Ваза
Шрифт:
Встретились со Стасом Агаповым они случайно, он наводил справки по поводу пересылки контейнера, она как раз оказалась в диспетчерской. Они сразу приглянулись друг другу. Он пригласил ее выпить кофе. Роман длился восемь месяцев, а потом Стас завел себе подружку.
Агапов называл ее Люськой, и ей нравилось, она при нем чувствовала себя молодой, гораздо моложе, чем была на самом деле. Она мечтала уехать за границу вместе с ним, тем более у него там отец, Стас только смеялся, и не желал даже говорить об этом. Потом он стал избегать ее. Она наняла детектива, все узнала. Зуева устроила ему скандал, а Стас ушел.
Агапов знает, что у нее много денег, якобы муж оставил при разводе. Она сама рассказала эту басню. Что мог оставить ей нищий интеллигентик? Культурное наследие?
Поскандалила она напрасно, Агапов не любит, когда на него давят. Хотя ей можно себя простить, она настолько устала, что не смогла удержаться. Она предъявила Стасу доказательства, он лишь плечами пожал. Да еще и на смех поднял со слежкой, а потом заявил, что ему не нравится, когда за ним шпионят, и предпочитает расстаться. Вот тут она и не выдержала, швырнула в него вазой. Такой вспышки ярости она от себя не ожидала. Глупо повела себя, очень глупо. Забыла, что надо улыбаться. Всегда. Везде. Всем.
Семен Кора, с ударением на "о", занял наблюдательный пост с утра. Он видел, как приехали ставить дверь, видел, как Катерина пробежала в салон и, едва не упустил, когда она вышла с новой прической.
Он разинул рот. Из салона вышла не Катерина, а молоденькая девчонка, стильная столичная штучка. У нее даже походка изменилась, она как будто пританцовывала на ходу.
Семен мрачно подумал, что теперь у нее отбоя не будет от кавалеров. Катерина села в автобус, не выходила долго, он испугался, что проморгал, но оказалось, она ехала до конечной остановки.
Приехала она в какую-то строительную фирму, где пробыла больше часа. Он видел, как она вышла из дверей, над чем-то смеясь, и побежала к автобусу. Ему очень хотелось отвезти ее домой, но он побоялся, что она поймет, что он следит за ней. Он и, в самом деле, следил. Зачем он это делал, не знал сам, ему просто не хотелось упускать ее из виду. Утром он решил, что только проверит, поставили ли дверь, а потом уедет, дверь установлена, а он все еще таскается за ней хвостом.
Катерина вышла на своей остановке, прошла танцующей походкой в магазин, вернулась, вошла в подъезд. Вскоре на шестом этаже включился свет и Семен, с чувством выполненного долга, поехал домой.
Катерина рассказала маме об удаче, которая ей выпала, мама немедленно сообщила, что приедет через два дня, полюбоваться дверью и новой прической дочери.
Новым видом своим Катерина повергла фирму в шок. Поголовно все ее не узнавали, затем узнавали, говорили комплименты, бросали заинтересованные взгляды. Катерине пришлось придумать какие-то дела, чтобы дождаться его. Он приехал, когда она собиралась уходить, потеряв надежду его увидеть. Как хорошо, что она дождалась! Он не узнал ее, заинтересованно глядел, когда шел мимо, затем узнал, и растерялся, как-то вдруг обрадовался, спросил о самочувствии. Оказывается, был наслышан, что с ней случилось, и сказал, что сочувствует и даже! предложил обращаться, если будут проблемы. Катерина тихонько
Она тряслась в автобусе, не обращая внимания на быстрые, заинтересованные взгляды пассажиров, забыв про свою новую прическу, полностью выпав из реальности. Она вспоминала каждый жест, движение глаз, движение губ человека, которого жаждала увидеть. Нельзя быть такой влюбленной дурой, упрекала она себя, и все равно была счастлива. На нее свалилось столько приятных мгновений, что и спустя сто лет, она будет помнить это состояние своей души.
Стасу Катерина позвонила, как только вернулась домой. Она с восторгом рассказала ему про дверь, а он поднял ее на смех. Катерина слегка обиделась.
– Ты хочешь сказать, что у меня глюки? Дверь-то стоит!
– Катька, ты вроде грамотная девка. Помнишь? "Бойтесь данайцев, дары приносящих". Здесь что-то не чисто. Как бы они через месяц тебе счет не предъявили. Случались в мировой практике и такие аферы. Ты хоть фирму помнишь, с которой связалась?
– Нет, - жалобно всхлипнула Катька, ей было очень грустно расставаться с мыслями об удаче.
– Не реви раньше времени. Надеюсь, ничего не подписала?
– Подписала.
Стас услышал, как она заревела, убрав подальше от себя трубку.
– Катька, не смей реветь! Слышишь? Да что это за напасть такая, чуть что, сразу в слезы! Хочешь, я сейчас к тебе приеду?
– Не надо, я уже успокоилась.
– Вот именно, нечего слезы проливать. Предъявят счет, заплатишь.
– В том то и проблема, - всхлипнула Катерина. И вспомнила. Совсем недавно она точно также говорила Семену Ивановичу Кора, с ударением на "о".
– Подожди, Стас, кажется, звонят в дверь, я тебе позже перезвоню.
Допустим, Семен Иванович сделал заказ. Зачем он это сделал, вопрос другой, на него он сам ответит. Заказ сделал, оплатил. Дверь мне поставили. Он внушал мне, что нельзя жить с такой, как у меня дверью, а я ему сказала, что проблема в деньгах. Он говорил, что идет к клиентке, на девятый. Вот и я пойду, не может быть, чтоб мне не сказали где его найти.
Начать поиски она решила с однокомнатной квартиры. Если откроет мужчина, квартира отпадает, он не может быть клиенткой. Время было самое домашнее, начало восьмого. От работы люди уже отключились, спать еще не собираются.
– Кто там?
– прозвучало в ответ на звонок.
– Катерина Лобанова, соседка, с шестого этажа.
Дверь открылась. На пороге стояла очень красивая дама в шелковом халате и улыбалась.
– Да? О, вы легко одеты, входите. Входите, животных у меня нет, никто не покусает, и не поцарапает.
Катерина вошла. У нее точно такая же квартира, но какое поразительное отличие! С порога от квартиры веяло богатством. Современные дорогие светильники создавали впечатление объема, казалось прихожая намного больше площадью, чем на самом деле. Чем-то зеркальным отделанный потолок увеличивал высоту.
– Какая красота, - искренне воскликнула Катерина.
– Проходите в комнату, я чай приготовлю, - предложила Людмила Васильевна.
Не в ее правилах было приглашать к себе соседей, но эта девочка ей вдруг отчего-то понравилась. Наверное, тем, как восхищенно посмотрела вначале на нее, потом на прихожую.