Ва-банк

Барнс Дженнифер Линн

На записи агент Бриггс, агент Стерлинг и Тори находились в помещении походившем на комнату для допросов, а с ними и мужчина, судя по всему, адвокат Тори.

— Спасибо, что согласились снова встретиться с нами, — Бриггс сидел напротив Тори. Слева от него устроилась Стерлинг. Адвокат Тори сидел за её спиной.

— Моя клиентка была рада прийти сюда и разъяснить все неточности, которые вы могли обнаружить в её предыдущих показаниях, — адвокат говорил спокойным баритоном. Даже издалека его часы выглядели жутко дорогими.

Тори

не нанимала его. Я не стала подвергать эту догадку сомнению. Тори была жесткой, она всегда говорила то, что думала, а ещё она умела выживать. Когда-то она жила без родителей. А значит, ей пришлось бороться за всё, что она имела. Она бы наверняка наняла лучшего адвоката, которого только могла себе позволить, чтобы не дать ФБР прижать себя к стенке — но она бы выбрала кого-то более агрессивного и с меньшей любовью к дизайнерским костюмам.

— Мисс Ховард, во время нашего последнего разговора вы сказали, что в тот вечер именно Камилла Холт решила пойти в ресторан «Его Величества».

— Разве? — Тори и глазом не повела. — Это не правда. Это я предложила пойти туда.

Я вспомнила о том, как Тори разговаривала с Аароном в том коридоре. Они обсуждали допрос? Он советовал ей, как именно отвечать на вопросы?

— Вы знали, что место убийства Камиллы было выбрано заранее? — спросил агент Бриггс.

— Нет, — ответил за ней Майкл. — Не знала. Вы только посмотрите, — он указал на экран, хоть я понятия не имела, что в выражении лица Тори навело его на такую мысль. — У неё мурашки по коже.

Агент Стерлинг воспользовалась моментом:

— Каковы ваши отношения с Аароном Шоу?

Тори всё ещё была так погружена в только что раскрывшуюся правду об убийстве Камиллы, что действительно собиралась ответить, но её адвокат подался вперед.

— Моя клиентка не станет отвечать на какие-либо вопросы об Аароне Шоу.

— Видите, как у адвоката раздулись ноздри? — сказал Майкл. — Пока что это единственное подобие эмоций, которое выразил этот парень.

Другими словами:

— Он заботиться не о защите Тори, а о защите Аарона, — сказала я. Она не нанимала его, — снова подумала я. — Семья Шоу наняла.

На экране Стерлинг и Бриггс обменялись многозначительным взглядом. Судя по всему, они тоже это заметили.

— Ясно, — сказал адвокату агент Бриггс. — Дальше, мисс Ховард, мы надеялись, что вы сможете просветить нас насчет ваших познаний в области гипноза.

Тори мельком взглянула на адвоката. Возражений не последовало.

— Что именно вы хотите знать?

— Вы могли бы описать, что происходит, когда вы гипнотизируете человека? — спросил Бриггс. Пока что он задавал общие вопросы.

Обращается с ней как с экспертом, а не как с подозреваемой. Умно.

— Обычно я начинаю с того, что прошу добровольцев сосчитать от ста до одного.

Если я хочу, чтобы воздействие было сильнее, то использую технику, которая дает более быстрый результат.

— И что же это за техника?

— Можно отправить человека в состояние гипноза с помощью шока, — ответила Тори. — А можно начать что-то вроде простой последовательности — вроде рукопожатия — а затем прервать её.

— И когда человек находится под гипнозом, — сказал Бриггс, — вы можете внедрять некоторые предложения, заставлять людей делать определенные вещи?

Тори была много кем, но оно явно не была наивной.

— Если вы имеете в виду что-то конкретное, агент Бриггс, — сказала она, — просто спросите.

Стерлинг подалась вперед.

— Вы могли бы с помощью гипноза заставить человека сделать татуировку?

— Зависит от того, — спокойно ответила Тори, — хотел ли человек сделать татуировку до гипноза, — я думала, что на этом она закончит, но она продолжила говорить. — Гипноз — это вам не контроль разума, агент Стерлинг. Я всего лишь подаю идеи. Нельзя переделать личность человека. Нельзя заставить человека сделать то, чего он не хочет. Загипнотизированный человек — это не пустой лист. Он всего лишь… открыт.

— Но если человек был не против сделать татуировку…

— Тогда, да, — сказала Тори. — Я могу подать ему такую идею. Но учитывая то, как сильно я ценю свою работу и то, что я не хочу, чтобы рассерженные зрители подавали на меня в суд, я стараюсь придерживаться менее долгосрочных вещей.

Татуировка Александры Руис была нарисована хной, — подумала я. Куда менее популярна, чем обычные татуировки — и куда менее долгосрочна.

— Загипнотизировать можно любого? — снова спросил агент Бриггс.

— Нельзя загипнотизировать того, кто не хочет этого, — Тори откинулась на спинку стула. — Некоторых людей гипнотизировать легче, чем других. Мечтателей. Тех, у кого в детстве был воображаемый друг.

За спиной у Тори адвокат поглядывал на часы.

— Сколько времени нужно человеку, чтобы научиться гипнозу? — спросил у Тори Бриггс.

— Чтобы быть в нём настолько же успешным, как я? — спросила Тори. — Годы. Чтобы загипнотизировать кого-то? Я знаю людей, которые уверяют, что могут научить этому меньше, чем за десять минут.

Я заранее знала, каким будет следующий вопрос.

— А вы кого-нибудь учили?

Взгляд Тори метнулся к адвокату.

— Кажется, — сказал он, поднимаясь на ноги и жестом показывая Тори последовать его примеру, — моя клиентка потратила достаточно времени на удовлетворение ваших интересов.

Аарон, — подумала я. — Она научила Аарона.

Видеозапись закончилась помехами. Через несколько секунд заговорила Лия.

— Всё что она сказала, было правдой.