В постели с принцем

Джеффрис Сабрина

Некоторое время Алек молча смотрел на пламя в камине.

– Однако одни лишь слухи не ухудшат мои шансы, если я скрою свою нужду во время ухаживания. Я планирую завладеть наследницей прежде, чем она узнает о моем финансовом положении. – Он не повторит ошибки, совершенной старым графом: тот сообщил своей нареченной о том, что женится на ней ради денег. Это привело лишь к неприятностям.

Отряхнув руки, Алек снова посмотрел на собеседников:

– Именно поэтому мне нужна ваша помощь. Я должен заполучить наследницу раньше, чем правда о моем финансовом положении

достигнет Лондона. Беда в том, что я никого не знаю. До отъезда я был слишком юн, чтобы вращаться в обществе, а сейчас у меня мало времени для того, чтобы узнать, кто есть кто. – Алек обратил свой взор на Берна: – Вы вращаетесь в этих кругах, имеете дело с деньгами каждый день и могли бы дать мне необходимую информацию.

Видя, что Берн сохраняет каменное выражение лица, Дрейкер, откашлявшись, проговорил:

– Поскольку я пребываю вне общества половину своей жизни, то не могу представить себе, чем бы мог вам помочь.

Оторвав взгляд от Берна, Алек без обиняков ответил:

– Вы могли бы одолжить мне карету. Это не столь дорогая вещь, которую я мог бы получить в кредит.

– У вас даже кареты своей нет? – недоверчиво спросил Берн.

Лицо у Алека сделалось каменно-холодным. Господи, как не любит он это попрошайничество!

– Мой отец продал обе наши кареты вместе с городским домом в Лондоне, именно по этой причине я живу здесь, в отеле «Стивене». Я могу сохранить в тайне свое местожительство, но мое постоянное появление в наемном экипаже может вызвать подозрение. – Он устремил взгляд на Дрейкера: – И я подумал, что, поскольку вы…

– Поскольку я не появляюсь в обществе, – закончил Дрейкер, – то могу одолжить вам карету.

Алек коротко кивнул:

– Обещаю вам содержать ее в полном порядке.

Судя по всему, Дрейкера это все скорее забавляло, чем оскорбляло.

– И если вы еще пообещаете, что не будете запрягать в нее совершенно неподходящих кляч…

– Так вы поможете мне? – перебил Дрейкера Алек. – Вы присоединяетесь к тому союзу, который я предлагаю?

– Полагаю, что это не повредит, особенно если в результате моя надоедливая сестра заполучит приличного мужа. – Дрейкер многозначительно выгнул бровь. – А не охотника за приданым.

Алек невесело улыбнулся:

– Надеюсь, что родственники моей невесты не будут столь разборчивы.

– Я знаю одну, которая может вам подойти, – вступил в разговор Берн и, когда Алек повернулся в его сторону, пожал плечами. – Так говорят игроки.

Кровь застучала у Алека в ушах.

– Так вы присоединяетесь к нашему союзу?

– Королевское братство. – Берн нервно дернул щекой. – Это хорошо и полезно для вас и Дрейкера – в глазах закона вы легитимны. Но вы не сможете сделать меня легитимным или заставить принца проявить ко мне уважение, в котором он отказал мне и моей матери.

– Не сомневайтесь, мы поможем вам обрести кое-что из того, чего вы хотите. Обещаю, что вы извлечете из этого мероприятия не меньше нашего.

– Я намерен присоединиться, – коротко сказал Берн. – Кроме всего прочего, будет любопытно понаблюдать за тем, как вы преуспеете буквально под носом нашего достославного

папочки.

Впервые за много недель в груди Алека затеплилась надежда.

– В таком случае решено? Соединим наши руки как братья с целью добиться всего того, чего мы желаем?

– Решено, – пробормотал Дрейкер.

– Решено. – Берн плеснул мужчинам бренди в бокалы и встал. – Это требует отдельного тоста. За славное братство незаконнорожденных детей и за их процветание!

Дрейкер и Алек тоже встали.

– И за принца – нашего королевского родителя. Да гореть ему в аду, – добавил Алек с мрачной улыбкой.

Глава 2

Ни одна женщина не способна воспротивиться мужчине, который раздевает ее глазами.

Аноним. Руководство для повесы

Кэтрин не могла этому поверить. Очевидно, скандальная отцовская книжка была права: опытный развратник может одним лишь взглядом пробудить в женщине грешные мысли, ибо только монахиня способна устоять перед взглядом графа Айверсли на балу у леди Дженнер. Никогда еще мужчина не волновал ее с такой силой.

Кэтрин пыталась не обращать на него внимания, однако, куда бы партнер по вальсу, сэр Сидни Ловелас, ее ни вел, она всюду ощущала на себе взгляд голубых глаз лорда Айверсли. Казалось, он раздевал ее донага, раскрывая все ее секреты.

А у нее, собственно, и не было никаких секретов.

А вот если верить слухам о нем, то у графа Айверсли секреты были. Десять лет приключений в экзотических портах разных стран. И каждый из этих десяти лет отсвечивался в таинственно поблескивающих глазах, которые говорили о том, что он способен любую женщину заставить искать его ласк.

О Господи, как далеко завело ее воображение! И вообще, какое право имеет граф Айверсли раздевать ее глазами? В конце концов, она даже не была ему представлена.

Сделав еще один круг в танце, Кэтрин скользнула взглядом туда, где возле дверей, ведущих в галерею, стоял граф, держа в руках бокал с шампанским. Сейчас рядом с ним стояла леди Дженнер, предоставляя его сиятельству возможность разглядеть ее пышную грудь.

Кэтрин закатила глаза. Из-за того что лорд Айверсли был красивым дьяволом в полосатом белом жилете и черном изысканном костюме, женщина не должна распускать слюни.

И ей наплевать, кто пялит глаза на его сиятельство. У нее есть Сидни, ее нареченный, или почти нареченный, если он превратит их неформальное детское «взаимопонимание» в формальное и пожизненное.

Да, конечно, плечи Сидни были не столь широки и волосы вились мелкими золотистыми кольцами, у Айверсли же ниспадали черными густыми волнами к плечам…

Кэтрин едва подавила в себе стон. Здесь не может быть никакого сравнения. Сидни воплощал собою джентльменскую утонченность, а лорд Айверсли выглядел определенно опасным, словно заключенная в клетку пантера, которую она, Кэтрин, видела сегодня в бродячем зверинце. У настоящего джентльмена не может быть такой загорелой кожи, таких крупных рук, таких мускулистых бедер.