Вальс с судьбой

Дианина Галина Александровна

В голосе Арима не было удивления или недоумения, словно он просто принял мой новый дар, как что-то простое и привычное. Уверена, любой из наших архимагов или шарахнулся бы от меня, как от чумной, или запер бы в каком-нибудь подвале, чтобы изучить. Я сама бы от себя, наверное, шарахнулась. Или заперла.

– Ты ведь тоже видишь их, - произнесла я задумчиво.

– Сейчас нет, - в голосе Ральда была горечь.

Я мягко коснулась руки мужчины, ободряя.

– Почему у меня получилось?
–

спросила я, чувствуя, что Арим может дать ответ, и была разочарована, услышав:

– Не знаю. Точнее, не помню. Я ведь пока очень немногое вспомнил, но, надеюсь, со временем память вернется. Обещаю, если я знаю ответ, скажу тебе.

Я улыбнулась.

– Итак. Принципы работы стихийных магов мне, как ты уже догадалась, знакомы мало. Я работал с Нитями и могу научить тебя лишь этому. Зашить мою рану у тебя получилось, значит, ты способна не только видеть Нити, но и управлять ими. Так что, слушай...

Нас отвлек лишь обед, да и то ненадолго. Быстро объяснив теорию, которой оказалось на удивление мало, Ральд перешел к практике. Тут я и поняла весь подвох. Чтобы использовать Силу (Жизни-Смерти), мне было достаточно просто захотеть. Правда, при этом я не могла создать даже простой световой пульсар, не говоря уж о серьезном колдовстве. Ральд же учил меня магии Нитей. Рисовал на покрытом землей полу узоры нужного плетения, а я вновь и вновь пыталась сотворить простое заклинание все того же светового пульсара. Я даже вспотела, ловя выскальзывавшие из рук Нити.

– Не годится, - небрежно произнес Ральд, приоткрыв один глаз и взглянув на светившийся болотно-гнилушным светом кривой шарик в двух локтях над землей.

Он нагло лежал и дремал, открывая глаза (чаще - глаз) только услышав мой шумный выдох. Вот и сейчас, раскритиковав первый похожий на что-то дельное пульсар, Ральд вновь погрузился в дрему. Несколько мгновений я сверлила его возмущенно-обиженным взглядом, но, не добившись никакого результата, сдалась и вернулась к Нитям.

* * *

Ранняя зима, не обращая внимания на чаяния и надежды людей и нелюдей, уверенно укрепляла свои права: выпавший еще четыре дня назад снег и не думал таять. Наоборот, и без того заброшенная дорога быстро становилась непроходимой. Темнело.

– Дальше только пешком. Телега не пройдет, - с тяжелым вздохом произнес Райк, вернувшись от очередного снежно-древесного завала на дороге.

Я подула на сложенные лодочкой ладони, согревая их. Хотелось спать.

– Выпрягаем лошадь. Вещи можно сложить в два мешка. Свяжем их, перебросим через спину животного. Все легче идти будет, - предложил Ральд, начав осуществлять озвученное.

Поглубже закопавшись в шкуры, я наблюдала за тем, как ребята упаковывали наше скудное имущество и еду. Ральд выпрягал

лошадь.

– Подержи его, пожалуйста, - попросила Альер, протянув мне сына: - Я помогу Ральду.

Молча приняв спавшего младенца, я с невольной завистью посмотрела на бодрую рийдку. Ее одежда была легче нашей, но к холоду Альер явно привыкла больше. Или у рийдов кожа толще? Что шкура толще - это сомнений не вызывало, а вот кожа?..

Через некоторое время Альер забрала малыша и, соорудив из куска ткани люльку, закрепила сына у себя на груди. Интересный способ... Что мы еще не знаем о рийдах? Впрочем, более закономерный вопрос: а что мы о них знаем?..

Вырвав меня из размышлений о рийдах, Райк забрал шкуру. Стало вмиг так холодно, что я попыталась возмущенно вскочить. Конечно, ничего не вышло - с громким воплем рухнула обратно в телегу, а в глазах еще долго стояли круги боли. Краем сознания я понимала, что слышу ругань Райка с Аримом. Голос брата был виноватым, и я решила вынырнуть из пучины боли.

– ...ты предлагаешь?!

– Ничего. Просто почаще думать, - в голосе Ральда за моей спиной были совершенно незнакомые стальные ноты.

Вздрогнув, я попыталась осторожно встать и поняла, что оказалась укутана не только в шкуры, но и в кольцо сильных мужских рук. Мило. Ральд же, заметив мои потуги, сменил тон голоса:

– Прости, Райк, но если твою сестру не осмотрит лекарь в ближайшие два дня, она может лишиться ноги. И чем чаще она будет на нее вставать, тем хуже все будет.

Лицо Райка побледнело. Я невольно обнадеживающе улыбнулась и, не поддаваясь общему настроению, произнесла:

– Успокойтесь. Вот-вот будем в Лэрше, а там лекарь найдется, правда, Альер?

Рийдка кивнула, а я вопросительно посмотрела на Ральда и спросила:

– Чего мы ждем? Темнеет ведь...

Парни переглянулись, словно совещаясь в каком-то только им известном вопросе. Похоже, я зря пропустила часть спора... Райк вздохнул, словно смирившись, и ушел куда-то из поля моего зрения. Заинтригованная, я попыталась вывернуть голову в нужную сторону, но мое лицо бесцеремонно прикрыли шкурой, а потом меня подняли и куда-то понесли.

Возмутиться, что ли?

Пока я раздумывала, меня передали из рук в руки. Мгновенно определившись в столь принципиальном вопросе, как возмущение, я попыталась вывернуться из шкур.

– Тише, не дергайся. Оба упадем, - напряженно произнес мне на ухо брат.

Мы двинулись.

О Боже... Выглядывать мне перехотелось. Я и так поняла, что меня посадили на лошадь. Без седла. Поперек. Лишь брат, сидевший там же, удерживал от падения. Единственным плюсом моего положения было тепло лошади. Не прошло и часа, как я не только отогрелась, но и начала париться.