Вариант для криминала
Шрифт:
притормаживать вращение диска рулетки, не прикасаясь ни к чему. Рабочие места
контролируются видеокамерами, я их вижу здесь, – Бассетт протянул руку к столу и тут же
стоящий на крышке экран монитора повернулся к зрителям. На растре появилось
изображение игорного зала, автоматически переключаясь, то на один, то на другой объект
с определенной паузой. – Клод об этом знал. И не использовал свою возможность утаить
деньги. Но его погубила профессиональная страсть.
образом, оставил нашей казне. Не скрою, я был восхищен им, и даже в глубине души
благодарен ему. В то время наши дела шли плохо. Межрегиональный контроль,
безусловно, при всей своей старательности не смог бы уличить его в афере. Да и этих
фактов было за все короткое время, какое он у нас проработал, три, не более.
Единственный свидетель – это моя видеотехника. На замедленном прокручивании четко
просматривается реакция торможения диска на заинтересованном знаке. Я понимал, что
это плохо кончится и в тот роковой вечер, когда к его столу подошел очень богатый клиент,
я решил спуститься к нему в зал еще до начала игры, чтобы отозвать его на откровенный
разговор. Но не успел. С микрофона я услышал вот что, – Бассетт нажал кнопку на пульте
управления, и в пространстве прозвучали голоса смешанные с общим шумом зала: «Клод,
ты считаешь меня младенцем? Нет, это ты младенец против меня, хоть и гениальный. Мне
мой выигрыш, как и проигрыш ничего не стоят, но Ридли и Мейсен другого мнения. Они
28
со своими капиталами раздавят тебя, как клопа, и не оставят в стороне богадельню твоего
жирного папы. Это только из-за одного своего престижа, из-за унижения, которое они
вынесли по твоей вине, когда несколько гнилых миллионов ты вытрусил у них и оставил
своей фирме или положил себе в карман. А точнее – украл. И вообще, зачем тебе все это?
Живи поспокойней. Я тебе предлагаю кучу денег. Их тебе хватит не только до конца твоих
дней, но и твоим потомкам. Соглашайся. Ты пойми, у меня нет другого выбора. Если бы
был, я бы не настаивал – нет, так нет… В общем, выбирай. Либо я тебя заложу, и тогда тебе
крышка в моральном и физическом смысле, либо ты король с деньгами. Сегодня я приду к
тебе домой. Это последний срок. Бай-бай!»
Бассетт запрокинул голову на спинку кресла, задумался.
– Когда это было? – спросил Джон.
– После этого разговора Клод на работу не явился.
– Вы видели лицо этого человека, мистер Бассетт? – спросил Майкл.
– Видел. Но это все, чем могу помочь, – ответил Пол, обращаясь к Джону. – Советую
войти в контакт с кем-нибудь из научного мира. Например, из Международной
Ассоциации Биоэнергетики. Она имеет
– Хорошо, Пол. Даже притом, что вы нам рассказали далеко не все, мы очень
благодарны вам, – Джон поднялся, протянул на прощанье руку, – обещаю, наш разговор не
выйдет за пределы этих стен.
– Пожалуйста, Джон. Но когда я почувствую гарантированное спокойствие, сообщу
вовремя. Приходите. И еще, – он показал на молодого парня у дверей, – это Арчер. Он вас
проведет и покажет кое-что.
Они снова оказались в игорном зале.
На сцене под энергичную мелодию танцевала уже другая девушка. Арчер коротким
жестом показал на дальний угол зала за колонну, где не было посетителей, на видеокамеру,
подвешенную под потолком.
– Босс приказал мне остановиться здесь. Видите сцену?
– Видим, и что же? – Джон внимательно посмотрел туда, где танцевала девушка.
– Так вот, она танцевала до того дня, как исчез Клод.
– Кто «она»? – поинтересовался Майкл.
– Этого я вам сказать не могу. Она была любовницей Клода. Она работает, но на сцену
мистер Бассетт выходить ей запретил. Он сохранил ей заработок и сказал, что это
временно, скоро все станет на место, и она снова будет танцевать.
– Она далеко живет? – спросил Майкл, в надежде узнать хоть что-нибудь.
– Не знаю. Но она никуда не выходит. Здесь она под надежной охраной.
– А вы не смогли бы нам описать ее внешность? – допытывался Майкл.
В ответ Арчер только признательно улыбнулся. Джон с усмешкой взглянул на Майкла.
Они тепло попрощались с Арчером, и вышли к машине.
Но уехали не сразу, сидели на сидениях молча, словно старались отдышаться после
утомительного бега.
– Тебе не кажется, что нам пора определить, где в твоем сюжете мы находимся? –
спросил Джон, наконец, сбросив с себя тяжелые впечатления, оставленные встречей с
Полом Бассеттом.
– Мне тоже пришла эта мысль. Кажется, теперь нам нужно быть особенно
осмотрительными.
– Глубоко и верно мыслишь, – едко заметил Джон. – Ты хотел сказать, не попасться бы
нам в твоей мышиной игре в свою же мышеловку. Я не уверен, что наш визит к Бассетту
не замечен нужными людьми в нужном месте.
– О`кей! Даже сейчас, – подхватил Майкл, – чувствую своим затылком чей-то
невозмутимый взгляд.
– И еще. Бассетт прав. Он на видном месте и только дураку непонятно зачем мы
пришли в Фан-клуб. На первой ступени он решил остаться в стороне, откуда можно было
29
бы направлять. Хорошая тактика! И это мы принимаем. Хотя в твоем сюжете герой в роли