В тени от битвы
Шрифт:
Клинок коснулся холодными пальцами висков и закрыл глаза. Отчего так гудит в голове? Почему он вдруг стал чувствовать себя бесполезным и беспомощным перед происходящим? Почему его стало подчинять волнение, от которого недалеко и до страха, неведомого Стражам?
Почему он раньше не сумел спасти этого несчастного мальчика? Почему раньше не подумал, что с тех пор, как Сэнктим так преобразился, Стражи должны выполнять то, что раньше делали Хранители: не исправлять то, что натворила Сила Ночи, а предотвращать это? Наверняка можно было сделать так, чтобы всего этого не произошло!
– Тебе не нужна
– в голосе Аулиши звучала истинная тревога.
– Нет… Нет. Позаботься о мальчике.
– Ты ужасно выглядишь, Клинок, - откровенно произнесла она.
– Тебе лучше пойти и выспаться.
– Нет, я останусь. Я должен…
– Ты должен послушаться знающего лекаря, Клинок, - поддержал её Матаир.
– На тебе нет лица. Можешь не беспокоиться, никто не узнает о том, что здесь происходит, хотя скоро каждый почувствует Дар Ночи в Цитадели.
– Мальчик в этом не виноват…
– Думаешь, это не заметно?
– грубовато спросил Наделённый.
– Клинок, ты выглядишь сейчас не лучше Увлера. Можешь положиться на нас.
– Не заставляй меня применять силу, - покачала Аулиша пальцем.
– Думаешь, если ты - Клинок Света, я не могу погрузить тебя в лечебный сон?
– Я приду на рассвете, - сдался Гаранд.
– Ни один из них ещё не очнётся, - на всякий случай предупредила его Аулиша.
– Мне придётся не один день провести здесь, чтобы залечить его раны.
Она вновь склонилась над мальчиком. Лечебный сон тут совсем не поможет. Ей придётся разделить его боль, чтобы облегчить страдания, и много сил отдать на то, чтобы он сумел справиться с жаром.
Наделённый Матаир опустился на стул, замечая царящий сегодня в кабинете Клинка беспорядок, совсем нехарактерный для этого места, как и для Клинка вообще. Ученик Аулиши уже почти восстановил силы Увлера, но Страж ещё долго не проснётся. Ему нужно очень хорошо отдохнуть…
Юноша тоже чувствовал Дар Ночи в мальчике, ему имя Сатиан тоже сказало многое, но он ничего не мог понять. В поисках поддержки он направил свой взгляд на Наделённого Стража.
– Когда-нибудь Клинок Света всё нам объяснит, - подбодрил его Матаир.
– А пока, мы должны помнить, что важно, чтобы всё сохранилось в тайне.
В черноте ночи никто не видел скользящие по улицам Цитадели фигуры. Мужчина в доспехах и белом плаще и женщина, озирающаяся по сторонам, беспокойно слушавшая редкие шорохи.
Луна ни разу не показалась из-за чёрных туч. Ни одной звёздочки не было на небе, и чёрная ночь вполне отражала настроение Наймиры. Была бы она тучей, непременно устроила бы страшную грозу сейчас.
Страж исчез на какое-то время, велев ей ждать, а появился, ведя под уздцы коня.
– Когда всё это закончится, ты будешь должна мне лошадь, - хмыкнул он.
– У него довольно смирный нрав, в отличие от тебя. И поторопись. Из Цитадели есть выход, который сейчас не охраняется - Клинок зачем-то вызвал Наделённого Матаира. Выход здесь, недалеко. Ты легко найдёшь его. А потом - постарайся, чтобы ни у кого больше не возникало сомнений в твоей верности клятве крови…
– Здесь не при чём клятва, - сухо ответила Наймира.
– Речь шла всего лишь о жизни ни в чём не виноватого мальчика, чью жизнь надо было спасти.
– Хватит, - оборвал
– Я не желаю больше ничего слышать.
Наймира погладила коня по тёплому боку:
– Как его зовут?
– Не имеет значения, - резко ответил Страж.
Наймира поджала губы, забирая уздечку из его рук.
– Спасибо, что показал мне этот проход, друг, - она заметила, как исказилось лицо Стража, вряд ли из-за Силы Ночи, ведь шнурок не жёг его руку, но явно от негодования, и довольно продолжила.
– Мне было бы очень жаль, если бы пришлось объясняться с Клинком поутру. Спасибо.
– Исчезни, - процедил Страж, развернулся на пятках и широкими шагами пошёл прочь.
Наймира, скрежеща зубами, пробормотала ему вслед пару проклятий, с сомнением посмотрела в блестящие глаза своего нового коня и потянула его за собой.
– Пойдём, дружок… Незавидная у нас с тобой доля.
Только за окном забрезжил рассвет, а Клинок уже был на ногах. Он так и не сумел выспаться, но это волновало его в меньшей степени. Он торопливо привёл себя в порядок - спал он в одежде, так что всё, что он сделал сегодня из утреннего туалета, так это несколько раз провёл ладонью по чёрным волосам - и вышел из комнаты, в которой спал остаток этой ночи.
В своих покоях он обнаружил стоящую по-прежнему на коленях перед Сати Аулишу, положившую голову мальчику на грудь и, кажется, спящую, Увлера, всё ещё погружённого в лечебный сон, ученика Аулиши, сидевшего на полу у окна и ещё дремлющего, и единственного среди них бодрствовавшего Стража Матаира. Наделённый Страж поднялся, приветствуя Клинка, и тихо и коротко доложил:
– Все спят.
В его голосе совсем не было иронии. Да и говорил он сущую правду. Аулиша была измотана, Сати и Увлер были под воздействием Даров, а ученик Аулиши не спал, а просто дремал, потому что одновременно ему приходилось контролировать лечебный сон, наложенный на Увлера. Хотя, Гаранд сомневался, проснулся ли Увлер, если бы юный лекарь отозвал свой дар. Скорее всего, вряд ли.
– Я заметил, - кивнул Клинок.
– Ты можешь пока идти отдохнуть, друг Матаир, - он тоже говорил шёпотом.
– Я вчера заставил тебя порядочно напрячься, прости меня.
– Это мой долг, - покачал головой Матаир.
– Распорядись от моего лица прислать ко мне советника по делам с Мараданской пустыней…
– Ты всё-таки решил удовлетворить просьбу Шавалина?
– неодобрительно покачал головой Наделённый Страж.
– Не считаю, что это правильно, Клинок…
Гаранд Астиан всегда прислушивался к словам окружавших его людей. Но на этот раз Наделённый дал такой совет, который не соответствовал мыслям Клинка.
– Нет. Дело с Шавалином я уже закрыл и отложил. Они разберутся без Цитадели… Я потом непременно всё расскажу тебе, друг…
– Хорошо. Прости, Клинок, - Матаир приподнял руки.
– Надеюсь, советника ты будешь принимать не здесь?
– Камень Света… Конечно! Пусть придёт в приёмный зал…
– Будет выполнено, Клинок, - Матаир отсалютовал ему и вышел.
Клинок устало опустился в кресло. Глаза его остановились на лице мальчика по имени Сатиан.
У мальчика действительно было лицо Хозяина Ночи. Только детское, бледное, измученное лицо. Сердце опять защемило.