В объятиях Чудовища

Драч Маша

Задушенный, отчаянный крик вырвался из горла, оглушая собой всё скудное пространство. Но это ничего не изменило. Машина продолжала ехать. Запах бензина уже будто въелся в лёгкие. Вторая волна шок накрыла меня с головой, и я принялась как сумасшедшая бить руками по крышке багажника. Била кулаками, но боли не чувствовала. Я вообще ничего не чувствовала, кроме страха. Он проникал под кожу, циркулировал по венам вместе с кровью, въедался в ДНК, паразитировал в моей голове. Он был везде, даже в душном, пропахшем бензине, воздухе.

Я не верила

в то, что это происходит на самом деле. Выросшая в искусственных условиях, под вечным прессингом дяди, я не могла поверить в то, что меня украли. Тот мужчина… То Чудовище… Я вспомнила его слова о боли и страданиях. Что он со мной сделает? Что-то очень страшное. Что-то такое, от чего даже смерть покажется настоящим подарком.

Осознавая всё это, я с удвоенной силой принялась бить по крыше багажника. Била так, что в какой-то момент боль в костяшках стала невыносимой. Ничего не помогало. Никто явно не собирался обращать на меня внимание. Пока что…

«Лу, дыши, - приказала я мысленно сама себе. – Постарайся успокоиться». Шумно втягивая вонючий воздух, я чувствовала, что боль от костяшек расползается по рукам, окольцовывает кисти. Кажется, была кровь.

Паника душила, призывая слёзы. Что со мной будет дальше? За что? Я не понимала, почему меня хотели убить. Не понимала, почему тот мужчина так меня ненавидит. Как можно ненавидеть человека, который тебя даже не знает?

«Вспоминай, Лу!» – прогромыхала я в собственных мыслях. Я должна была вспомнить, кто этот мужчина. Говорят, что в критической ситуации мозг способен работать намного лучше и быстрей.

Зажмурившись с такой силой, что перед глазами образовались серебристые звёздочки, я призвала на помощь свою память. Кто же он? Кто? Я видела его. Видела! Кажется, это был выпуск новостей.

«Ну же, Лу!».

Его звали Маркус. Кажется, да. Его звали Маркус. Моя память зацепилась за это имя и продолжила раскручивать то незначительное воспоминание, что года два хранилось где-то глубоко-глубоко в сознании. Маркус Герра – наследник мафии. Я никогда не интересовалась этой темой, но знала, что в нашем городе есть лишь одна мафия. И, видимо, ее член меня и украл. Картина немного прояснилась. Но всё еще было непонятно, в чем кроется моя вина? В чем я виновата перед этим страшным человеком?

Машина резко остановилась. Меня тряхнуло. Я шумно задышала и прекратила двигаться, пытаясь вслушаться в окружающие меня звуки. Хлопнула дверь. Через несколько секунд багажник открылся. Я дёрнулась, словно загнанный зверек, отчего боль в затылке лишь усилилась.

На меня смотрел Маркус. И теперь его присутствие мною воспринималось совершенно на ином уровне. Это не просто какой-то опасный человек, который несет с собой угрозу и возможно даже смерть. Нет. Это бандит. Член мафии. Людская жизнь для него – ничто. И… Я понятия не имею, что мне нужно сделать, чтобы остаться в живых.

Глава 4.

Маркус

вытащил меня из багажника и закинул к себе на плечо. В этом мужчине жила огромная сила, потому что он с такой легкостью поднял мое тело, словно оно совсем ничего не весило. У меня кружилась голова. Руки и ноги онемели. Я посмотрела на свои ладони и увидела на них запёкшуюся кровь. Мысли расползались.

Кажется, я на несколько минут потеряла сознание, потому что пришла в себя в тот момент, когда мое тело швырнули на старую скрипящую кровать. Боль в затылке усилилась.

– Прошу вас, - пробормотала я и посмотрела на Маркуса.

Он ходил туда-сюда по небольшой комнатке, словно раненый тигр, которого браконьеры заперли в тесной клетке. Маркус Герра тяжело дышал, из его горла периодически вырывался приглушенный рык. Он всё еще злился. Вены на крепкой широкой шее вздулись, напоминая веревки.

Я с трудом села и сдавленно застонала от боли в голове и руках. Мое платье было грязным и порванным. Казалось, что сегодняшняя вечеринка состоялась много лет назад, настолько далекой она сейчас для меня была.

Внезапно Маркус резко остановился, повернулся ко мне и вытащил из-за пояса пистолет. Я застыла на месте, воздух застрял в лёгких. Мое сердце от испуга будто подскочило к самому горлу. Мужчина смотрела на меня с такой неприкрытой ненавистью, будто я голыми руками вырезала у него на глазах всю его семью.

Но если есть столько ошеломляющей ненависти, то почему я всё еще жива? Почему он не сделает то, что задумал? Почему ему так важно заставить меня страдать? Горячие слёзы крупными горошинами скользнули по моим щекам. Мне было так страшно.

Маркус опустил пистолет и несколько долгих мгновений просто молча наблюдал за моими рыданиями. На его лице не было никаких эмоций, словно это и не лицо, а кусок камня.

– Я ни в чем не виновата! Не виновата! – вдруг выпалила я, размазывая ладонью по лицу слёзы.

– Твоя семья виновна, - стальным жутким голосом ответил Маркус, глядя на меня немигающим взглядом. – И ты заплатишь за это, - он двинулся в мою сторону.

Я дёрнулась, будто кто-то вогнал мне нож под рёбра, вскочила с кровати и прыгнула в сторону неприметной деревянной двери. Маркус молниеносно схватил меня своими большими горячими руками и швырнул обратно на кровать. Из легких со свистом вырвался воздух. Я жутко боялась, что Маркус сейчас причинит мне вред. От этой мысли меня начало всю колотить.

Маркус остановился у изножья кровати, вцепившись в него пальцами. Вся его энергетика была пропитана отравляющим гневом. Он бросил в мою сторону последний уничтожающий взгляд, а затем выпрямился и молча пошагал прочь из комнаты. Я бросилась за ним, но Маркус оттолкнул меня. Дверь з глухим хлопком закрылась.

Тяжело дыша, я поднялась с пыльного пола и принялась дергать за холодную дверную ручку, но это не дало никакого результата. Дверь лишь на вид казалась хлипкой, но на деле всё оказалось совсем иначе.