В ловушке
Шрифт:
— Беркса тебе мало, так ты еще и Робинсона хочешь? — Сказал он себе под нос, скривившись. — Значит, ты у нас толстая шлюха?
Я поморщилась, отвращенная его уродливыми, ревниво звучащими словами. На этот раз желание поставить его на место оказалось сильнее страха, и я выпалила:
— Это говорит парень, который спал с бесчисленным количеством девушек. Удивительно, что твой стручок еще не отвалился.
Его лицо вытянулось. Его серые глаза сузились до двух угрожающих щелей, которые глубоко врезались в меня, и остальная часть класса перестала существовать. Я чувствовала
Он схватил меня за запястье, которое я положила на спинку стула, и выплюнул мне в лицо:
— Кем ты себя возомнила, черт возьми? — Я отдернула руку, чтобы попытаться освободиться, но это было бесполезно. — Ты же знаешь, что я могу сломать тебя за секунду. Это проще простого.
— Мисс Меттс? Мистер Джонс? — Позвала мисс Джентри, но ее голос звучал так, будто он доносился откуда-то издалека. Мы с Блейком были слишком поглощены нашим разговором, чтобы заботиться о ком-то еще, теперь наши лица разделяли всего несколько дюймов.
— Я отправлю твои постыдные фото и видео во все колледжи штата, — тихо сказал он, так, чтобы его слышала только я, и в его голосе смешались тревога и гнев. — Никто тебя не примет. К тому времени, как я закончу с тобой, у тебя не будет будущего, так что лучше подумай дважды, прежде чем снова подставлять мне спину.
Я. Ненавижу. Его. Я так его ненавижу…
— Мистер Джонс! Что вы делаете?
Наш учитель остановилась над нами, но мой гнев достиг точки кипения, и больше ничего не имело значения, кроме как причинить ему боль. Шесть месяцев — именно столько времени мне потребовалось, чтобы не беспокоиться о его болезненных возмездиях и боли хотя бы раз… Шесть долгих месяцев, но лучше поздно, чем никогда.
У него не было границ. У него не было стыда. И у него не было абсолютно никакого сочувствия. Это было слишком, и я больше не могла этого выносить. Я не могла просто молчать и прятаться под одеялом, как испуганный ребенок, надеясь, что опасность пройдет.
Больше нет.
Я взглянула на его iPhone на столе — телефон, который был там почти каждый раз, когда меня унижали. Этот телефон документировал мои слезы, мои моменты отчаяния и мои моменты унижения. Это было отвратительно.
Сдерживаемая тревога была как тикающая бомба. Она могла взорваться в любой момент.
Моя наконец взорвалась.
Я встала, даже не осознав этого, и схватила устройство, которое так презирала. Я швырнула его на пол, наслаждаясь звуком разбивающегося стекла. Это было катарсисом. Его экран треснул в разных местах, и что-то похожее на удовлетворение разлилось по моей груди. Когда все смешалось на заднем плане, я подняла голову, чтобы встретиться взглядом с Блейком, и все позитивные чувства во мне исчезли. Я фактически пошатнулась, когда увидела ненависть, какой никогда раньше не было в его глазах. Вены на его челюсти вздулись, когда он боролся, чтобы не броситься на меня.
— Мисс Меттс, что вы творите! — Мисс Джентри уставилась на меня, приложив руку к сердцу. — Я не потерплю такого ужасного поведения в своем классе. И вас. — Она указала на Блейка. — Мне противно, что
Что?!
— Но он был тем, кто начал это…
— Но вы продолжили. — Она поправила очки на переносице. — Я хочу видеть вас обоих здесь после занятий в понедельник. А теперь вон из моего класса!
— Ты пожалеешь об этом, — сквозь зубы пробормотал Блейк голосом, от которого у меня похолодело, и я поверила ему. Я действительно поверила, что меня подставили. Он поднял телефон с пола и схватил учебник и тетрадь со стола, выходя.
Я не могла ни на кого смотреть, не в силах избавиться от сожаления и стыда. Только сейчас до меня дошли последствия моей вспышки. Меня никогда раньше не наказывали отработкой, и моим родителям это совсем не понравится.
Я схватила тетрадь и учебник дрожащими руками и пожала плечами Маркусу, в чьем взгляде было море жалости. Мне хотелось перемотать последнюю минуту и еще сильнее удержаться от того, чтобы не швырнуть телефон Блейка.
Я до сих пор не могла поверить, что бросила его на пол и разбила.
Все еще в шоке от своей реакции, я вытащила себя из класса, подальше от непрекращающегося шепота моих одноклассников. Я только что завернула за угол, когда кто-то дернул меня с силой, от которой у меня перехватило дыхание. Моя спина врезалась в стену, и мой взгляд встретился с взглядом Блейка. Его руки на моих плечах не давали мне двигаться.
— Что ты делаешь…
— Ты думаешь, что можешь противостоять мне? Ты думаешь, я позволю тебе уйти безнаказанной?! — Я вздрогнула, когда его крик разнесся по пустому коридору. Его огромное тело было слишком близко к моему, и мой пульс сошел с ума от его близости.
Я сжала его руки, чтобы оторвать их от моих плеч, но он только усилил свое давление.
— Если бы ты не приставал ко мне, я бы не…
— Заткнись! Я не хочу слышать больше ни слова из твоего большого, толстого рта. — Он скривил губы. — А я думал, что смогу дать тебе свободу действий после Нового года. Я думал, что все будет лучше, если я буду относиться к тебе так, будто тебя не существует. Но ты облажалась стерва.
Он оттолкнулся от меня, но вместо того, чтобы почувствовать облегчение от столь необходимого расстояния между нами, я почувствовала, что задыхаюсь, боясь того, что может случиться дальше.
Отвернувшись от меня, он бросил на меня последний взгляд через плечо.
— Сегодня ты облажалась по-крупному, и теперь? Теперь настало время расплаты.
ГЛАВА 2
— Ты думаешь, что ей понравится браслет? — Спросил меня Кевин, вырывая меня из моих мрачных мыслей.
Мы были на пути к вечеринке по случаю дня рождения моей лучшей подруги Сары Декер, но я продолжала останавливаться на инциденте с Блейком.