Вариация
Шрифт:
Да, черт возьми.
Вздох истинно женского восхищения вырвался у меня. Я смотрела, наслаждаясь каждой секундой зрелища, которого сама себя лишила тогда, на пляже. У танцоров тела высокие и худощавые, даже у парней. Хадсон же был мощным. Идеальные точеные мускулы, от изгибов грудных мышц до рельефных кубиков пресса. Я уже видела его без рубашки, но теперь откровенно пялилась, отбиваясь от единственного слова, которое никак не выходило из головы: мой.
До
— Ты точно настоящий?
Когда я наконец-то смогла оторвать взгляд от мышц его живота, мы встретились взглядами. От моего прикосновения его тело напряглось.
— Тебя окружают профессиональные танцоры, — напомнил он мне, и на его губах заиграла ухмылка. — Ты постоянно видишь спортивные тела.
— Но не такие.
Я окинула взглядом глубокие косые мышцы до самой его талии.
— Не такие, как у тебя.
От одного взгляда на его тело все внутри вспыхнуло еще сильнее.
Хадсон снова набросился на меня, завладев моими губами в головокружительном поцелуе.
— Я пытаюсь вести себя хорошо, но за такие слова накажу тебя, Алли.
— Да, пожалуйста, — ответила я ему прямо в губы.
Наш поцелуй стал по-настоящему животным. Я высвободила руки из бретелек, полагаясь на то, что лиф корсета не даст платью свалиться. Хадсон снова провел рукой по моему бедру, и я отодвинулась, хватая ртом воздух, когда его пальцы скользнули по нежной коже вдоль шелковых стрингов.
Другую руку он запустил мне в волосы и легонько потянул назад. Я выгнулась, платье соскользнуло до талии, обнажив грудь.
— Черт, — пробормотал он, блуждая по мне взглядом с нескрываемым голодом, отчего сердце забилось еще быстрее. — Разве можно быть совершеннее?
Он сомкнул губы на соске, слегка касаясь его языком, и я застонала от пронзившего меня острого желания.
Боже, как же приятно… Еще приятнее стало, когда он перешел к другой груди и начал все сначала. По бедрам пробежала мелкая дрожь. Он скользнул рукой вдоль резинки трусиков. Еще немного, и он окажется там, где нужно.
Я таяла у него в руках. Он плавил меня губами, дразнящими прикосновениями пальцев. Меня влекло к нему все сильнее. Раньше я никогда не ощущала этого так остро, — казалось, мир рухнет, если он не коснется меня и не уймет неуклонно нарастающий жар между бедрами.
— Сейчас самое подходящее время попросить меня остановиться.
Он провел пальцами между моих ног. Нас разделял лишь крошечный кусочек ткани. Хадсон прикусил зубами сосок, а затем поднял голову и посмотрел мне в глаза.
— Еще.
Ни черта мы не остановимся!
— Алли?
Он наклонился и поцеловал меня, скользнув рукой за край трусиков.
— Кажется, первые
— Боже, Хадсон! Сколько можно ждать!
Я опиралась на одну руку, второй держалась за его шею. Глядя пристально, он нащупал меня, закрыл глаза и сдавленно выдохнул:
— Черт, Алли! Ты такая мокрая…
Он коснулся клитора, и я ахнула.
Его глаза распахнулись. Я так и не поняла, что возбуждало меня больше: круги, которые он выводил пальцами вокруг клитора, не касаясь его самого, или то, как он смотрел на меня, словно я была ответом на все вопросы.
— Нежная.
Круг.
— Горячая.
Круг.
— Влажная.
Круг.
— Безупречная.
Его рука соскользнула вниз по моей спине. Теперь я была полностью в его руках. Я выгибала спину и покачивала бедрами — в поисках хоть чего-нибудь, что сняло бы напряжение, нарастающее с каждым касанием его пальцев. Левой ногой я обхватила его бедро и сдвинулась так, чтобы следующее движение пришлось как раз туда, куда мне хотелось.
Господи боже. Острое, упоительное наслаждение нахлынуло нестерпимой волной.
От стен эхом отразился мой стон. Я двигалась вверх и вниз по его пальцам, сама задавая силу и ритм. Я стремилась к оргазму, который был так близок, что я его почти уже ощущала.
— Скажи мне, милая, — сказал Хадсон почти, но не совсем мне в губы, и слегка отстранился, так и не дав мне того, чего я хотела. — Ты же привыкла всегда получать желаемое?
Я обвила руками его шею, поцеловала вместо ответа и снова качнула бедрами, разочарованно всхлипнув. Несмотря на все мои усилия, он прикасался ко мне легко и дразняще.
— Правда же?
Он поймал мой взгляд. Как же бесило, что он говорил связно и полностью себя контролировал, в то время как я уже пришла в исступление.
— Ты точно знаешь, что нужно твоему телу, и берешь это. Легко и быстро. У тебя не любовники, а партнеры.
— Да.
Я снова качнула бедрами, и он отдалился. Я закричала в чистом разочаровании — оргазм, к которому я так стремилась, ускользал от меня.
— Что ты делаешь?
— Не даю кончить быстро и легко, чтобы ты кончила так, как хочу я.
Его пальцы обвели клитор, и я вернулась к тому, что он у меня отобрал. Он приник ртом к моей груди, снова принялся водить языком, и замершее желание вспыхнуло еще ярче и жарче.
Тут он снова отступил, как раз когда я была на пределе, и начал заново. Неистовое пламя разгоралось все мощнее, все сильнее сжимая пружину, я уже извивалась в исступлении. Я впились ногтями в его волосы и прошлась по затылку.
— Хадсон.
Это прозвучало как мольба.
Его глаза вспыхнули голодным блеском.