Вечный ястреб

Геммел Дэвид

В сумерках друиды вышли из леса над перевалом, где прятались, и занялись ранеными горцами. Маггриг, которому наложили десять швов на бедро и двенадцать на рану в боку, смотрел, как снижается над трупами воронье.

Убитых горцев несли на равнину – завтра там сложат могильный курган. Из восьмисот Паллидов уцелели едва ли двести, и почти все они были ранены. Больше тысячи Фарленов, четыреста Дунильдов и Григоров остались на поле брани. Но лордам обоих кланов, которые под конец бились спина к спине, капризная

судьба сохранила жизнь.

Настоящая бойня, подумал со вздохом Маггриг.

Леофас, тоже зашитый и перевязанный, присел на валун рядом с ним.

– Вот мы и победили.

– Да. Столько молодых полегло, а мы, старики, по-прежнему дышим.

– Так ведь мы хитрые.

– Ты Касваллона не видел?

– Нет. Пойдем-ка повидаемся с королевой. Надо сказать ей спасибо, по меньшей мере.

Они побрели, поддерживая друг друга. Вороны, слишком отяжелевшие для полета, отпрыгивали с дороги.

За выходом из ущелья стояли спутанные кони и горели костры. Королева, сидевшая со своими капитанами в середине, встала при виде двух горцев.

– Налей им вина, Обрин.

– Благодарю тебя, госпожа, – сказал Маггриг. – Ты спасла мой народ.

– Я рада, что мы подоспели вовремя. Я многим обязана Красному Ястребу и счастлива хоть чем-то отплатить ему за верную службу.

– А где же он сам? – спросил Маггриг.

– Не знаю. Мы договорились встретиться с ним на Валлоне.

Двое кавалеристов принесли седла, и Сигурни пригласила вождей сесть.

– Я хотела бы поговорить с одним из ваших людей – сегодня он спас мне жизнь, – сказала она.

– Трудновато будет найти его среди прочих, – заметил Леофас.

– Только не этого. У него в волосах белая прядь и левый глаз налит кровью.

– Да, я его знаю. И пришлю к тебе, если он жив.

Обрин принес подогретого вина, и все в молчании выпили.

На следующее утро, когда стали строить курган, большинство кавалеристов вернулись домой через Врата, возникшие на равнине ночью. Но Сигурни с Обрином и еще двадцатью людьми осталась.

Леофас нашел Гаэлена в лесу, где тот сидел рука об руку с хестенской девушкой. Юноша встал и представил Лару пожилому воину.

– Я уже встречался с тобой, – поклонился Леофас, – но теперь ты еще больше похорошела.

– Спасибо. Рада видеть тебя живым.

– Мог бы и не выжить, кабы не ты со своими лучницами.

– Счастливый случай. Мы свернули к северу, чтобы не наткнуться на аэниров, и оказались возле самого Икерна. Но как королева узнала о месте сражения? Гаэлен говорил, что она должна прийти в Аксту, а от Аксты до Икерна день езды.

– Она сама толком не знает, – сказал Леофас. – Один Касваллон может на это ответить. Пойдем к королеве, парень, она хочет видеть тебя. Только скажи мне сперва, где Лейн.

Гаэлен смотрел ему в глаза, не находя слов. Улыбка пропала с

лица Леофаса.

– Столько убитых, – прошептал он, постарев на глазах. – Расскажи, как это случилось.

Гаэлен рассказал, не сумев скрыть ужаса, в который привела его гибель Лейна. Леофас выслушал его молча и один ушел в лес.

– Идем. Тебя ждет королева, – сказала Лара, тронув юношу за плечо.

Вместе они направились в лагерь Сигурни. Королева вы–шла им навстречу, протянув руки.

– Как хорошо, что ты жив, мой мальчик! Мне нужно спросить тебя кое о чем.

Гаэлен и ей представил свою подругу. Королева ласково улыбнулась Ларе и тут же, повернувшись к Гаэлену, спросила:

– С чего тебе вздумалось рисковать собой ради меня? Другое дело, если бы так поступил мой солдат, но ведь ты видел меня впервые.

– Я обязан вам жизнью, – просто ответил Гаэлен.

– Оттого что я вчера пришла вам на помощь?

– Я не могу вам этого объяснить. Простите.

– Снова секреты? Ты такой же, как Красный Ястреб. Хорошо, Гаэлен, я не стану тебе докучать, но как мне вознаградить тебя за вчерашний подвиг?

Он смотрел на нее, вспоминая, как она спасала пятерых мальчишек от Зверя. В этот миг Гаэлену открылось, что предназначила для него судьба.

– Позволь мне служить тебе, моя госпожа, – сказал он, преклонив колено. – Отныне и навеки.

Сигурни, если и удивилась, не подала виду.

– Тебе придется покинуть свою страну и сражаться на войне, до которой тебе нет никакого дела. Этого ли ты хочешь?

– Да, моя королева. Я люблю эту землю, но здесь при мне истребляли моих друзей, убивали их детей, жгли их дома.

– Тогда встань, ибо близкие мне люди не стоят передо мной на коленях. Твоя подруга тоже пойдет с тобой?

– Ты согласна, Лара? – спросил Гаэлен, взяв ее за руку.

– Что ж мне еще остается? – улыбнулась она.

– Я люблю тебя. – Молодые обнялись, и Сигурни отошла к сидящему у костра Обрину.

Когда над павшими вырос высокий курган, Леофас повел живых назад, к Атафоссу. Несмотря на одержанную победу, воинам было грустно. Их близкие затерялись в прошлом, друзья пали в настоящем. Маггриг ехал рядом с Сигурни, а Гаэлен, Лара, Оник, Агвейн и Гвалчмай шли во главе колонны.

Из всех победителей Зверя невредим остался один Гаэлен. Леннокс был весь в рубцах, Гвалчмаю проткнули копьем плечо, Агвейн прихрамывал.

– Ты в самом деле надумал уйти с королевой? – спросил Агвейн. – Хочешь покинуть горы?

– Да. Я еще в тот раз обещал, что не оставлю ее.

– Меня она тоже возьмет, как по-твоему? – засуетился Гвалчмай.

– Думаю, да.

– Ну а я остаюсь, – заявил Агвейн. – Мне и тут хватит дел.

– Меня без Лейна здесь мало что держит, – печально промолвил Леннокс. – Я с тобой, Гаэлен.