В воздухе - испытатели

Бондаренко Николай Адамович

Да, приняв в Заполярье в свой самолет тонны топлива, можно в самом деле петь.

Климов с большим душевным подъемом, улыбаясь и тихонько напевая, продолжал выполнять задание.

Неверов разворачивал свой танкер к дому и шутя приговаривал:

–  Всю горючку высосал, дьявол... Обобрал до нитки... Надо же...

В этот день и один, и другой самолеты приземлились на своем аэродроме.

Неверов, подойдя к Климову, улыбнулся:

–  А ты молодец все-таки: оставил мне топлива тютелька в тютельку долететь домой и произвести посадку...

* * *

–  Самолетовождение во второй половине

двадцатого века - наука точная. А потом у меня на борту, как ни говори, два заслуженных штурмана находились, засмеялся Климов.

Да, расчет... Всегда он, Климов, кажущийся на первый взгляд бесшабашным шутником, любил рассчитывать, творчески мыслить в полете, приучив себя к этому еще на фронте, где вместе со штурманом Виктором Дегтяревым и стрелком-радистом Иваном Самойлюком выполнил немалое количество боевых вылетов, причем с самыми различными, порой сложнейшими заданиями.

Сражаясь с фашистами в составе гвардейского Сталинградского полка, первым командиром которого был легендарный Иван Семенович Полбин, летчик Евгений Александрович Климов стал одним из лучших летчиков части, а получив боевой опыт, он встал после войны в один ряд лучших испытателей новой авиационной техники.

"Профессор" штопора

Летчику-истребителю старшему лейтенанту Котлову Василию Сергеевичу ныне полковнику, Герою Советского Союза, Заслуженному летчику-испытателю СССР не удалось повоевать на фронтах Великой Отечественной войны. Еще в 1938 году, после окончания Борисоглебской авиашколы, он был направлен служить туда, где, как и на западе, ходили над границей грозовые тучи. Да, у берегов Приморья и Амура-батюшки нужно было зорко стоять часовым!

Когда началась Великая Отечественная война, Котлов, как и его товарищи по службе, стал проситься на фронт. Но командование не отпускало.

Тогда Котлов решил купить истребитель Як-1 и, получив его на заводе, улететь на нем на фронт.

Но один Котлов купить самолет не мог. Решили приобрести его в складчину: три летчика и техник - Котлов, Косинцев, Янович и Бочаров. Они внесли личные средства на самолет-истребитель и еще раз попросились на фронт.

С нетерпением четыре патриота ждали того часа, когда их наконец-то отправят в боевой полк.

Патриотический поступок авиаторов-дальневосточников не остался без ответа. Вскоре они получили правительственную телеграмму: "Примите мой боевой привет и благодарность Красной Армии, товарищи Котлов, Косинцев, Янович и Бочаров, за вашу заботу о Красной Армии. И. Сталин."

К сожалению, про отправку на фронт в телеграмме почему-то ничего не было сказано...

Закончилась война с фашистской Германией. Началась война с Японией. Котлов на "Аэрокобре" летал на разведку, отважно штурмовал колонны самураев.

После войны до 1949 года Василий служил на Камчатке и Курильских островах.

С 1949 года по 1970 год Котлов испытывает самолеты.

Он летал на всех реактивных дозвуковых и сверхзвуковых наших истребителях. Летал и испытывал истребители Сухого и Яковлева. Но больше всего пришлось ему полетать на всех истребителях семейства Микояна-Гуревича - МиГах.

Мы с Котловым договорились о встрече. И вот я у него дома. Говорим мы в высоком, истребительском темпе, жестикулируем.

–  Интересные случаи? - переспрашивает

Котлов.

–  Да, интересные случаи из испытательной работы... Ребята, знаю, звали тебя профессором штопора.

–  А-а-а... - Котлов улыбается, - на штопор летал я действительно много. - Он подается вперед и отбрасывается на спинку стула. - Значит, интересные случаи, говоришь... Помню, был однажды такой случай в пятьдесят шестом году... Пришел к нам тогда МиГ-девятнадцать с бустерным управлением стабилизатора. Понимаешь, что такое бустерное управление?

–  Понимаю, понимаю...

–  Вначале ведь, - продолжает Котлов, - на МиГ-девятнадцать были обыкновенные рули высоты. Но машина-то сверхзвуковая, и такие рули высоты на нее ставить было уже опасно. Короче, стали проводить испытания. Бустерное управление работало без замечаний, -без маленьких даже отказов. Машина пошла в серию. А уже потом поручили мне испытать ее на штопор. Вначале все шло хорошо, бустерное управление работало отлично. Потом в одном из полетов, после шести витков... Я тебе еще вот что скажу: двигатели, когда вводишь в штопор - хлоп! - и оба глохнут. Но это не страшно: запуск в полете очень хорошо отработан...

–  А почему глохнут?

–  Из-за большого скоса потока воздуха по отношению их входных каналов.

–  Понятно.

–  И тут не зевай! Скорее закрывай стоп-кранами подачу в двигатели топлива, а то зальет их - не запустить. И вот в этом полете, после дачи на вывод ноги, заклинило ручку управления в добранном на себя положении. Машина крутит и крутит витки, а я не могу двинуть ручку от себя даже на сантиметр. "Что делать? Катапультироваться? Нет, - думаю, - надо бороться за машину". А высота уже менее трех тысяч метров. Счет идет, сам понимаешь, на секунды...

–  Все понимаю. Но почему-то низковато ты вводил в штопор?

–  На семи тысячах метров.

–  Так низко? Машина же сверхзвуковая...

–  Ну и что, что сверхзвуковая. Штопорит она хорошо. Уберешь тягу двигателей, подбираешь, подбираешь ручку на себя - удерживаешь "нос" на линии горизонта... Самолет теряет скорость и только на отметке двести двадцать сваливается влево или же вправо.

–  А тут, значит, хлопок и глохнут двигатели?

–  Да, двигатели глохнут обязательно.

–  Интересно...

–  Я дал ногу против штопора, подумал: "Дай-ка дам элероны по штопору, может, выскочит", - и моментально их дал. Но машина, словно верткая щука, перебросилась из левого штопора в правый, - проглядел я, видишь ли, момент, когда нужно было ставить элероны нейтрально. Вот какое значение имеют на штопоре элероны.

–  Ну и фокусы!..

–  Никаких фокусов! Такой самолет. Такая у него интересная аэродинамика... Ну, так вот, дал я снова ногу против штопора и элероны по штопору. И теперь уже своевременно в тот момент, когда МиГ переходил в левый штопор, поставил элероны нейтрально. Смотрю и радуюсь: под большим углом МиГ пикирует к земле. И управление стабилизатором заработало! Но только на первых порах не бустерное управление, а электрическое, включающееся автоматически после отказа бустерного. Но потом как ни в чем не бывало заработало и бустерное управление. Запустил двигатели, вывел машину на высоте тысяча шестьсот метров из пикирования и пошел на посадку.