Вариация
Шрифт:
Джунипер сглотнула, затем сдвинула ноги в исходную позицию и приподнялась на носочки.
— Видишь? — У нее задрожали лодыжки, и она шагнула вперед, чтобы удержать равновесие. — Нормально.
За спиной послышался стон Энн, очень точно выразивший мои мысли.
— Ни один стоящий преподаватель ни за что не позволил бы тебе встать на пуанты. — Я потерла переносицу. — Но это не твоя вина. Это все Куинн.
— Это жестоко!
У нее задрожали ноги.
— Это правда. Такова суть балета, Джунипер: самая малость
Джунипер с глухим стуком опустилась обратно на полную стопу.
— Если ты получила травму, это не значит, что и со мной будет так же.
Ай!
— А я-то думала, ты уважаешь мое мнение, потому что я одна из лучших в мире балерин. Или ты нашла кого-то более опытного, к кому можно обратиться за советом?
Она резко закрыла рот.
— Спорами не изменишь того факта, что тебе не хватит ни сил, ни контроля, ни равновесия встать на пуанты. Не говоря уже о том, что у тебя неподходящая обувь.
— Той же фирмы, что и у тебя. — Джунипер скрестила руки на груди и поджала губы.
Ладно, это было мило. В груди разлилось тепло, но я не поддалась.
— Вот тебе первый урок: если что-то нравится другому танцору, это еще не значит, что оно подойдет тебе. У тебя прямоугольная стопа, а ты носишь узкую обувь и не той полноты — я же видела, какая у тебя нога. Бренд может быть и подходящий, но такая модель точно не для тебя. Тебе нужно примерить другие пуанты, Джунипер.
У нее загорелись глаза.
— Сходишь со мной на примерку?
— Конечно! Когда пойму, что ты готова. Разувайся.
Я подошла к станку и несколько раз быстро потянулась: после утренней тренировки прошло несколько часов.
Джунипер подошла. Увидев, в каком состоянии ее ноги, я невольно вздохнула.
— Займи позицию у первой зеркальной панели, — скомандовала я, когда она встала перед второй.
— Почему? — Она отступила на несколько шагов, подчиняясь моему приказу. — Я думала, новички должны занимать середину, а места по краям уступать лучшим танцорам.
— Так и есть, — кивнула я. — Но ты встала на место Энн. А теперь занимаешь место своей мамы.
Ее глаза заблестели. Выпятив грудь, она осмотрела зал, пробежала взглядом по зеркалу и деревянному полу и, наконец, остановилась на станке. Выбрала тот, что ниже.
— Тебе же еще не нужна разминка? — спросила я.
Она мотнула головой.
— Хорошо. Тогда начнем. Плие!
Я прошлась с ней по основам. Она повторяла движения за мной, а я мысленно оценивала ее сильные и слабые стороны.
Когда мы закончили, Джунипер перестала спорить. Теперь она стояла молча, с надеждой в глазах и слегка приподнятым подбородком.
— Ты просто
— Да, — кивнула я. — Тебе это тоже под силу, если ты готова ко мне прислушаться.
Она взглянула на Хадсона. Он все так же стоял у стены, будто был встроен в несущую конструкцию дома. Джун мне кивнула.
— Ты прекрасно танцуешь. Я наблюдала за тобой все занятие, и не только у станка. Даже несмотря на то, что ты занимаешься всего пять месяцев, твои успехи впечатляют, Джунипер.
Она широко улыбнулась:
— Я же Руссо.
Я кивнула:
— Но талант должен сочетаться с базовыми навыками, а тебе недостает качеств, позволяющих встать на пуанты. И я сейчас не только о том, что кости твоих стоп недостаточно развиты. Пожалуйста, поверь мне: будешь продолжать в том же духе — растянешь или сломаешь лодыжку.
Она вздохнула, но спорить не стала. Я расценила это как прогресс.
— Тебе нужно поработать над артикуляцией стопы. Надо научиться работать каждой частью стопы, двигать каждым пальцем.
Я указала на правую ногу и прочертила дугу по полу, взмахнув стопой перед собой.
— Между этим, — тут я вернулась в исходное положение, затем снова вытянула ногу и выставила ее вперед, — и вот этим есть разница. Вот почему мы снова и снова повторяем основы.
— А дальше?
Она приподняла подбородок еще немного.
— Сила и контроль. Чтобы вставать в релеве, нужно укрепить мышцы, чтобы поднимать ее одним движением. После этого опускать ногу нужно медленно, контролируя движение. Развитие этих навыков требует времени и практики. Еще надо поработать над равновесием. Если у тебя заметны недочеты, даже когда ты стоишь на полной стопе, на пуантах они проявятся еще сильнее, а это приведет к диспропорции.
Рука Джун соскользнула со станка.
— Значит, все. У меня плохо получается вообще все.
Я шагнула ближе.
— Нет. Я же сказала, что ты меня впечатлила. Ты занимаешься всего пять месяцев. Будь к себе снисходительна, но сдерживай эго. Я объяснила, почему ты не готова к пуантам, но не говорила, что ты не танцор. Это не так. В балете можно расти всю жизнь, главное — не останавливаться, не довольствоваться тем, что уже умеешь. Может, ты уже феноменальна, но все равно стремишься к этому недостижимому совершенству.
— И радости, — добавила она. — Танцы должны приносить радость.
— Да.
Теоретически.
— И я уверена, в следующем году ты будешь готова к выступлению на «Классике». И феноменальна будешь ты, потому что отточишь базовые навыки. В балетках. Новички всегда выступают в балетках. И Ева, и я танцевали в них до тринадцати лет.
— Но мисс Куинн записала меня на «Классику» в этом году.
Мне как-то удалось сохранить невозмутимое выражение лица.