В постели с диким эльфом
Шрифт:
Я кивнула, не в силах поднять взгляд.
Вдруг сильная рука метнулась ко мне через решетку камеры. Потеряв бдительность, я подошла к этому опасному убийце слишком близко и не успела отшатнуться. Меня схватили за волосы на затылке и вжали лицом в железные прутья. Я сразу вспомнила Сэма, которому Айвери сломал шею, и тряпки выпали из моих рук.
Передо мной сверкали глаза, полные тьмы.
— Я думал о тебе всю ночь, проклятая ты ведьма, — со злостью прошипел эльф мне в губы. Его дыхание обжигало, как и его взгляд. Он держал
Дернувшись, я вонзила ногти в его голую грудь, но даже тогда Айвери меня не отпустил. Он раздул ноздри, шумно втянув мой запах.
— Успокойся, Ли. Тише. Не трепыхайся.
Прижимая меня к прутьям решетки, он наклонился и со стоном впился в мой рот. Набросился на меня как голодный хищник или вампир.
Хватка на моих волосах усилилась. Айвери целовал мои сжатые губы и настойчиво толкался в них языком, добиваясь от меня отклика, а я…
Я растерялась.
— Ли, ответь мне, — прохрипел эльф.
Свободной рукой он погладил мое горло, спустился ниже и начал расстегивать пуговицы форменной рубашки. Прутья решетки сдавили мне щеки.
— Ответь мне, Ли. Это моя последняя ночь. Ты же не позволишь мне умереть девственником?
Мысль о том, что этот опасный гигант не тронут ни одной женщиной, неожиданно воспламенила мою кровь. Бабы на красивых мужиков вешаются пачками, а Айвери не просто красив — демонически сексуален. И ни разу! Ни с кем! Какая выдержка!
Я разомкнула губы, позволив чужому языку проникнуть в мой рот. И содрогнулась от наслаждения.
Айвери застонал. Его прохладные пальцы забрались мне под рубашку и уже вовсю мяли мою грудь, щипали затвердевший сосок.
Сдавшись, я поймала рукой мужское достоинство пленника, и тот с готовностью двинул бедрами мне навстречу. Крепкая возбужденная плоть заскользила в моем кулаке. Айвери весь дрожал от страсти. Словно обезумел. Даже глаза закрыл.
— Ли… Ли…
Во мне проснулась природная вредность, и я не удержалась от шпильки.
— Годами хранил себя для единственной, чтобы в конечном счете отдаться случайной бабе в вонючей тюремной камере?
Айвери распахнул глаза, черные от злости. А потом взял и цапнул меня зубами за нижнюю губу.
— Ай. Ты меня укусил!
— У тебя поганый язык, женщина, — прорычал эльф. — Пытаешься меня задеть? Не выйдет. Я сейчас своих правил не нарушаю.
— А мне кажется, мои слова очень даже тебя задели.
Айвери не стал спорить — вместо этого поцеловал меня жестко, словно наказывая.
В итоге от его ласк и поцелуев я вся потекла. Захотелось сорвать с себя одежду и с головой броситься в омут сладострастия.
— Войдешь ко мне? — спросил мой любовник.
Ага, щаз. Чтобы ты завладел ключом от камеры и сбежал, а мне свернул шею, как бедняге Сэму? Держи карман шире.
— У меня нет ключа от твоей
— Сходи за ним, — выгнул бровь этот остроухий хитрец.
— Не пойду, — я растянула губы в ядовитой улыбке. Нижняя, укушенная, до сих пор болела.
— Какая жалость. А мне так хотелось отдаться случайной бабе в вонючей тюремной камере, — передразнил меня Айвери с не менее едким выражением.
— Увы, похоже, кому-то придется умереть девственником.
— Ну уж нет.
С этими словами он резко развернул меня спиной к решетке. Одной рукой эльф держал меня за талию, другой — за горло. Затылком я ощущала его горячее дыхание, задницей — железные прутья и крепкий член, стоящий колом.
В который раз за вечер я подумала, что моя жизнь висит на волоске. Айвери — наемный убийца, и сейчас я полностью в его власти. Если он захочет сломать мне шею, ничто его не остановит. Подумав так, я затрепетала. Хотелось бы мне думать, что — от страха, но на самом деле — от больного, извращенного желания.
«Ты неисправима, Ли, — отругала я себя. — Наступаешь на те же самые грабли, что и в прошлый раз. Это те же самые грабли».
Потираясь о меня членом, Айвери влажно прошептал мне в волосы:
— Сегодня ты будешь моей, проклятая ведьма. Я не выпущу тебя из своих рук, пока не насыщусь тобой. И тебе это понравится, клянусь!
«Да! Да! Да!» — восторженно отозвалось все мое естество.
Я почувствовала мужскую руку на своем животе. Затем она спустилась ниже, к поясу штанов, и расстегнула ремень. Ловкие, настырные пальцы принялись сражаться с пуговицами ширинки.
«Сейчас меня возьмет заключенный, — подумала я, изнемогая от страсти. — Трахнет через решетку камеры. Ох…»
Пальцы нырнули в мое белье и погладили лобок, раздвинули половые губки и коснулись клитора, покружили у входа и надавили на него, проникнув внутрь на одну фалангу.
Меня трясло.
Трогая меня между ног, Айвери рычал мне в затылок и терся членом о мою задницу. Время от времени он невесомо целовал мои волосы, а иногда прихватывал их губами. Его пальцы были твердыми от мозолей, а прикосновения жадными, но ласковыми. Почему-то мне казалось, что этот мужчина не привык нежничать — наемник как-никак, глава гильдии убийц — однако сейчас со мной он обращался очень бережно.
В какой-то момент Айвери спустил мои штаны до колен. Широкая ладонь требовательно надавила на мою поясницу, заставив меня наклониться и прижаться обнаженными ягодицами к прутьям решетки.
Я представила, как смотрюсь со стороны, голая ниже пояса, нагнувшаяся, и покраснела: вся промежность напоказ. Задница раскрыта, складки женской плоти наружу. Поза бесстыдная и порочная, но такая возбуждающая!
Айвери взял меня за бедра и подтянул к себе еще ближе.
Его дыхание стало рваным и частым. Я чувствовала, что он смотрит… туда. Любуется соблазнительными видами? Примеривается?