В те времена

Кимельфельд Дмитрий Исаакович

1986 г.

Примечание:

Песня была написана на музыку композитора Михаила Шпарбера по просьбе Андрея Миронова к 75-летию его матери М.В.Мироновой. К сожалению, песня оказалась самой последней из студийных записей А.Миронова…

Случай на прогулке

Притча для научных сотрудников младшего возраста

К спектаклю «Актер»

Однажды сэр Исаак Ньютон И леди Пикадилли, Накинув на плечи манто, По саду проходили. Уже листвы краснела жесть, Сентябрь кружился в танце… И вздумали на травку сесть Под яблоней британцы. Ньютон был по уши влюблен, И, сняв парик крахмальный, Аристократку обнял он Рукою гениальной. Сказала леди: «Уй-ю-юй! Вы — настоящий рыцарь! Я подарю вам поцелуй С условием — жениться!» От

страсти сэр наверняка Забыл бы все на свете, Но тут, на счастье Исак'a, Случился жуткий ветер. В семейной праздности погиб б Гений Альбиона, Если бы яблочко — гип-гип! — Не стукнуло Ньютона. Ударом страшным поражен, Ньютон был нем и бледен, Но так и не признался он В любви коварной леди. Она ушла. А сэр Ньютон Свалился без движенья. Зато потом — открыл Закон Земного Притяженья. Мораль: Не торопись, мой друг, В делах такого рода. От загребущих женских рук Спасает нас Природа. И если дама, чуя брешь, Тебя обнимет томно, — Ты сразу яблочко поешь — И вспомни про Ньютона!

1986

Песенка о шляпах

К спектаклю «Дорога»

Есть истины, рожденные без споров. Одну откроем вам наверняка: Происхожденье головных уборов Уходит вглубь, в дремучие века Неважно, пьешь «Мартини» ли, кумыс ли, Хозяин слова ты, иль слова раб — Чтоб обеспечить должный образ мыслей, Имеется широкий выбор шляп. Припев: На каждом историческом этапе, Куда бы нас эпоха ни вела, — Не в голове все дело — дело в шляпе. Все дело в шляпе, — такие, брат, дела. Ермолки, треуголки и папахи, Конфедератки, фески, картузы Возводят нас на троны и на плахи, Выводят и в шестерки, и в тузы. Обманутый вы муж, иль муж ученый, — Купите шляпу — вещь недорога. Она прикроет разум возмущенный И — самые ветвистые рога. Припев. Мадам, Вы хороши и в фас, и в профиль! Вот «менингитка» — праздничный наряд… Берет предпочитает Мефистофель. И кепочку напялит демократ Богат ли ты, или сосешь ты лапу, Герой ты, или просто имярек, — Скажи, какую ты наденешь шляпу, А я скажу — какой ты человек.

1983 г.

Щенок

К спектаклю «Актер»

Красавцы сенбернары, болонки и дворняги Пострижены — помыты, шагая налегке По улицам Парижа, Одессы или Праги Ведут своих хозяев гулять на поводке. Идут они, хлыщи и задаваки, Помахивая красным языком… А в молодости каждая собака Была очаровательным щенком. Я за хвостом гонялся, скакал с мячом по лугу, Всех малышей и взрослых я веселил до слез… Но никому на свете, увы, я не был другом, Буквально как собака, без друга с детства рос. И вот иду я, хлыщ и задавака, Помахивая красным языком… А в молодости каждая собака Была очаровательным щенком. руг нужен настоящий и в радости, и в горе, Нужна его улыбки спасительная нить. Иначе ожидает вас надпись на заборе: «Презлющая собака. Без стука не входить!».

Ослик

К спектаклю «Зоопарк»

Я к своей участи привык… Посудите сами: Тех, кто шагает напрямик, — Все зовут ослами. Пусть он добряк и хлебосол, К лести непривычен, — Но все в него пальцем тычут: «Вот осел!». Мне не хватает громких слов. Кругозор мой узкий: Кто-то же должен быть ослом, Чтоб нести нагрузки. Кто-то же должен делать все, Чтоб его ругали, Учили и запрягали, Кнутом по бокам стегали: «Но, осел!».

1983 г.

Говорящий попугай

К спектаклю «Зоопарк»

Говорящий попугай — редкость настоящая. Чтоб вам было ясно — дефицит. Кратко излагаем мы суть происходящего — Вот

за что нас ценят мудрецы. Пусть не посещают нас музы вдохновения, Но должны сказать мы наконец: Если повторение — это мать учения, Значит, попугай — его отец.

1983 г.

Крокодил

К спектаклю «Зоопарк»

Конечно, крокодилы — не матрешки И созданы они не для забав. Ведь даже человека встречают по одежке, А провожают — по зубам. И в этом есть, как я соображаю, Общественно-полезный смысл большой: Боятся — значит, уважают. А уважают — это хорошо!

1983 г.

Песенка о дураках

К спектаклю «Дорога»

В могучем нашем языке, В большой литературе Есть много притч о дураке И о его натуре. Закономерен интерес, Который мудрых гложет, Поскольку истинный прогресс Без дурней невозможен. Заслуги дурней велики, Огромны их заботы: Добыли с боем дураки Ковры и самолеты. У дураков расширен штат, Прекрасна агентура… Губа — не дура, это факт, Зато ведь пуля — дура. Весомый вклад вложил дурак В борьбу с самодержавьем: Ведь все царевны, как-никак, От дураков рожали! Носить нас надо на руках, Чтоб не искать поспешно, Кого оставить в дураках — Да дураков, конечно. Совет дадим вам задарма, Хоть нет его сумбурней: Сходите, граждане, с ума, Записывайтесь в дурни!

Песенка о диалектике

Я с Гегелем лишь шапочно знаком, А как хотелось быть знакомым лично! Ведь это он научным языком Нам доказал, что жизнь диалектична. Вот возьмём, к примеру, совесть: Кто её имеет то есть, Тот сидит в дерьме по пояс, Натощак сосёт кулак. Кто богат — тот бессердечен, Тот, кто мудр — всегда увечен, Этот — скромен, обеспечен. Даже счастлив, но — дурак! В природе всё продумано давно, Она несправедливость не выносит: Кому от Бога многое дано — С того, как говорится, больше просят. Ложь всегда сыта, но бита, Юность гола, но сердита, Правда глубоко зарыта, Безрассудство гложет честь. Злоба сторонится света, Зависть — мелкая монета… Ну, а где чего и нету — Так ведь где-то это есть! Едим мы диалектики плоды, Где правит сила — там бессилен разум: Крича о загрязнении среды, Ее мы травим углекислым газом. Лицемер стихи кропает, Лицедей канал копает… Клевета не засыпает — Клевета всегда в цене! Лесть в объятьях душит славу, Пьёт любовь измен отраву… Что ж до истины, то, право, Есть отличная забава — Поиск истины в вине. К чему скорбеть, печататься, роптать?! Не лучше ли расслабиться для неги — И яства диалектики глотать, Которые для нас состряпал Гегель?

1983 г.

Комиссар

По лесам комиссар уходил. К Батьке в лапы комиссар угодил: Две лампадки, рушничок, — Стешка ставит первачок… Николай-угодник стешкин Щурился из-за свечей: Порубали хлопцы в спешке Двух приблудных трубачей… Ох, как жаль, что зарубили, — Комиссару б потрубили… Не дошел комиссар, не дошел. Опускали его в прорубь нагишом. Сапоги да башлычок Стешка прячет в сундучок… Николай-угодник стешкин То ли плакал, то ли спал. Веселились хлопцы в спешке, Пели «Интернационал» — Отпевали комиссара. Заедали хлебом с салом… Завтра Батька побежит по лесам. И убьет его другой комиссар. А у стешкина колодца Порубают бравых хлопцев… Николай-угодник стешкин Ухмыльнется, промолчит. Хуторок, три головешки, Дым, полынья, трубачи… Лишь всхрапнет в ночи луна. Снег. Гражданская война…