В лабиринте миров
Шрифт:
– Оракул, воин, целитель, оракул...
Первой сдалась тётка Тамара.
– Будет девки, ясно ведь, что всё без проку! – Она сердито вырвала свою руку и мрачно добавила. – Рано водку убрали. Надо было допить.
Бабка Вера, понурясь села в кресло. Бабка Настасья сердито шевелила губами, упрямо оставаясь стоять.
– Не вышло? – я чувствовала себя виноватой. – А что должно было быть?
– Каждому избранному своё предназначение, – пояснила тётка Марья. – Книга делит всех избранных на оракулов, звездочётов, воинов и целителей.
– Значит, я не прошла обряд?
– Не прошла.
– Но я услышала вас!
– Видно это всё, на что ты способна.
– А вы? Как книга вас определила?
– Вера, Настасья и Тамара воины, а я целитель, – тётка Марья грустно улыбнулась. – Оракулов и звездочётов больше не осталось.
– Нигде?
– Ну, может где-то и есть. Но мы с ними не знакомы.
– Женька, свет включи, – оборвала нашу беседу бабка Вера. – Будет в потёмках-то сидеть!
Я включила свет, тётка Тамара убрала скатерть и потушила свечи. Бабка Вера включила телевизор, на меня она демонстративно не смотрела.
“... – известный в городе бизнесмен совершил тройное убийство: два подростка и супруга бизнесмена, были убиты в квартире элитного дома...”.
– Одни убийства, – осуждающе покачала головой бабка Вера. – Куда не включи, всё только стреляют. Женька!
– Что?!
Голос мой внезапно охрип.
Бабка Вера убавила звук телевизора и повернула ко мне лицо.
– А ты чего так кричишь-то?
– Ничего.
Я отвернулась и скинула Тотошку со стола.
– Баб Вер, а можно я вашу книгу полистаю?
Старухи переглянулись и мне ответила бабка Настасья, видимо она была главной в их клане Защитников Мира.
– Полистай. Осторожно только. Вещь ценная.
Я устроилась на своей скрипучей раскладушке и раскрыла древний фолиант. Удивительно, но каждая страница книги наполнилась текстом. Каждый пустой лист открывал древние знания. Книга и впрямь была ценной.
“...
Далее следовали четыре главы с соответствующими названиями: “Оракул”, “Воин” и так далее. Я пролистала страницы про оракулов и звездочётов и остановилась на главе “Воины”. Интересно было узнать, какой способностью обладали бабки.
“...
Ну и ну! Так бабки оборотни что ли? Или солнечные лучи мечут во врагов? Надо будет спросить, но пока прочитаю про целителей...
Увлечённая чтением, я не заметила, что в комнате стало непривычно тихо. Телевизор не бубнил, старухи молчали...
Я подняла голову, отрываясь от книги. Бабки стояли вокруг меня. Лица их были не спокойны.
– Что-то случилось? – я осторожно закрыла фолиант.
– А ты что читала, дочка? – сладко пропела тётка Марья.
– Ну, про этих... оракулов и звездочётов. Больше про воинов. А вы солнечные воины или оборотни? Начала
– Ты читала всё? – вопрос раздался с четырёх сторон одновременно.
– Ну, не подробно... проглядела только. Книга-то толстая...
Тётка Марья картинно упала в кресло, обмахивая себе лицо носовым платком.
– Ой, девки, худо мне! Что же нам с ней делать-то?
– Да что случилось?! – загадки старух начинали раздражать.
– А то случилось, звезда моя, – торжественно начала бабка Настасья. – Что никто из нас книгу это прочесть не может, только то, что разрешено. Воину – о воинах. Целителю – о целителях. Иные главы для нас пустые листы.
– А тебя книга вообще никак не определила, а ты читаешь всё! – простонала тётка Марья. – Кто же ты?!
Глава 25.
Воины Луны и Солнца.
Бабки взялись за меня всерьёз. Для начала они велели прочитать им главы про звездочётов и оракулов – их распирало любопытство.
Потом тётка Марья принялась готовить снадобья, призванные выявить мою сущность.
– Есть такое средство, – авторитетно заявила тётка Марья. – Делать не доводилось, но рецепт знаю. Тащи-ка Женька, мой рюкзак.
Я принесла рюкзак, который тётка Марья неизменно носила с собой во всякое время года и принялись наблюдать, как готовится снадобье. Вернее наблюдали бабки, а меня тётка Марья гоняла и в хвост и в гриву.
– Женька, бери деревянную ложку, мешай. Сорок счётов влево, сорок вправо. Потом бери ложку серебряную и пятнадцать раз против часовой стрелки. Ступку пери, толки коренья. Да не так, бестолочь!
Я толкла и мешала, резала и поджигала, мужественно глотала гадкие напитки и жевала горькие коренья, но ничего не привело к желаемому результату. Суть моя была темна, как ночь.
От обиды за свою неудачу, тётка Марья заставила меня перемывать все пробирки и плошки, которые она использовала для варки снадобья. Я покорно вывалила грязную посуду в раковину, а тётка Марья со вздохом констатировала:
– Одно могу сказать точно – она не целитель. Блеска мысли нет.
В душе я возмутилась такому определению моей мыслительной способности, но спорить не стала: не чувствовала к процессу изготовления снадобий никакого влечения.
– Надо её на дело выводить, – деловито объявила бабка Настасья. – Попробуем на месте определиться, кто она есть.
– На какое дело? – осторожно осведомилась я.
– В лес поедем, – пояснила бабка. – Будешь зверем оборачиваться. Ежели книгу прочла, стало быть, сможешь.
До утра оставалось часа четыре, спать хотелось неимоверно, но упрямых старух было не переубедить.
– На чём мы поедем? – вяло возражала я. – Какой лес? Ночь на дворе...
– То-то и оно, что ночь. Самое для оборотней время. А до леса нас Тамара довезёт, она на автомобиле.
– Три дня назад купила, – похвасталась тётка Тамара. – Уж больше на трамваях со старухами не поеду, дудки!