Variant
Шрифт:
Отделяйте форму от функции.
Олив вывернулась из его рук и мягко отстранилась, послав своему герою самую обворожительную из улыбок.
— Я — в душ, ага? — немного неуверенно соскочила с кровати и скрылась в ванной.
Стоя под тугими струями, она постаралась привести мысли в порядок. После их замечательного воссоединения ей меньше всего хотелось каких бы то ни было расспросов и давления. Но не тут-то было!
Шторка зашелестела, пропуская мужскую ладонь, нежно, но властно взявшую ее за шею. Другой ладонью девушка была схвачена
— Видишь, что ты со мной делаешь? Мое тело не хочет с тобой расставаться ни на минуту. А еще мне кажется, ты увиливаешь от ответа, и все время хочешь сбежать. Не удастся — колись.
— Что — прямо здесь? — зажмуриваясь от возмущения и от воды, льющейся на лицо, поперхнулась Олив.
— Да. Начинай, а я тебе помогу, — с этими словами двухметровая «нянька» взял в руки губку и флакон с гелем.
— Ну, уж нет, пусти меня!
Олив попыталась выскользнуть, пользуясь тем, что намылена, но вампир только покачал головой и радостно оскалился — все это его жутко забавляло. Разгневанная, с горящими глазами и «рожками» спутанных влажных волос, она была очаровательна и так желанна! Он соскучился.
— Ах, так?!
Арн ждал чего-то подобного, потому что сознательно провоцировал свою фею, понимая, что она еще долго будет «раскачиваться» с признаниями. Ждал, но все равно упустил этот момент. Он смотрел Олив в глаза, сыпавшие искрами эмоций, но вот в них что-то словно схлопнулось и — оп-па! — у него в руках… пустота!
Викинг напрягся, но из комнаты раздался звенящий от возмущения голос:
— Северянин, ты сволочь!
«Еще какая!» — с удовлетворением подумал он, обернулся полотенцем и открыл дверь.
Скрестив под собой ноги, на середине кровати сидела Олив и куталась в покрывало. От мокрых волос поднимался легкий парок.
Арн подошел, сел рядом и стал осторожно вытирать ее лицо и мокрые пряди, не обращая внимания на отталкивающие его маленькие ручки.
— Ты скотина, Арн, — глотая слезы, бормотала девушка. — Я же не умею еще… Мне же трудно это… ты что, не понимаешь?
— Откровенно говоря, нет.
Олив взглянула на него глазами затравленного зверька. Но Арн даже не думал ухмыляться или хамить. Наоборот, глаза его были внимательны и… стары. Олив почти споткнулась об этот взгляд вечности. Она глубоко и прерывисто вздохнула и внутренне сжалась.
— Все хорошо, детка, — Арн привлек ее к себе и коснулся губами виска. — Я действительно не знаю. Потому что не умею телепортироваться.
Он помолчал.
— Давно ты это делаешь?
— Тогда, в бункере — впервые, — скупо отликнулась Олив.
— Внизу ждут Эмм, Одри и Тина. И всем им надо понимать, что делать дальше. Как и мне. Причем, мне это необходимо понять в первую очередь.
«Ну конечно, мистер Великий Стратег, как же иначе», — промелькнуло в мозгу у девушки. А «мистер» тем временем продолжал:
– Поэтому давай ты мне ответишь всего на три вопроса, а потом мы оденемся и все вместе обсудим наши дела в твоей милой гостиной. О’кей?
– Нет. То есть, ты задавай
Отпустив Олив, Арн во всей своей красе растянулся на кровати и из-под полуприкрытых век наблюдал за девушкой.
— Первый: где Кристин? Второй: зачем ты привезла нас к себе? И третий: какие еще способности ты в себе открыла?
Последний вопрос Олив выслушивала, мучительно соображая, насколько много можно рассказать Северянину. Да, она его любила, спорить с этим было бессмысленно. Но доверяла ли полностью? Конечно, нет. И в то же время такой союзник и защитник был необходимостью. Но викинг обращался с ней, как с маленькой дурочкой! И это было невыносимо.
Вампир наблюдал, как девушка одевалась — медленно, наслаждаясь прохладным ветром, обдувающим разгоряченное тело. Трусики, маечка, свободный хлопковый сарафан, сразу скрывший все ее прелести… Северянину моментально захотелось все это содрать и начать по новой. И, — бог с ней, пусть будет хоть царевной-лягушкой! Но Арн сдержался, и настроился на ее эмоции. Он пил ее только что и ощущал малейшие нюансы состояния девушки.
На самом деле ничем Олив не наслаждалась — она принимала решение. «Ну же, детка, давай — расскажи! — мысленно подталкивал ее Арн. — Мне очень не нравится, когда я чего-то не понимаю».
Вампир знал, что еще с момента пробуждения что-то было не так. Рядом с Олив Арн не чувствовал привычного аромата фейри. Сначала он решил, что это из-за цветочного запаха, которым был насыщен воздух. Но сейчас викинг вынужден был признать, что этого аромата просто не было — он исчез! Как и кровь вампира из тела девушки. С самого начала он не придал значения тому, что ни одна капля его крови в ней, ни одна его клетка — не откликнулись. Он просто поднялся к открытому окну, за которым увидел девушку. Потому что хотел увидеть.
Но это было не все.
Выходило, что он зря мучил свою фею, самоутверждаясь и заставляя повторять свое имя. Она пустила его в свою постель по своему выбору, а не из-за магии крови, вызывающей влечение к донору. А он, в свою очередь, потерял голову вовсе не от запаха фейри…
Иными словами, у тысячелетнего вампира только что был секс безо всяких вампирских или фейрийских штучек, а ощущения по-прежнему пленяли своей остротой и глубиной. Для Арна это было так неожиданно, и так… по-человечески, что напрягало его даже больше, чем все неизвестные способности Олив вместе взятые.
Вампир мгновенно оделся, подошел к Олив, взял за плечи.
— А тебе не будет проще показать мне?
На этот раз девушке не понадобилась его кровь.
Теплые ладони легли на грудь викинга, отодвигая в стороны полы его куртки, надетой на голое тело. Олив снизу вверх взглянула на Арна, улыбнулась и прижалась щекой к тому месту, где находилось его мертвое сердце.
Черный трейлер, стоящий у ворот старинного монастыря.
Страх, подавленность и отчаяние Кристин, находящейся в комнате, похожей на больничную палату. Вид этого монастыря откуда-то сверху, наверное, с колокольни, а затем перемещение панорамы на черный трейлер, удаляющийся по дороге на холм.