены, и даже сердце стучало в груди как будто глуше. Всеобщее блаженство лишь немного портила правая рука, упиравшаяся во что-то шершавое и порядком измочаленное, но сил отодвинуться уже не было. Казалось, ничто в целом мире не могло заставить теперь…

Хлопнувшая дверь, и прошелестевший по ногам холодный воздух возвестили прибытие кого-то еще. Хотя понятно было - кого. Настолько понятно, что глаза решили это сами, и не раскрылись.

Мигом позже все же оказалось, что раскрыться им придется.

– Брачное ложе Андрасте! Ты только взгляни на него!

С большой неохотой и немалым трудом Алистер поднял руку и сдвинул лежавшее у него на лбу мокрое полотенце. Однако,

мигом позже, когда он с неимоверными усилиями поднял голову, чтобы узнать, что заставило товарища поминать невесту Создателя, оказалось, что его старания полностью окупились.

Купальная парная эрла была жарко натоплена и полна пара, однако явившийся в нее Дайлен оказался полностью одет. Простой темный камзол и высокие сапоги выгодно подчеркивали достоинства его ладной фигуры не мага, но воина. Обличье Амелла можно было бы признать пригодным как для городских трущоб, так и для королевского приема. Сочетание изысканности и простоты его одежды говорило о хорошем вкусе - если не самого Дайлена, то распорядителя эрлессы Изольды, к которому он, по-видимому, и обратился.

– Зачем ты так обрядился?
– с искренним недоумением поинтересовался Айан. Дайлен уклончиво повел плечом, стирая мгновенно выступившую испарину со лба.

– Сегодня я уже ничем не могу послужить Ордену, - он помялся, что никогда не было ему свойственно.
– Могу я уйти на весь вечер?

Кусланд и Тейрин переглянулись, для чего Командору пришлось высоко задрать голову из бадьи с горячей водой, где он сидел, а Алистеру наоборот, опустить ее, чтобы видеть товарища с высокой деревянной полки, на которой он полулежал рядом с двумя вениками - старым, измочаленным об Айана, и относительно свежим, припасенным для мага.

– Чтоб у архидемона рога поотпадали!
– прозрел Алистер, хлопая свежим веником по колену.
– Если он собрался не к женщине!

Дайлен вскинул на него глаза и снова, против обыкновения, не стал язвить. Он ждал ответа Командора. Айан пожал плечами, сползая глубже в бадью.

– Где тебя найти в случае нужды?

– Третий дом от храма в сторону порта, - не отвел взгляда маг.
– Спросите Кейтлин, дочь повитухи.

– Ты не можешь идти, - серьезно встрял Алистер, тщательно скрывая зависть в голосе.

– Почему?
– удивился Дайлен. Айан покосился в сторону Тейрина. Ему тоже требовались пояснения.

– Не можешь, - подтвердил тот с самым испуганным видом.
– Ты забыл побрызгаться орлейскими духами!

В следующий миг он с воплем подскочил на месте. Обвившееся вокруг него облако пара опало на скамью и кожу самого Алистера охлажденными каплями влаги. Дайлен сложил руки на груди.

– Поосторожнее с магией, - серьезно предупредил Кусланд, косясь на кусавшего губы Алистера.
– Если ты испортишь еще и этого сына Мэрика, найти другого будет непросто.

– Ты так говоришь, словно я уже точно испортил, по меньшей мере, одного сына этого распутного монарха.

– Иди, - Кусланд прикрыл глаза, откидывая голову на край бадьи. Втожение Амелла и его тоже вывело из состояния приятного оцепенения, что обычно охватывает очень усталого человека в горячей воде. Хуже того - разбудило любопытство. И, хотя Айан прозорливо решил, что для его удовлетворения можно будет подыскать более подходящее время, обратиться к Дайлену с расспросами его подмывало не меньше, чем ерзавшего на своей полке Алистера.
– Но к утру ты должен вернуться в замок.