Вардананк

Демирчян Дереник

– Не приводилось мне видеть ничего подобного! – сказал, улыбаясь, Вардан и покачал головой. – И как это получилось?

– Только-только повернулся Себухт, чтоб… – давясь смехом, начал Аршавир, но не сумел закончить, схваченный новым приступом смеха – И боя-то настоящего не было! – вставил Хорсн.

– Какой там бой? – ответил Татул Димаксян. – Они с разинутыми ртами смотрели, как мы крошили их фланги!

– Как будто затем и явились, чтоб быть побитыми! – добавил Артак Палуни.

Задумавшись, Вардан слегка улыбнулся.

– Но

Себухт – полководец отважный и опытный! – сказал он. – И войско у него хорошо обученное… При иных обстоятельствах нам пришлось бы нелегко. Стремительность нашего удара повергла его в смятение. Он не сумел предугадать, как будет развиваться сражение. Да, удачно у нас получилось, удачно! Быть может, и не повторится больше никогда такая удача!.. – с усмешкой заключил он. – Как бы то ни было, нехорошо это, конечно, для такого прославленного полководца…

– Полководец-то он, конечно, прославленный… – уже серьезно заметил Аршавир.

– Ну, как бы то ни было, воздадим хвалу богу армян! – закончил Вардан. – Ловко выскочили мы!.. – И сам залился громким смехом. Вдруг он тревожно оглядел всех и резко спросил: – Князь Муш… Где он?

– Да, князь Муш… Где князь Муш? – спрашивали друг друга встревоженные командиры.

– Погиб в бою, Спарапет… – сказал сепух Давид. – Я послал за его телом.

Лица у всех омрачились. Немного погодя воины принесли тело убитого Муша. Вардан снял шлем, остальные последовали его примеру.

Полки двинулись в путь. Тело Муша предали земле в первом же встречном селении, во дворе церкви.

Вардан дал полкам два дня на отдых. После передышки решено было выступить к Чорской заставе. В этот же день к Вардану прибыл нарочный от Атома с сообщением, что в Арташате назревает смута и ожидаются враждебные выступления.

– Нужно спешить… очень спешить!.. – заявил Вардан. – Боюсь, что пока мы подоспеем, все перемешается в стране!

Он приказал гонцу вернуться в Арташат и передать, чтоб Атом как-нибудь продержался с помощью Нершапуха и народа, пока они покончат со своей задачей.

К вечеру прибыли гонцы и от Вахтанга. Царь извещал, что персидский гарнизон в Тбилиси уничтожен.

Постоянно находясь в пути под угрозой неожиданного нападения кушанов, армянская конница, наконец, добралась до места расположения персидских войск.

Навстречу коннице выступил небольшой отряд под командованием заместителя Нюсалавурта полководца Зора. Он встретил новоприбывших, весело приветствовал конницу, обменялся воинским приветом с князем Гарегином и громко справился о здоровье конников. Гарегин доложил, что они благополучно достигли места назначения и готовы к выполнению боевых заданий. Конницу отвели на предназначенное ей место стоянки, а армянских князей Зора пригласил в свой шатер.

Подали ужин. Зора – живой и приветливый человек лет пятидесяти с лишним – отличался от армянских князей своей веселой разговорчивостью Он держался

очень дружелюбно, с особым почтением отозвался о Вардане Мамиконяне.

– Мною в Персии боевых полководцев, но ни одного – подобного Вардану! Как можно было подвергать такого полководца заточению? – с сочувствием в голосе заявил он.

Заметив, что гости утомлены, Зора не стал задерживать их долго за ужином и вскоре отпустил с пожеланиями мирного сна.

Ночь прошла спокойно. Но на рассвете персидский трубач заиграл сигнал тревоги. Войска быстро начали строиться. Гарегин побежал к Зора.

– Ожидается нападение кушанов, – сообщил ему Зора. – Сейчас выступим.

– Конечно, ты разрешишь выступить и нам, – сказал Гарегин.

– Нет, князь Вы будете отдыхать еще несколько дней. Персидское войско выступило, разделившись на две части. В лагере осталась только армянская конница.

– Этот Зора кажется мне порядочным человеком, – заметил Арсен. – Быть может, посчастливится нам честно отвоеваться с ним…

Наутро к Гарегину прибыл гонец – скороход от Зора, с приказом немедленно выступить на подмогу персидским войскам. Гарегин созвал своих князей-командиров и наказал, если сам он падет в бою, командование взять в порядке последовательности Арсену Энцайни, Тачату Гнтуии, Нерсэ Каджберуни, сотнику Аршаму.

Конница выступила. Перед воинами расстилалась бескрайняя пустыня. Никакого следа врага – мертвые волны песка и безжизненный горизонт…

Армянским конникам отвели место в центре, между двумя персидскими флангами. Войска были приведены в боевую готовность, но кушаны не показывались. Армянской коннице, однако, хорошо были известны все уловки сынов пустыни. Безлюдие и отсутствие всяких признаков близости кушанов не могли удивить Гарегина.

Зора назначил смотр армянской конницы. Он с удовлетворением переводил взгляд с конников на командиров, пристально одного за другим оглядел князей, и вдруг на глазах у него показались слезы. Он что-то шепнул про себя, и Гарегир как будто расслышал слово «жаль» Зора повернулся ч нему:

– Дождетесь, пока оба наши крыла перейдут в наступление, ввяжутся в бой, и только тогда двинетесь. Наступать стремительно, во весь опор, врезаться в самую гущу вражеских сил!

– Будет исполнено! отозвался Гарепин. Зора обнял Гарегира горячо поцеловал его и затем обратился ко всем.

– Ну, дети мои, сражайтесь храбро, как всегда! Да хранит вас Ормизд!

– Аминь!.. – отозвалась конница обычным своим приветствием. Зора ускакал.

Он еще не доехал до своих полков, как из-за холмов высыпали кушаны. Они мчались во весь опор, перегоняй друг друга, и, внезапно остановившись, выстроились полукругом: нельзя было понять, готовятся ли они к нападению, или к обороне.

Правое крыло персидских войск медленно выступило вперед. Также медленно выступило левое. Армянская конница осталась стоять на месте.