Вдох
Шрифт:
Сания смело берет коробку и быстро её открывает, чтобы… Чтобы замереть с застывшей в воздухе рукой. Она ещё с минуту смотрит на то, что там лежит, резким движением убирает коробку на стол, забирается в глубь дивана с ногами и, закрывая лицо руками, начинает плакать.
Пожалуй впервые за много-много лет она плачет не от безысходности, боли или чувства вселенской несправедливости, а от…счастья. Вот только Рэм этого не понимает и, ругая себя за торопливость, никчемность и вообще за все на свете, садится
— Сания…малыш…ну ты чего, родная…давай выкинем, сделаем вид, будто ничего и не было, — он гладит её по волосам, пытаясь отодрать ладони от лица, а когда прислоняет голову к своему плечу, чувствует, как она вцепиляется пальчиками в его рубашку и теперь рыдает на груди.
— Я…тебе…вы…ыкину, — получается выговорить сквозь рыдания и Рэм расслабляется.
О Всевидящий!
Он с ней точно с ума сойдёт.
Потихоньку плач становится тише, все реже прерывается судорожными всхлипами и хватка на рубашке ослабевает.
— Я тебе тут намочила, — проводит пальчиком по мокрому пятну на ткани, — прости.
— О это не самое страшное, — усмехается мужчина, ловя в ладони её низко опущенное лицо, — что случилось? — спрашивает, когда она наконец поддается и смотрит на него.
Глаза сияют, как два чистых изумруда, нос и губы распухли и стали красными, а последние нестерпимо хочется поцеловать. Она сейчас очень милая, очень открытая и ранимая, очень домашняя.
Очень его.
Девушка ещё раз судорожно выдыхает, успокаиваясь, закрывает глаза, откуда выкатываются ещё две слезинки. Рэм аккуратно вытирает их большими пальцами.
— У нас дома все знают, что лучший подарок для меня — это резиночки и заколки. Все это часто теряется, рвётся ну и так далее. А это… — она мягко высвобождается из его рук, берет в руки коробку и достает оттуда заколочку.
Сделанная в форме пера, золотисто-коричневого цвета и украшенная разноцветными камнями разных форм, цветов и размеров, она достойна носиться на волосах самых высокопоставленных дам.
Руки немного дрожат, когда Сания достает её и рассматривает на свету со всех сторон, любуясь переливами.
— Спасибо, — с чувством выдыхает она, порывисто обнимает, чмокает в щеку улыбающегося мужчину и подбегает к небольшому зеркалу на стене.
Прикладывая заколку и так и эдак, ищет идеальное для неё место. Она, такая маленькая, не смогла бы удержать всю её копну и поэтому могла служить только украшением. А украшение это было что-то из мира, где всего остального было с лихвой.
— Ну как? — широко улыбаясь, спрашивает у подошедшего сзади мужчины.
— Тебе очень идёт, — Рэм отвечает на её улыбку и склоняет голову немного вправо, разглядывая в зеркало счастливую девушку.
Они прощаются чуть позже, когда Сания вдруг вспоминает, что сюда ещё же Брок должен подойти.
—
— Студент Вилгазерт, вы наказаны за неподобающее поведение и будете помогать мне приводить в порядок бумаги за весь предыдущий год.
— О, нет, сэр! Только не это! — Сания трагично заламывает руки.
— Это мое последнее слово, студент, — Рэм даже ударяет кулаком по столу.
— Ооо, — оценивает Сания, — круто. Пока!
Вприпрыжку проносится по коридору и вспомнив, что в любой момент может столкнуться с кем-то из студентов, замедляет ход и даже опускает голову.
— Сания! — уже на крыльце перед ней неожиданно вырастает преграда в чёрном костюме боевиков и, удивлённо хлопая глазами, она поднимает лицо, чтобы встретиться с яркими синими. Аксель хмурится, видя её заплаканное лицо, — ты как?
— Но-нормально. Ты зачем так пугаешь добрых людей, — прикладывает руку к как будто бы быстро стучащему сердцу.
— Он тебя ругал? — ещё больше мрачнеет Аксель.
— Кто?
— Ректор.
— Э-эм.
От ответа её спасает наглое:
— Эй ты!
Сания выглядывает из-за плеча парня, чтобы увидеть приближающихся к ним Брока, который уже пришёл в себя и ухмылялся, и всей его компашки.
Аксель разворачивается полностью, закрывая Санию спиной, вот только ей это совсем не нравится.
— Эй ты? — она обходит Акселя и встает чуть впереди и сбоку от него, — после всего случившегося я должны быть как минимум дорогая моя, на крайняк, любовь моя.
Брок смачно сплевывает под ноги.
— Я вызываю тебя на дуэль!
Сания даже глупо моргает два раза: ей точно не послышалось?
— Ты вызываешь на дуэль девушку, да ещё и с первого курса? — звучит спокойно над ухом.
Значит, не послышалось.
— Дуэль? Официально? То есть ты не укокошишь меня где-нибудь в лесу?
— Нет, крошка, официальная дуэль в следующую субботу в полдень. И когда ты мне проиграешь, то будешь доступной для меня в любое время дня и ночи, — он подходит близко, заправляет прядь волос за ухо и шепчет, — хочу попробовать все то, о чем ты мне рассказала.
Сзади явственно чувствуется напряжение Акселя. Спереди — жар от тела Брока. Так себе капкан, поэтому девушка делает шаг в сторону.
— Договорились, — спокойно соглашается под тихое ругательство Акселя, — о моих условиях в случае твоего проигрыша ты узнаешь позже.
Махает рукой и идет к себе.
— Стой!
Слышит окрик Акселя и через несколько шагов переходит на бег. Вот пристал же!
— Сани! — от звука собственного имени его голосом сердце резко пускается вскачь.