В объятьях богини раздора
Шрифт:
– Ого! Так ты замужем, – обрадовался Иван.
– Да. Здесь осенью открывается новая школа танца. Мы с мужем и ещё пара хореографов – учредители… Сейчас полным ходом идёт организационная работа.
– Надо же, – удивился Иван. – Не забыла ты, значит, родной город…
– Не забыла, – улыбнулась Кристина. – У мужа дела, а я осталась заниматься. Здание нам дали – там делают ремонт, в бывшем Дворце молодёжи, знаешь, наверное… И вот, ремонт, программу утрясать, штат, зарплаты, согласования… Организационная, в общем, работа – по финансированию с местной
– Да как ты оказалась в той машине?
– Водитель – друг моего мужа. Он здесь проездом, возвращался из другого города и заехал к нам, ему было по пути… Мы с ним как раз провожали в тот день мужа на поезд.
– Что с ним теперь будет?
– Ничего. – Крис пожала плечами. – Он ведь не виноват. На неделю только придётся задержаться, пока идёт разбирательство. А там – подписка о невыезде с ПМЖ на какой-то срок, и поедет домой. Ну, может, ещё вызовут пару раз.
– Ну, хорошо хоть так… А то и промурыжить могли бы. – Иван покачал головой. – Ужасная история. Мы с женой долго не могли в себя прийти.
– Да, ужасная… Но, – Крис блеснула глазами, – она помогла мне встретиться с тобой!
Иван улыбнулся:
– Ну и как теперь тебя зовут – по мужу? Дети у вас есть?
– Да, сын. – Крис кивнула. – Иван.
Она посмотрела в глаза Ивану. Взгляд получился странный, словно напоминающий о чём-то.
– Три года, – продолжала Крис. – Но занимается им, к сожалению, моя мама. Мы-то вечно в разъездах.
– Как мама?
– Спасибо, хорошо.
– Что, твой муж тоже танцует?
– Нет. Он режиссёр-постановщик. Хореограф. У него всегда много работы…
И она снова посмотрела на Ивана неуютным взглядом. Он пошевелил плечами; что это за взгляды у неё?..
– Где ты остановилась?
– В гостинице «Огни города», знаешь её?
– Видел.
– Там неплохо. Я в этом номере одна…
– Чем занимаешься?
– Так… – Крис неопределённо пожала плечами. – А ты? Как ты?
Иван начал рассказывать. Крис сидела, подперев подбородок ладонью, медленно помешивая в чашке ложечкой, и смотрела в его лицо. У него возникло то же ощущение, что и в юности, что она его не слышит.
– Я так много думала о тебе, – неожиданно перебила она. – И знаешь, о чём?
– О… чём? – Иван споткнулся на полуслове. Посмотрел укоризненно, но она не обратила внимания.
– О том, что ты обещал меня ждать. Ты помнишь?
– Помню. – На самом деле Иван, конечно, давно забыл сцену их прощания.
– Ты забыл, – констатировала Крис, глядя на него немигающими глазами. – Но я тебе напомню. Да. Я думала о том, что ты обещал меня ждать… Поедем ко мне. – И она протянула через стол руку и дотронулась до Ивана кончиками пальцев. Рука была смуглая, сильная, с короткими аккуратными ногтями.
От неожиданности Иван чуть не подавился. Из глубин памяти вывернулись слова матери: «Можешь ты отводить её в школу?» Тогда он также был поражён.
– Крис?..
Крис рассмеялась. Смех у неё оказался мягким, грудным, словно
– Я столько раз себе это представляла…
– Почему ты не хотела разговаривать со мной по телефону? – неожиданно для себя выпалил он.
Крис пожала плечами. Она улыбалась спокойной улыбкой, красиво изгибавшей полные губы, но в глубине её глаз, в едва уловимых оттенках их густой черноты, он разглядел пульсирующее напряжение.
– Я и так-то плохо разговаривала, а уж по телефону…
Больше она ничего не добавила. Смотрела на него немигающим взглядом.
– Понятно… – Иван никак не мог собраться с мыслями. Поведение Крис не укладывалось в его голове.
– Давай-ка, Кристина, расскажи о себе подробнее. Давай-давай, не жульничай. – Он попытался вернуть разговор в прежнее русло.
Крис взглянула коротко, вздохнула. Медленно помешивая ложечкой в креманке, стала рассказывать: хорошая квартира в центре города, но бывают они с мужем там мало – много гастролей. Мама здорова, слава богу, просила передать Ивану поклон… В коллективе Крис – прима, и не потому, что жена хореографа. Нет, она – признанная танцовщица с кучей профессиональных наград. В ближайшем будущем планирует открыть детскую школу танца, когда сын подрастёт немного, чтобы и он мог заниматься. Объездили с танцами полмира, везде аншлаги. Она ждёт не дождётся, когда можно будет брать сына с собой…
– Я очень люблю его, но наша профессия – день-два не работаешь, и уже не та форма, – сказала, словно извиняясь. И неожиданно закончила: – У меня всё хорошо, Иван… Мне только тебя не хватало все эти годы.
– Да ладно тебе, – улыбнулся Иван. – Ностальгия – она, знаешь, ко всем приходит время от времени. Не стоит возводить её в степень.
– Это не ностальгия. – Крис покачала головой.
Иван сделал вид, что не понимает её тона. Он расспрашивал Кристину об обычаях стран, где она бывала, о её муже, сыне и матери, о жизни в городе, откуда она приехала. Крис отвечала, но в то же время он чувствовал, что ей не интересно, что она уступает, даёт ему время для осознания того, как она изменилась за эти годы. «Я стала другой», – говорили её глаза. «Я вижу», – отвечали глаза Ивана. Он чувствовал, что поведение Крис поменяло его зрение. Теперь одновременно с выросшей соседкой, маленькой подругой его юности, он видел взрослую, уверенную в себе женщину. Ему стало неловко.
– И ничего бы этого не было, если б не ты, – подвела итог женщина напротив.
«И теперь ты хочешь поехать со мной в гостиницу?» – машинально подумал Иван. Он не мог поверить, что Крис всерьёз говорит эти странные слова.
Крис, словно угадав его мысли, улыбнулась.
– Так поедем? – Она оглянулась, чтобы позвать официанта.
– Нет, нет, постой. – Иван смял салфетку. – Подожди. Послушай. Я… не могу…
– Жена? – Кристина понимающе подняла брови.
– Нет… То есть да… Да, жена. Прости.