Вардананк
Шрифт:
Кодака увели Васак отдался тревожному раздумью. Что сделать, чтобы опередить Себухта? Как спасти Деншапуха из заключения? Кто знает, чем закончится бой Вардана с Себухтом? Вполне обоснованным было требование Михрнерсэ – действовать, пока не поздно. Следовало очистить себя, оправдаться перед Азкертом, дать ощутимые доказательства своей верности. Тянуть было невозможно, события не ждали… С каждым часом положение ухудшалось. Но и предаваться отчаянию было неразумно. Нужно было искать выхода, спасти свое дело, себя, своих детей…
Васак срочно
Васак хмуро смотрел на этого безжалостного человека. Помолчав, он сообщил Гадишо о требованиях Михрнерсэ.
– Жалеешь ты кровь проливать!.. – укоризненно заявил Гадишо – Вот в чем твоя ошибка!
– Кровь была пролита в Ангхе…
– Поздно И мало. И не по своей воле пролил.
– Уж не стать ли мне царем над безлюдными развалинами? Опустошить всю страну Армянскую? – вспыхнув, бросил Васак.
– Да, всю страну Армянскую! Тебе удивительно это? Затеял игру с миродержцем, так не бойся крови! Васак с горечью улыбнулся.
– Играть с кровью?
– Нет у тебя иного спасения помимо крови! Только кровью должен ты доказать свою невиновность. Поверят только крови! Иначе ты проиграл в этой игре взаимных уловок…
Васак горестно задумался:
– Значит, я предатель?! Я предаю отчизну?!..
Приказав крепостному воеводе Аветику усилить бдительность, Атом спустился с башни и направился к удельному дворцу. Войдя в зал, он увидел нахараров, с серьезным видом что-то обсуждающих.
– Не надеюсь я ни на что хорошее, если Спарапет победит! – говорил Нерсэ Урца. – Если же он будет разбит, может тоже произойти кое-что… И весьма неприятное…
– Дело не в этом… Он может быть разбит или не разбит – это неважно! – возразил Тироц Багратуни. – Самое ужасное в том, что опаздывает наш азарапет!
– И что мы принуждены ждать! – докончил Артен Габегени с широким ленивым зевком.
– Но где же обещанная помощь? – с раздражением спросил Тироц Багратуни. – Она также опаздывает, эта помощь! А Себухт уже у наших дверей…
Как бы между прочим Атом обратился к Тироцу:
– А помощь греков так уж необходима? Греки могут ведь и отказать. Но зато с нами иверы и агваны!
Все с удивлением и насмешливыми улыбками повернулись к Атому.
– Что? Без греков? Да кто же выйдет против персов один на один, без помощи греков? – продолжая зевать, ответил Артен Габегени.
Атома неприятно поразило присутствие Гюта Вахевуни: полуприкрыв глаза, тот сидел в углу, молча внимая беседе. Ясно было: нахарары стали падать духом. Атом счел за более разумное воздержаться от участия в беседе.
– А греки не захотят вмешаться! – вновь заговорил Нерсэ Урца. – Посмотрим, что сделает тогда Спарапет!
– Что бы он ни сделал, не по силам ему победить персидскую державу!
Атом мысленно проклял обязанности, которыми сковал его Вардан. Будь он свободен, он бы знал,
– Но если это так, – вяло продолжал Артен Габагени, – зачем же мы тогда гноим в темнице персидских сановников? – Он вдруг порывистым движением обернулся к остальным нахарарам и раздраженно выкрикнул: – Чтоб еще больше разъярить Азкерта?!
– Как видно! – пробормотал кто-то из сидевших в углу.
Атом с горечью прислушивался к разговору нахараров, с трудом удерживаясь от вмешательства.
Подступала темнота. Нахарары сидели нахохлившись. Артен Габегени сказал, что хорошо было бы собраться на охоту.
– Только это и остается!
– отозвался Тироц Багратуни. – А то здесь скука невыносимая..
– Никакой охоты! – решительно заявил Нерсэ Урца. – Пойдем к марзпану и попросим отпустить нас по домам. Нечего тут сидеть!
– Правильно, пора по домам! – откликнулись отовсюду голоса.
Атома изумляло не только то, чтс нахарары, уже не стесняясь, так откровенно высказывались в его присутствии, но главным образом то, что их, видимо, совершенно не занимал вопрос о том, что же будет со страной, если они уйдут в сторону и оставят и родину и свое собственное будущее на произвол судьбы?!
Продолжая хранить молчание, Атом уголком глаза рассматривал Гюта, догадываясь, что тот недаром находится среди нахараров и не первый день отравляет души ядом сомнения. Знаменательным показалось Атому и самое молчание Гюта. Нужно было бы узнать, какой подготовляет он удар. Но как это узнать?
Атом отправился в лагерь и приказал держать отряды наготове, избегая, однако, всякого лишнего шума Затем он составил срочное письмо Нершапуху:
«Князю Арцруни – привет. Ставлю тебя в известность, что дела здесь очень запутаны Спарапет еще не встретился с Себухтом; азарапет еще не достиг Византии; марзпан тайно сносится с заключенными персидскими сановниками; собравшиеся же здесь нахарары решили не приступать к действиям, пока не подоспеет помощь из Византии. Видя их колебания, изменники воспряли духом. Марзпан многих уже перетянул на свою сторону. Мне с трудом удается сдерживать открытое восстание предателей. Идет борьба не на жизнь, а на смерть. Если персидского нашествия нет – возвращайся, так как я не в состоянии продержаться без кровопролития. Требую, чтоб с персидскими сановниками было покончено.
Атом, нахарар Гнуни».
В ожидании возвращения Нершапуха Атом не знал ни сна, ни отдыха; все свои силы и все свое время он посвящал организации и обучению общегосударственного войска. Для этого нужно было взять у нахараров их отряды и слить воедино. Помимо того, что было очень трудно добиться выделения этих отрядов из нахарарских полков, разлад среди самих нахараров и все возраставшая опасность выступления предателей мешали предприятиям Атома. Его приводила в ярость та медлительность, с которой нахарары откликались на его призыв поддерживать с ним постоянную связь и явиться в Арташат со своими полками.