Вдох

Сагал Лейа

— А ну иди сюда! — приказывает парень, маня ее пальцем.

— Пф, и что, это всегда работает?

— Ты че-то слишком дерзкая у нас, — делает шаг ей навстречу, но Сания даже не дергается, — не помню тебя, первашка что ли?

— Предполо-ожим, — тянет Сания, наблюдая, как он приближается.

— Первашка это хорошо, — парень криво улыбается и облизывает губы, как кот в ожидании сметаны, — я тебе все здесь покажу, хочешь? — спрашивает, совершенно недвусмысленно опуская глаза вниз на свое тело, и останавливается в двух шагах от неё.

Сания долго смотрит

ему глаза, словно обдумывает ответ.

— Мне нравятся мужчины постарше, — отвечает тихо, с издевательской улыбкой и резко отскакивает назад от его броска.

Резинка, сдерживающая гриву волос в пучке, такого движения не выдерживает и лопаетсч, отчего все её косички, прядки, локоны, разноцветные бусины волной летят сначала вперед, закрывая лицо, а потом с тихим звяканьем опускаются на плечи. Парень, кажется, на секунду отвлекается на это зрелище, но Сание этого хватает, чтобы броситься в сторону к своим, обегая препятствия.

— Сэр, — останавливается около препода.

— Вилагзерт. Брок! Вижу, ты готов к занятию. Два круга вольным бегом! — и оглушает подбежавшего парня свистком.

Тот лишь зло зыркает в сторону Сании, одними губами выговаривает «Ещё встретимся» и уходит на круг.

Следом неспешно подходит остальная толпа старшекурсников. Северянин, не отрываясь, следит за Сани. И сначала она отводит глаза, как будто не замечает его. Зато остальные девушки тут же принимаются поправлять волосы, кокетливо улыбаться, стрелять глазками и даже хихикать! Сания кривится от этого зрелища и уже с вызовом встречается с синими глазами. Ее словно холодной водой окатывает, но взгляда упрямо не отводит. Парень предельно серьезен, а Сани хочется сделать шаг назад: так он давит.

Чем бы закончилась их игра в гляделки: дракой, бегством или поцелуем — неизвестно, но тренер объявляет об окончании занятия.

— Эй ты, бездомная, — окликает ее наглый голос.

Сания не ведётся. Былого спокойствия нет, но держать себя в руках еще может. В спину прямо между лопаток что-то больно ударяет.

Сания останавливается и медленно разворачивается. Смотрит на девушку-куклу со вздернутым носом, слегка потрепанную, но все такую же наглую. Переводит взгляд вниз, под ноги, замечая камень с острым краем. Судя по ощущениям, именно им он и прилетел в неё. Медленно его поднимает и не спеша приближается к толпе.

— Ты чего добиваешься, болезная? — говорит тихим, спокойным голосом, полным темной угрозы, как чёрная туча, сверкающая молнией, — я же тебя на полигоне размажу в два счета, — останавливается, отводит руку назад, прицеливается и… камень пролетает прямо над ухом девушки, взбивая волосы. Девушка не дергается, но бледнеет, — так, что родные не узнают. Не боишься, а? — снова начинает неторопливое и пугающие движение в её сторону, — гулять по городу становится опасно в последнее время. Затянут в тёмный угол, и поминай как звали. Наших дорог никто из ваших не знает. Знаешь, сколько моих мальчиков мечтают попробовать такую, как ты, — она подходит вплотную и невесомым движением заправляет за ухо выбившуюся прядь, — чистую, красивую, наглую и высокомерную.

— Ты…ты

мне угрожаешь? — девушка боится, но все ещё пытается не показать вида, — ты хоть знаешь, кто я? — не выдерживает тяжёлого взгляда Сании и взвизгивает на последнем слове.

— На Тёмных улицах все равны, — шепчет ей в ухо, отмечая её сбившееся дыхание и часто пульсирующую венку на шее, — так что, — продолжает весёлым голосом, смахивая грязь с плеча собеседницы, — не советую так больше делать. У меня больше власти, чем у тебя, поверь.

В комнате животом падает на кровать, закрывает глаза, не желая обдумывать произошедшее, и даже ненадолго засыпает. Просыпается от вибрации на руке и, когда она наконец продирает глаза, видит надпись на передатчике «Рэм?» и входящий от него звонок.

— Рэм и сердечко? Серьёзно? — хриплым со сна голосом отвечает на звонок.

— Сания! Черт тебя подери! Ты не ответила ни на одно моё сообщение! Я уж собрался поиски устраивать! Ты где?

— Не кипишуй, — переворачивается на спину и сладко потягивается, поморщившись от боли между лопаток, — я уснула в своей комнате.

Передатчик ругается голосом Рэма.

— Ты на время смотрела?

— Ещё нет, но вижу, что на улице темнеет. Что-то около 7–8?

— Начало восьмого. Приходи, мне нужен твой восторг по поводу столовой.

Сания умывается прохладной водой, берет нужные учебники и идет к ректору.

На улице уже чувствуется вечерняя осенняя прохлада и в мыслях скользит жалость о висевшей в шкафу новенькой, ни разу не одетой куртке. Но не возвращается и просто прибавляет шаг, заметив, к тому же, всех северян на скамейке напротив общаги.

Глава 8

— Сания! Мне нужно с тобой поговорить, — наперерез к ней идет один из парней, похоже тот же, кто был на занятии и тот же, кто хотел «успокоить» её.

Дората кидает на них хмурые взгляды.

— Пошел к черту, пошел к черту, пошёл к черту, — повторяет про себя девушка, сдерживаясь, чтобы не побежать.

— Я хотел бы помочь, — звучит спокойный голос прямо над ухом, одна рука ложится ей на плечо, останавливая, а вторая…

Вот лучше бы вторая ничего не делала.

Грудь Сании словно пробивает стрелой. Её выгибает дугой, перехватывает дыхание и из глаз от адской боли текут слезы. Не ожидавший такой реакции парень сначала убирает руки, а потом пытается поймать за плечи, чтобы поддержать и понять, что происходит, но получает по рукам.

Ребра сводит судорогой и каждый вдох деятся с болью, но Сани знает, что по-другому нельзя. Вытерев невольные слезы рукой она подхватывает упавшие книги.

— Ты…как? — голос из спокойного становится обеспокоенным, только девушку это совсем не трогает.

— Не лезь, не трогай и не подходи без разрешения, понял?! — говорить получалось с трудом, поэтому выходит тихо, но достаточно злобно.

За парнем уже стоят остальные встревоженные белобрысые.

— Чёртова семейка, — выплевывает в конце концов и идет дальше, пытаясь выпрямиться и раздышать ребра.