Вчетвером
Шрифт:
– Ты идешь на собрание? – спросил я.
Киллиан не ответил, подойдя к комоду в поисках чистой рубашки.
– Хочешь, я отвезу тебя?
– спросил я.
– Ною и Лиаму будет хорошо побыть немного самим по себе, - добавил я с надеждой.
Несмотря на то, что Лиам иногда вел себя агрессивно, мы быстро поняли, что это защитный механизм с его стороны, когда он чувствовал, что что-то выходит из-под контроля. Отношения с ним изменились после того, как мы с Киллианом помогли ему привести себя в порядок несколькими днями ранее. Лиам, казалось, все еще не доверял нам, но он
В тот день мы с Киллианом свернули куда-то не туда, и я все еще не мог разобраться. Когда я вошел в ванную и увидел, как Киллиан помогает Лиаму пользоваться унитазом, я сначала был удивлен... и очень смущен. Киллиан был великолепен, когда дело касалось нежного общения с животными, но он, как правило, больше походил на слона в посудной лавке, когда дело касалось людей. Но в тот момент он был так сосредоточен на сохранении достоинства Лиама, что каждая унция любви, которую я когда-либо испытывал к Киллиану, была умножена на миллион... Я даже не думал, что такое возможно. Мое сердце болело за юного Лиама, который, наконец, достиг своей критической точки. Когда я коснулся его лица, чтобы привлечь внимание, и спросил, действительно ли он хочет принять ванну, он посмотрел на меня с такой смесью уязвимости и доверия. Мне не понравилось, что это заставило меня почувствовать.
За годы работы медбратом я ухаживал за тысячами пациентов, и со многими из них мне приходилось сталкиваться с еще более интимными личными ситуациями, но ни одна из них не заставляла меня чувствовать, что я должен извиниться перед Киллианом.
Хуже всего было то, что я был уверен, что Киллиан заметил что-то в том, как я общался с Лиамом, потому что, как только мы уложили Лиама в ванну, Киллиан быстро вышел из комнаты. С тех пор он избегал обоих юношей. Единственная причина, по которой он был в комнате, когда Ной молча обвинил его в причинении вреда Уолдо, заключалась в том, что мы оба слышали, как Лиам выкрикивал имя Ноя, и мы вбежали в комнату, чтобы посмотреть, что происходит. Киллиан помог мне удерживать Ноя, пока Лиам пытался разбудить молодого человека. Как только Ной открыл глаза, Киллиан отпустил его, чтобы проверить Уолдо, убедиться, что птица случайно не пострадала в процессе падения с кровати.
– Нет, мы с Делией собираемся выпить кофе после этого.
Я кивнул. Хорошо, что он разговаривает со своим куратором, верно?
Тогда почему у меня было такое чувство, будто он только что вырвал мое сердце и растоптал его?
– Я проебался, да, Киллиан?
– спросил я, наблюдая, как он одевается. Он сделал паузу, просовывая руки в рукава темно-синей рубашки, которую собирался натянуть.
– Мне не следовало приводить их сюда.
– Ты не был бы собой, если бы не сделал этого, - ответил Киллиан, хотя и не смотрел на меня. Он натянул рубашку.
– Они не бродячие собака или кошка, - возразил я, потому что это звучало почти так, как будто он снимал меня с крючка.
– Я должен был обсудить это с тобой.
Киллиан, наконец, посмотрел на меня. Когда он направился ко мне, я почувствовал одновременно облегчение и ужас.
Может, он, наконец-то, расквитается
Это будет мой худший кошмар, воплотившийся в жизнь, но, возможно, в каком-то смысле это тоже стало бы облегчением.
– Не делай этого, Зак, - услышал я слова Киллиана, когда он остановился передо мной. Его руки поднялись, обхватывая мое лицо.
О Боже, как я скучал по тому, как он это делал.
– Я никогда не уйду, детка, - прошептал Киллиан мне на ухо, прежде чем поцеловать мягкое местечко за ним.
– Если хочешь, чтобы я ушел, ты должен сказать мне об этом.
– Нет, - выдавил я.
– Нет, никогда.
Мне было невыносимо смотреть на него, потому что, несмотря на его слова, казалось, что у меня на шее петля, и он практически приказывает затянуть ее потуже.
– И нет, они не бродячие собака или кошка, но им нужен был кто-то, кто сражался бы за них, Зак. Если не ты, то кто?
– Никто не может быть лучше тебя, Киллиан. Боюсь, ты этого не осознаешь.
Он приподнял мою голову, потому что я смотрел в пол. Я уже очень давно не чувствовал в этом необходимости. Я понятия не имел, почему вернулся к этому сейчас.
Я ждал, что он ответит мне. Скажет, что знает это. Что у него никогда не было сомнений и никогда не будет.
Но вместо этого он наклонился и поцеловал меня в щеку. Его рот был так, блядь, близко к моему. Я затаил дыхание, но его губы не шевелились.
– Не жди меня, хорошо? Ты трудился до изнеможения. Тебе нужно поспать.
Мне каким-то образом удалось кивнуть, но я оставил при себе тот факт, что мое недосыпание не имело абсолютно никакого отношения к работе.
Киллиан отстранился. Я хотел умолять его не уходить вот так, потому что мне казалось, что закрывается еще одна дверь в то, что существовало в нашей прежней совместной жизни.
Но он ушел.
Я подождал, пока не услышал, как закрылась входная дверь, прежде чем опустился на задницу и подтянул колени к груди. Я подавил угрожающие рыдания, но попытка сдержаться только усилила их. Я прикрыл рот рукой, чтобы приглушить звук, и отпустил себя. Не уверен, сколько прошло времени, прежде чем я почувствовал мягкое прикосновение к свободной руке, лежащей у меня на бедре. Я посмотрел вниз сквозь слезы и увидел, что Уолдо смотрит на меня снизу вверх. Он наклонил голову вперед и назад, затем снова нежно клюнул меня в руку.
Я издал слабый смешок.
– Сейчас?
– прошептал я. – Именно сейчас ты решил, что я не представляю для тебя угрозы?
Он снова клюнул меня в руку, затем повернулся к двери и просто уселся там.
Мой собственный маленький защитник.
Я снова заплакал, потому что, как бы сильно я ни любил маленького тукана, мне был нужен Киллиан.
– Зак?
Голос Лиама заставил меня быстро вытереть глаза и подняться на ноги. Я все еще пытался вытереть глаза, когда он заглянул в открытую дверь.