Век Дракона
Шрифт:
Это сделалось его последней здравой мыслью перед тем как, утомленные нетерпением коты почти одновременно и беззвучно бросились вперед.
Часть 2 - 24.
Прикрыв за собой дверь в жаркий и разнообразно пахнущий коридор, лесная ведьма обернулась на снятую в харчевне комнату и подняла брови.
– Что произошло тут, остроухий? Убить тебя пытались?
Зевран с трудом выпрямился, бросая мокрую губку в таз с красной водой. Стена возле его постели, сама постель, и пол оказались забрызганы свежей кровью. Кожа на животе и груди эльфа была испещрена надорваными проколами,
– Командор довольно… оригинален в своих развлечениях, - неожиданно сиплым голосом пояснил Зевран, поднимаясь на дрожащие ноги. Доковыляв до сделанного в углу комнаты отверстия, ассасин слил туда таз и, вернувшись к лежанке, из кувшина налил себе чистой воды. Движения его были рваными и, похоже, каждый шаг причинял сильную боль.
– Обычно, я и сам не против… самых разнообразных экспериментов, но если так пойдет дальше - боюсь, этот эксперимент станет последним в его жизни… да и моей тоже.
Поморщившись, он неловко присел на край лежанки. Морриган подошла ближе к возившемуся на матрасе эльфу, который, по-видимому, искал и не мог найти лежачего положения, которое не причиняло бы ему неудобства.
– Откуда крови столько? Следы эти на шкуре - единственное, что тревожит тебя, остроухий?
Тот усмехнулся, и отрицательно покачал головой.
– Боюсь, что нет, моя чародейка. Но если я признаюсь тебе, где еще болит - боюсь, по возвращению Командор сам меня убьёт. Таким суровым мужам, как мой молодой Страж, присуща особая стыдливость. В особенности, с м… малым опытом в… эм… определенного рода делах.
Он закусил губу, прикрывая глаза и, по-видимому, переживая очередную вспышку боли.
– И теперь пытка длится?
– Нет, теперь уже нет. Уже две четверти меры времени, как его оставили в покое. Это… последствия.
Морриган досадливо поморщилась, присаживаясь рядом с эльфом на каменную кровать.
– А болезнь, малефикарумом вызываемая? Не появлялась вновь она?
– Нет. С тех пор, как мы сняли комнату здесь, в Пыльном городе, от магии я больше не страдаю. Командор рядом… то есть, меньше, чем в мере пути.
– Все равно, много, - окутанные синим целительским светом пальцы лесной ведьмы легко пробежались ото лба Зеврана, почти до его ступней. Затуманенный болью взгляд эльфа прояснился и он сел, убирая от лица слипшиеся в поту и крови светлые волосы.
– О, благодарю, моя прекрасная ведьма. Так легче. А… шрамы ты сможешь свести?
Морриган фыркнула.
– Уцелеть сперва попробуй. Куннари наш с Беленом добился встречи. Тот вне себя от ярости. О происках Харроумонта все твердит. Дескать, специально тот похитил Командора, узнав, что принца поддержал он.
– Глупости, - Зевран поднялся на ноги и неверяще сделал шаг, затем подпрыгнул, возвращая грацию и ловкость исцеленному от боли телу.
– Будь это Харроумонт, о котором мы так много слышали, но еще ни разу не видали, ему уместнее всего было бы убить нашего общего… гм… друга. Или, если он перестраховщик, что не
– Весь город гудит о планах принца и новой экспедиции на Глубинные тропы, в которой участвуют Стражи. Рыжий рыцарь не может знать ничего, что могло бы заинтересовать этого гнома. Ну, или это я не знаю всего. Но что-то мне подсказывает - все же я прав.
Лесная ведьма пожала плечами, поднимаясь с лежанки.
– Проверить трудно нам. Где угодно может быть Командор. Принц Белен четырех своих охранников нам дал. С тем, чтобы рыжего найти. Пойду я, остроухий. Срок экспедиции - на завтра. Не состоится ежели, посмешищем окажется для Орзаммара будущий король. И что-то мне подсказывает - нам этого не спустит.
– Будь осторожнее, - Зевран собрал пропитанную его кровью постель, скомкал и зашвырнул ее в угол.
– Кто бы ни был, он и на нас может охотиться. Даже, скорее всего. И… это. Пришли кого-то, чтобы все здесь прибрал, моя чародейка. Будь добра.
Морриган ушла. Некоторое время Зевран постоял, осматривая урон, нанесенный ему кровной связью с Командором Серых Стражей, потом подошел к разложенному на столе доспеху. Пробежав пальцами по вшитым в дубленую кожу пластинам, он взял в руки свой короткий меч и, выудив из сумки тряпицу, принялся задумчиво натирать его лезвие.
В дверь постучали. Зевран повернул голову - вовремя, чтобы увидеть шагнувшего в комнату тонконосого широкогрудого гнома. Никаких принадлежностей для уборки с ним не было, зато ладони лежали на рукоятях длинных кинжалов. На миг взгляды гнома и эльфа встретились, но, вместо того, чтобы наброситься на свою предполагаемую жертву, убийца, не спуская глаз с наземника, быстро прикрыл дверь и приложил палец к губам.
– Вот только поори мне тут, эльфенок, - счел нужным предупредить он.
– И так рискую, что приперся сюда. Помоги мне предки не ошибиться!
Зевран поднял брови. Странный пришелец задвинул дверной засов. Оружия он по-прежнему не вынимал.
– Что у тебя тут за погром?
– обозревая потеки крови на стене и полу, негромко удивился гном. Антиванский ворон хмыкнул, держа, однако, свой меч по-прежнему наготове.
– Ты уверен, что не ошибся комнатой, любезный?
Гном, в свою очередь, хмыкнул в ответ.
– Теперь уж не знаю. Может, и ошибся. Или все-таки это твои друганы ищут рыжего наземника, который два дня орал в пыточной у Джарвии, что он - Серый Страж, и кровь ему пускать нельзя, а теперь уж тоже орет, но просто?
Зевран кашлянул бывшим только недавно сиплым горлом.
– Ты, собственно, кто?
– спокойно поинтересовался он. Гость неопределенно кивнул куда-то вбок.
– Я из Хартии, - и, видя, что наземник не понимает, скорчил недовольную мину.
– Что, неужто не слышал? Хартия крепко держит Пыльный город, а с тех пор, как власть взяла Джарвия - и весь Средний Орзаммар. Самые отчаянные из наших уже и в Алмазные залы зачастили, так что властям бы пора начать чесаться, пока оно не зашло слишком далеко.