В пути

Кучаев Тимур

Касиан 6

— Поверь, братишка, самый простой путь — самый правильный. — Уверенно заявил Блэйт, поправляя сползший на лоб капюшон плаща. Он вообще воспринял идею взять штурмом крепость и убить собственного отца с удивительным энтузиазмом, то ли стремясь доказать, что давно выполнил эту задачу, то ли завершая внезапно неоконченное дело. — Входим через главные ворота с наглыми рожами, озираемся, бухтим про убогость здешнего захолустья. Если везет — лысый устраивает маленькую, ничего не значащую драку

и получает в харю.

— Почему бы тебе не сделать это самому? — Поинтересовался Хельрик, внимательно следящий за окрестностью. Откуда-то из чащи слышались непонятные окрики, а встреча с вудвосами отнюдь не входила в планы путешественников.

— Потому что я провел в Цаплином Холме большую часть жизни, а ты никогда не появлялся. Смекаешь? Нам надо прикинуться обычными обрыганами, но ни я, ни Кася не можем светить портретами.

— В таком случае почему не дождаться ночи и проникнуть тайком? — Включился в разговор упомянутый граф.

— И быть заколотыми добросовестной стражей? Хренушки. Мы войдем как простые переселенцы, решившие перебраться южнее. Земли пустые, погода приятнее, природа цветет и пахнет. Без жен? Так решили сначала сами обустроиться, посмотреть, что почем, а уж потом семью волочь. Мало ли здесь волки на каждом шагу. Правильно?

— Скорее вудвосы, чем волки. — Вздохнул Касиан, щурясь от слепящего солнца. — Волки не так страшны…

— Ты просто зимней ночью их вой не слышал, братец. Не был бы столь уверен. О вудвосах твоих переживают здесь, да в Лесном Оплоте. В приличных местах боятся диких зверей и каких-нибудь бабаек.

— Кого?

— Бабаек. — Пояснил Блэйтан.

— А, в жопу плащ, все равно на тропинку вышли. — Пробормотал он вдруг, стаскивая дождевик. Свернув накидку в плотный рулон, кузен с облегчением вытер потный лоб, размазывая дорожную грязь по лицу. — Понятия не имею, кто такие бабайки, но в Зарае знакомая девица так детишек пугала. Кстати, там леших не бояться. Просто игнорируют, а те не нарываются первыми. Некоторые даже прижиться пробуют.

— И как?

— А тролль их знает, не следил. Либо тренировался, либо пил, либо баб за окорочка хватал…

— Я кстати тоже… — Попытался вставить граф, но расхохотавшийся брат грубо ткнул его кулаком в бок, обрывая на полуслове.

— Конечно-конечно! — Давясь смехом пробормотал он. — Книг дуреха не читала своих монастырских. С кастратами сожительствовала для виду. А на деле только и ждала ноги раздвинуть перед оборванцами… Послушницам делать нечего, ублажать кого попало.

— Не кого попало, а выживших! Проявивших себя в тяжелой ситуации! Дабы сохранить сильную породу!

— У них обеты, дурачок. Тебя по кочерыжке слишком сильно приложило, когда с башни падал.

— Да иди ты!

— Именно этим и займусь, — улыбнулся Блэйт, — чего и тебе советую, иначе никогда до цели не доберемся.

Махнув рукой, Касиан поплелся за незаметно захватившим лидерство кузеном. Сказать по чести, тот всегда умел

расположить к себе, а потому решение лорда Моргана оставить сына вне семейного древа Валадэров казалось весьма странным, если не абсурдным за неимением у последнего легитимных наследников. Граф часто размышлял о причинах такого поступка, особенно в первые недели после выдворения родственника. Сперва ему казалось, что дядя скрывает еще парочку мальцов на стороне и попросту выбрасывает на улицу наименее успешных. Но время шло, эталонный образец не появлялся, и парень перестал корпеть над неожиданной задачей, а затем и вовсе выбросил изгнанника из головы. Вероятно, они бы никогда и не увиделись, не случись переворот и последующие скитания.

— Что-то не так? — Обращая внимание на озадаченность спутника Хельрик.

— Да нет. Задумался. Считаешь, мы выживем? — Внезапно произнес граф. Не зная, куда деть руки: то заламывая, то убирая их за спину, то запуская пальцы в засаленные, давно немытые волосы, он пытался совладать с волнением, нервно подергиваясь от внутреннего напряжения. — Может уйдем? Отправимся в Элкан. Тетя Ровена и дядя Вильям наверняка помогут попасть к королеве и рассказать правду.

— Королеве двенадцать лет.

— Значит к регенту.

— Даже если так, узнают ли тебя в Элкане? Пустят ли стражники ободранного бедняка к правителям? — Поинтересовался Душелов, похлопывая юношу по плечу. — Отступать некуда. Победа или смерть. Иного не дано.

— Он прав, — раздался в голове голос отца, — сестра навещала нас, едва тебе стукнуло пять. Ты не подтвердишь происхождение…

— Весь мир против… — Прошептал Касиан, до боли закусывая губу.

— Мир всегда против. — Согласился призрак. — А порой те, с кем ты противостоишь ему, оказываются с той стороны.

— И что делать?

— Откуда покойнику знать ответ? — Тяжело вздохнула тень.

— Рискнуть. — Одновременно с духом ответил Хельрик. — Или не рискнуть. Решение за тобой. Всегда.

— Значит двинули.

Сжав кулаки, граф направился следом за уже беседующим со стражей Блэйтом.

— Ага, оттуда. — Уверенным тоном врал брат, когда отставшие наконец добрались до деревенского частокола. — Там тяжко сейчас. Людей много, места мало. Денег тоже много, да не в наших карманах. Вроде куда не плюнь — легко заработать, а потерять еще проще. А еще ейное величество подати новые вводит с осени.

— Это у знатных легко. — Крякнул привратник, окидывая новоприбывших равнодушным взглядом.

— Во-во. Трясти — это всегда, а как помочь — так сами. Старшой, — ехидно ухмыляясь, кузен ткнул в жреца пальцем, — у алхимиков в споможении ошивался по малолетству, облился дрянью синюшной, все волосы потерял. Так паскуды лечить или компенсировать отказались. Сейчас еще ничего, а раньше пятнами крылся, и пену ртом пускал.

— Чей-то вы не похожи.

— Так от разных мамок же! Батяня как один остался, нашел себе новую…