В пути
Шрифт:
Линнет 6
— Странный выбор места прогулки. — Филосовски заметил Хранитель, величественным движением руки обводя Костяной Лес. Пепельно-белые, начисто лишенные листвы мертвые деревья были всего лишь остатками некогда бурно разросшейся зелени, уничтоженной безжалостной пустыней, но в целом точность названия поражала. Безжизненные скелеты рябин, яблонь и бересклетов (а может чего-то похожего внешне) поначалу нагоняли глухую тоску и мысли о смерти, но со временем Линнет научилась расслабляться, окунаясь в царство застывшего времени.
— Почему бы и нет? — Улыбнулась
Жмурясь от палящего солнца, Лина бросила ленивый взгляд на возвышающийся вдалеке замок. Неизменно накрытый грозовыми тучами, в какой-то момент он стал заметен с любой точки и нет-нет привлекал внимание. Едва оказавшись внутри загадочного бастиона дочь графа проводила там все свободное время, бродя по обширным залам, но не встретив хозяина, слуг, или гостей, спустя несколько часов бросила пустое занятие. Порой ей казалось, стоит лишь задать Хранителю правильные вопросы, и он наконец раскроет секреты острова, крепости и самой сути мироздания, но что-то в глубинах души не позволяло пойти легкой дорогой, и, раз за разом давя любопытство, девушка предавалась молчаливому созерцанию пейзажей.
— Тут конечно необычно, но красиво. — Пояснила Линнет. Нагнувшись, она зачерпнула горсть песка и, хорошенько размахнувшись, запустила в воздух красноватую пыль. — И если уж я вынуждена торчать здесь, то лучше наслаждаться чем грустить. Разве я не права?
— Права. — Согласился загадочный гость сновидений. Повторяя движение, он отправил вслед облаку взвеси миниатюрный корабль, реалистичный до суетящихся на палубе сыпучих силуэтов матросни. — Ты всегда права, по крайней мере в этом месте.
— Даже так? — Поинтересовалась девушка, кладя очередной кирпичик в стену размышлений о природе мира грез. — Замечательная теория, если не вспоминать толпы мертвецов.
— О, они лишь следствие!
— Следствие чего? Моей магической силы?
— Ты ожидаешь прямых ответов от того, кто не в силах их дать. — Звонко рассмеялся Хранитель. — И нужны ли слова, если сердце постигло истину?
— Значит я права. — Кивнула ученица, довольная собственной прозорливостью. — Хотя было бы проще, веди ты диалог по-человечески. А то из вас с Эрибертой правду клещами не вытянуть, шпионы позавидуют.
— Правда — лишь миф. Сегодня правдой называют одно, завтра — другое, послезавтра — третье. И ни одно из трех может не соответствовать настоящему положению дел. Много лет тому назад я имел удовольствие общаться с хитрым стариком из султаната, заявившим, будто небосвод станет зеленым, договорись люди считать его таковым.
— Если он не ошибался, то что мешает договориться о приносящей в пять раз больше зерен пшенице, на неделю глушащем голод куске мяса, избавляющей от любых болезней воде, свежем рассудке после очередной попойки? — Спросила Линнет, не оценив знаменитую южную мудрость. — Можно долго и упорно
— Возможно. Хотя и подтверждать твои измышления я не возьмусь. Но кто мешает хотя бы посмотреть на ситуацию с другой стороны? — Контратаковал вопросом спутник, ухмыльнувшись уголком рта.
— Никто. Разве что собственная зашоренность…
Решив сменить обстановку, девушка неспешно зашагала вниз по склону бархана и спустя считанные шаги оказалась на том самом берегу. Здешнее пространство подчинялось воле, и она решила не отказывать себе в удовольствии практически мгновенного перемещения, позволив тропинкам спрямлять путь вопреки человеческой привычке и законам Двуликого.
— Ты — бог? — Внезапно произнесла она в воздух, но возникший из ниоткуда эгериец неодобрительно мотнул головой.
— Бог — слишком расплывчатое определение, дитя. Твои соплеменники верят в некую всемогущую сущность, создавшую добро и зло, но отстранившуюся от забот. Дикие обитатели северных островов поклоняются целому пантеону, каждый представитель которого отвечает за одну сферу жизни, но не обладает подлинным всемогуществом. А, например, айбилы возносят молитвы Шааджу, отринувшему плоть и ставшему равным стихийным и звериным духам. Что ты имела ввиду под своим вопросом?
— Интересный поворот… — Пробормотала Лина. Устроившись точно русалка из легенд на огромном валуне, она опустила одну ногу в теплую морскую пену и погрузилась в продолжительные размышления, наблюдая за лениво набегающими волнами.
— Знаешь, — прервала наконец молчание юная волшебница, — я никогда не задумывалась о подобном. То есть я слышала про норнскую владычицу морей Роллону, знаю, что в ее честь названа гряда далеко на юге, но никогда не придавала этому значения. Ну верят себе и верят. Мало ли созданий, способных на большее, чем простой смертный? А тут вдруг…
Оборвавшись на полуслове, девушка запустила в воду небольшой плоский камешек. В реальности у нее никогда не получалось заставить гальку прыгать лягушкой, но здесь запущенные абы как снаряды отскакивали от зеркальной поверхности, стремительно скрываясь за линией горизонта.
— Знаешь, дух, я слышала о чудесах, творимых единоверцами. Блаженная Луиза, молебном обрушившая гром и молнии на лодки разбойников, ежегодно грабивших ближайшие деревни, ахенфельдские песнопения об изгнании крылатой орды, закончившиеся появлением птичьих стай, сожравших всех жуков… Где в писаниях правда, а где ложь? Может они просто смешаны и затерты до невозможности найти истину?
— Духом меня звали куда чаще, чем богом. — Произнес Хранитель, привычным движением поправив густые усы. — И, пожалуй, звание сие подходит несколько больше. Хотя буду честен, и оно не входит в список моих любимых вариантов.
— А что входит?
— Господин Никто, — принялся загибать пальцы обитатель мира грез, — безликий, демон, сноходец, пожиратель снов, асура, джин…
— Хватит, хватит! — Засмеялась Линнет. — Я поняла, что ты собираешься перечислить море непонятных слов. Давай остановимся на сноходце. Пожиратель звучит угрожающе, а господин Никто — слишком пафосно. Хотя безликий тоже ничего, но сразу вызывает аналогии. Противоположность Двуликому и все такое.