Ведь я еще жива
Шрифт:
– Слышишь, Кис, – возбужденно кричал ему Димыч в телефон, – с задания! И ты знаешь с какого? Он отвозил Кристину в морг!!!
– И она… Что с девушкой?
– Жива пока!
– Етить твою в дышло, – произнес Кис, любитель затейливых выражений. – Говори адрес!
– Это в ближнем Подмосковье, туда недолго ехать… Пишешь? Я диктую….
Алексей с Геной пулей спустились вниз. Алексей позвонил Сереге из лифта – попросил выслать наряд для ареста Крикалова. За него Кис не волновался – благородная жирненькая
Игорь сидел в машине – стерег, так сказать, Фролова, засунутого в багажник на время переговоров с Крикаловым во избежание неожиданных эксцессов.
Они вытащили замерзшего Павла Николаевича из багажника – ночи были холодными, термометр опускался до минус одного-двух – и вернули его в салон: отогреваться. Кис никак не мог допустить, чтобы он помер до суда. Потом, в тюрьме, сколько угодно, но уже после суда!
– Куда мы едем, Алексей Андреевич? – спросил Игорь.
– За Кристиной, – ответил детектив.
– Куда? – упрямо повторил Игорь.
– Прежде всего: я думаю, что у нас высокий шанс на то, что Кристина еще жива, слышишь?
– Слышу. А куда мы все-таки едем?
Алексей не мог соврать. Все равно Игорь сидит в его машине и вскоре увидит пункт назначения.
– В морг, Игорь.
Парень умолк, больше ничего не спросил, отвернувшись к окну.
Детектив ввел адрес морга в свой GPS и рванул. Ночью московские улицы свободны, и доехали они быстро.
VII
…Городской морг – это совсем не то, что оный при больнице, где подконтрольно и подотчетно – и почти почетно! – располагаются тела скончавшихся в больнице пациентов, нет! Городской морг задыхается от трупов замерзших или убитых бомжей, жертв бытовой поножовщины, пьяных драк и семейных разборок.
В городские морги свозились обезображенные трупы жертв ДТП и прочих несчастных случаев с летальным исходом, не вызывавших подозрений в преднамеренном убийстве.
Трупы, которые подобные подозрения вызывали, удостаивались лучшей участи: они направлялись в судебно-медицинский морг, где могли рассчитывать на большее внимание, хоть и пост мортем…
В этом нескончаемом ежедневном потоке обезображенных тел, поступающих в рядовой городской морг, в этом скорбном собрании трупов, которые далеко не всегда забирают для похорон, в этих переполненных холодильниках – во всем этом бардаке так легко спрятать под какой-нибудь белой простыней лишнее, неучтенное тело! Еще живое, но обездвиженное, связанное или парализованное действием каких-то психотропных средств, соображал по дороге Кис…
На этот раз они Фролова в багажник засовывать не стали: и время дорого, и за городом холоднее. Проверив состояние наручников и скотча, которым были склеены его ноги и надежно закрыт рот, детектив велел Игорю сторожить пленника: «Из машины – ни ногой, понял?!»
У входа на продавленном
Увидев спецназовца, санитар икнул и, отодвинувшись от дверей, безмолвно и почтительно пропустил посетителей в морг.
Следуя по коридору, они обнаружили дежурного патологоанатома, спавшего на топчане в небольшой комнатке по соседству с прозекторской. Его растолкали с трудом.
– Григорий Заенко? – спросил его детектив.
Прозектор некоторое время махал рукой в воздухе, словно отгоняя муху, – пытался прогнать с глаз долой черное лицо спецназовца, как дурной сон. Но оно исчезать не хотело, дурной сон никак не кончался.
Детектив с Геной посадили его. В вертикальном положении соображается лучше.
– Григорий Заенко? – повторил детектив.
– Нет, я Потапов… А это кто? – кивнул он на Гену.
Крепкий алкогольный дух резко ударил в ноздри детектива. Не перегара запах, а вполне свеженький, от недавнего употребления. Кис осмотрелся. На столе, напротив топчана, стояла бутыль с истершейся этикеткой «Боржоми». Алексей отвинтил пробку, понюхал: так и есть, чистый медицинский спирт.
– Это спецназ. Неразведенный пьете?
– Да нет, почему… – Потапов почесал бок. – А зачем он сюда пришел?
– Отвечайте «да» или «нет».
Потапов почесался в паху.
Алексей взял со стола мутный стакан, понюхал.
– Я в нем развожу, – прозектор кивнул на стакан.
Стакан и впрямь пах не так яростно спиртом. Разводил, значит. Ну что ж, тем лучше. Значит, он пьян не столь уж сильно.
– Где Заенко?
– Это главный патологоанатом, он по ночам не дежурит, начальство же, – скривилось в саркастической улыбке мятое лицо Потапова.
Первым делом Алексей выяснил у Потапова адрес и телефон Заенко и немедленно позвонил Сереге. Старому дружбану Сереге Громову, который не спал, который бдел, который держал в руках все нити операции, множившиеся безостановочно: там бандитов из фроловского дома вывозили, там лаптевское жилище исследовали, там машины бандитские отлавливали на темных ночных дорогах, там к Крикалову отправлять наряд, там… Вернее, это будет уже не там, а тут: по адресу Заенко, переданному детективом, Серега сейчас вышлет бригаду!
Как у него это получалось, Кис не знал.
Отделов на родной Петровке имелось до фига и на все случаи жизни: похищениями людей занимался отдел по похищениям людей, бандитами занимался отдел по борьбе с организованной преступностью и так далее. И, как водится, между ними существовала не всегда здоровая конкуренция. Однако же у Сереги часто выходило так, что на момент масштабной операции чуть не вся Петровка, без малейшего протеста, спора или ссоры, оказывалась под его неформальным руководством.