В пути
Шрифт:
— Уверен.
— Ну пошкандыбали.
Пригнувшись, заговорщики скользнули в ночь, и спустя два десятка ударов скачущего сердца замерли у цели.
— Подсадите. — Велел Хельрик и, забравшись на плечи сообщников, просунул нож в щель меж ставень и принялся энергично орудовать им, отпирая путь внутрь.
— Закрыто, кажись. — Шепнул жрец спустя целую вечность, но едва способный удерживать на удивление тяжелого спутника Касиан раздраженно зашипел:
— Правую створку приподними. Заедает.
— Пошла
— А если б реально закрыто оказалось? — Поинтересовался Блэйтан, поднимаясь на ноги.
— Всегда открыто, говорил же!
— И все же?
— Со стороны реки есть еще одно. Там даже так не прикрыть, петли давно проржавели.
— Ты осознаешь, — подал голос Хельрик, — что весь наш гениальный план основывался на лени слуг, несколько лет не способных починить пару окон?
— Как будто им заняться больше нечем. После осады-то. — Огрызнулся граф. Тут же прокляв себя за излишний шум, он на цыпочках подошел к двери и приложился ухом к полированным доскам. Из коридора не доносилось ни звука, но юноша все равно поднес палец к губам, скорчив подельникам недовольную рожу.
— И все-таки идея была весьма рискованной. — Еле слышно продолжил спор священник.
— Если б не получилось, то утром выцепили Диона и поговорили с ним.
— Кого-кого?
— Придворного мага. Он каждый день через час после рассвета совершает пешую прогулку. Считает, крайне полезное занятие перед завтраком.
— Какая теперь-то разница? — Прервал грызню Блэйт. С видимым усилием отодвинув массивный комод, он присел на корточки и ладонью расчистил освободившееся пространство. Поддев ногтем едва заметную железную ручку, замаскированную под строительную скобу, гладиатор довольно ухмыльнулся:
— И правда люк. Никогда не слышал.
— Мне самому года полтора назад Ариан рассказал. — Развел руками Касиан. — О нем только наследнику положено знать. А на кой его построили не знаю.
— Это как раз просто. — Произнес кузен, аккуратно приподнимая крышку. — Если на замок напали, то спускаешься спокойненько в подземелье, забираешься в камеру, прячешь ключ, а рожу мажешь грязью. Потом плачешься захватчикам, мол злобный лорд запер из-за несогласия с идиотской политикой, и они тебя отпускают. Если повезет. Главное, что б там пусто было, и никто из заключенных не сдал. Ну-ка придержи.
Ухватившись за край, Блэйтан ловко спрыгнул вниз.
— Чисто. — Донеслось оттуда, и оставшиеся наверху последовали примеру даз’зараевца.
Казематы
— Хотел бы я посмотреть на садиста, придумавшего такое. — Пробормотал жрец, безжалостно давя башмаком выползшего на середину коридора таракана. — Год здесь запросто сведет с ума.
— Гораздо меньше, сир. Гораздо меньше. — Раздалось из темноты.
Выхватив мечи, заговорщики медленно двинулись в сторону голоса. Очень скоро путь им преградила закрытая дверь, за которой на соломе валялся единственный узник.
— Предатель! — Рявкнул Касиан, узнав капитана, помогавшего дяде Моргану свергать отца.
— Причем дважды. — Согласился сир Ирвин, лениво почесывая живот под грязной рубахой.
— За что ты тут?
— За предательство. Это же очевидно, мальчик. — Вздохнул рыцарь. С интересом разглядывая незваных гостей, он не пытался подобраться, оставаясь в расслабленной позе, словно за основательно проржавевшей решеткой стояли не желающие его смерти вторженцы, а добродушные лохматые котята. — Впрочем, звать тебя мальчиком будет неверным решением. След хорошего удара на переносице, хищная стойка, ни с чем не сравнимый взгляд человека, готового убивать, и парочка головорезов за спиной… Жизнь потрепала вас, милорд.
— Не только меня.
— Увы. — Согласился разжалованный стражник и тут же сменил тему:
— Не желаете представить спутников и рассказать, как вам удалось выжить?
— Только после того, как ты расскажешь, за что брошен сюда, предатель!
— И почему бы нам прикончить тебя прямо сейчас. — Поддержал кузен, рывком проверяя на прочность навесной замок, отделяющий клятвопреступника от справедливого возмездия.
— Знакомый баритон.
Узник захихикал точно старая бабка, услышавшая свежую сплетню:
— Уж не милорд Блэйтан ли это? Чувствую себя будто на встрече старых друзей. Я считал вас обоих покойниками, а теперь не могу скрыть тронувших меня чувств и вот-вот расплачусь.
— Прекратите паясничать, сир. — Лишенным чувств голосом произнес жрец, немигающим взглядом впившись в рыцаря. — Вам задали простые вопросы, будьте добры ответить на них.
— Почему нет? — На лице Ирвина появилась довольная ухмылка. — Я ничего не теряю, но могу приобрести, таинственный незнакомец…
— Хельрик. Хельрик “Душелов”.