В никуда
Шрифт:
– Не важно, богат он или беден. Убийство есть убийство. Правосудие есть правосудие.
– Где фотографии, которые вы показывали Вину? – спросил он Сьюзан.
– Я от них избавилась.
– С какой целью?
– Они мне больше не нужны.
– Вин сообщил мне, что у вас были две подборки снимков: лейтенанта Хайнса и капитана, которого вы подозреваете в убийстве.
Сьюзан кивнула.
– Вин дал вам фотографию из бумажника убитого, и таким образом удалось установить личность погибшего.
– Да, это так.
– Но Вин не сумел
– Это тоже так.
– Как фамилия капитана?
– Не знаю.
– Невероятно. У вас же были его фотографии.
Я решился прервать их беседу.
– Это были мои фотографии. Мисс Уэбер только переводила.
– Отлично. Тогда я спрашиваю вас: как фамилия того капитана?
– Понятия не имею.
– Вам не сообщили, кого вы разыскиваете?
– Нет. А вам какая разница?
– После того как вы уехали, Вин много думал о вашем визите и...
Я видел, как у полковника буквально горели пробки. Он, как и я несколько дней назад, о чем-то смутно догадывался, но никак не мог ухватить.
– Я правдиво ответил на ваши вопросы, – напомнил я ему. – Теперь вы знаете цель моего приезда во Вьетнам. Мы не нарушали никаких законов. И должны идти.
Манг лихорадочно думал. Он инстинктивно чувствовал, что что-то нащупал.
– Если вы расследуете убийство одного американца другим американцем, почему ваше правительство не обратилось за помощью к нашему правительству? – спросил он. – Вы платите миллионы за информацию о пропавших без вести.
Хороший вопрос. Помнится, я о том же спрашивал Карла. Хотя ответ заключался в самом вопросе. У Стены мне понадобилось не больше двух минут, чтобы во всем разобраться. Манг так быстро не справился и повторил вопрос, будто самому себе.
– Из рассказа Тран Ван Вина вам известно, – ответил я, – что этот капитан убил не только Хайнса, но еще троих вьетнамцев и присвоил ценности казначейства Куангчи. Мое правительство посчитало за лучшее избегнуть такой ситуации, когда власти Вьетнама могут потребовать выдачи этого человека и отдать его под суд.
Полковник Манг не произнес слова "чушь", но посмотрел на меня достаточно красноречиво.
– Такой ответ меня не удовлетворяет.
– Тогда найдите свой.
Он кивнул и принял вызов. Закурил очередную сигарету, и мне показалось, что я слышу, как тикает секундомер на шахматных часах.
Наконец он снова принялся перебирать вещи убитого лейтенанта Уильяма Хайнса и дошел до списка американских военных советников.
– Вин заметил, что этот документ с американскими именами вызвал у вас обоих волнение. – Манг прочитал список, посмотрел на меня, затем на Сьюзан, что-то сказал, и мне показалось, что я разобрал слово дай-уй, капитан, и совершенно точно – произнесенную на вьетнамский манер фамилию Блейк.
Сьюзан кивнула.
У полковника был вид человека, который докопался до истины. Он был доволен собой. Но немного волновался и немного робел. Манг,
Он посмотрел на меня и задал коварный вопрос:
– Вы собираетесь его покрывать или вывести на чистую воду?
– Меня направили во Вьетнам, чтобы я выяснил правду и доложил, – ответил я. – Что произойдет потом с этим человеком – не в моей власти.
– Вам было бы выгоднее заявить, что вы приехали, чтобы его разоблачить. Я же сказал, что не люблю его.
– Я прекрасно понимаю, что было бы выгоднее. Но вы просили правду, и я сказал правду. Хотите, чтобы я снова начал лгать?
Манг пропустил мой вопрос мимо ушей.
– Дайте мне ваши визы, – потребовал он.
Это была лучшая новость за последнее время. Я отдал ему свою визу, а Сьюзан свою. Паспорта он не спрашивал. Мы все трое прекрасно знали, что американское посольство может через десять минут выдать нам новые, но без оформленной вьетнамской стороной визы мы не сумеем выехать из страны. Но зато мы выйдем из этого здания.
Манг что-то сказал одному из подручных, и тот покинул комнату.
– Я, пожалуй, отпущу вас и мисс Уэбер на прием, – проговорил полковник.
Я хотел поздравить его с мудрым решением, но вместо этого спросил:
– Когда нам вернут визы?
– Разве требуется виза, чтобы вас вновь арестовали?
– Полагаю, что нет.
Дверь отворилась, и на пороге появились подручный Манга и женщина в форме. Она заговорила со Сьюзан по-вьетнамски, и та позволила себя охлопать – процедура удовлетворила требования к личному досмотру и не дала чрезмерного повода Сьюзан распространяться на приеме американского посла. Потом настала моя очередь. Подручный Манга охлопал и меня.
Но на нас ничего не было, кроме бумажников.
Полковник изучил их содержимое и бросил на стол.
– Забирайте и уходите.
Мы взяли бумажники и собрались уложить в рюкзаки свои пожитки.
– А вот из этого вы ничего не возьмете.
– Простите, но нам нужны вещи лейтенанта Хайнса.
– Мне тоже.
– Мне нужен мой авиабилет.
– Он вам не потребуется.
– Нам нужны наши куртки.
– Убирайтесь.
– Отдайте мне мой фотоаппарат и пленки, – потребовала Сьюзан.
Полковник Манг окинул нас взглядом.
– Ваша самонадеянность поразительна. Я подарил вам жизнь, а вы продолжаете спорить из-за того, что я взял вместо нее.
Он сказал свое слово, и я тронул Сьюзан за руку.
– Подождите, – остановил нас полковник. – Тут есть кое-что, что вы можете принести на прием. Поднимите с пола фотографии.
Я уже слышал, как Сьюзан посылает его очень далеко, и быстро сказал:
– Мисс Уэбер уже послала подборку торговому атташе посольства. Так что спасибо.