В горах ближе к небу
Шрифт:
— Нет.
— Классный был подъем! Вышли мы рано, едва рассвело…
Изотов с удовольствием слушал. Хоть какая-то разрядка.
— Сразу за лагерем тянулась зеленая котловина, — продолжал Вересов. — Простор… воздух, как слеза… Аж дух захватило! Ради таких вот мгновений в горы и ходят. Через котловину вышли на скальный гребень. Такой себе, не очень сложный, средней крутизны. А после трех тысяч метров пошли осыпи… Это опасно. Любой упавший камень может повлечь за собой камнепад. Обогнули осыпи — глядим: торчит скальный выступ. Если
За коньяком они перешли на «ты» и уже похлопывали друг друга по плечу, как старые друзья.
— Нельзя нарушать традицию, — сказал альпинисту Изотов. — Отсюда тоже камень возьми. Хочешь, пойдем, в отвалах породы покопаемся? Ее после взрыва полно из туннеля натаскали.
Они допили коньяк и направились к отвалам. Вокруг было пустынно. Вход в туннель охраняли несколько солдат. Все остальные разбрелись кто куда. Медное солнце встало из-за гор и начинало припекать.
— Иди сюда, — позвал Изотов, пробираясь между камнями. — Я тебе кое-что покажу.
Инженер выбирал из отвала и показывал ему разные камушки, на которые просто так никто не обратил бы внимания. Многие из них были довольно ценными. Случайно попались несколько зернышек граната. Покрытые пылью, они выглядели обыкновенными тусклыми горошинами неправильной формы.
— Возьми, — Изотов протянул «горошины» альпинисту. — Жене подаришь.
— У меня нет жены, — сухо сказал Вересов. Изотов вздохнул и бросил камешки обратно в отвал.
Ему вспомнилась Лариса, глаза предательски наполнились слезами.
Илья сделал вид, что копается в кусках породы. Ему попался маленький камешек в форме финика. Он был покрыт грязью, под которой блеснуло желтое.
Вересов ощутил под сердцем неприятный холодок.
— Валера! — позвал он. — Посмотри… Что это? Изотов взял камешек, потер о рукав куртки.
— Золото… — севшим от волнения голосом произнес он. — Не может быть…
Глава 20
Майхо поставил посланцам одно условие. О пропаже Эуля, а следовательно, и о его поисках никто знать не должен. Именно поэтому сведения, полученные от флажей — межгалактических наблюдателей — были так скудны.
— Делать нечего, — сказал Аффит на закрытом Совете. — Будем исходить из того, что есть. На поиски Эуля отправятся три экспедиции. Больше мы послать не сможем. Их следует оснастить наилучшим образом. «Этлон», «Эрбор» и «Тобус» поведут лучшие пилоты. Нам останется только ждать.
После заседания Тэлл Элакриэн предложил посмотреть привезенные с Ацтланики «живые картины».
— Это праздник в нашу честь, — прокомментировал он пышно развернувшуюся голографическую
Люди-птицы подняли в воздух несметное количество живых цветов, перьев и лент, превратив небо вколышущийся разноцветный ковер. Площадь перед дворцом была запружена жителями города.
Алхо-Котель стоял на вершине горы. Его гигантская квадратная башня состояла из выступающих один над другим ярусов, золотая крыша горела в лучах Теуатля — красного солнца Ацтланики. По углам восседали каменные чудовища устрашающего вида, их крылья были выложены золотыми пластинами, а в глазницах сверкали крупные зеленые кристаллы.
— Это стражи дворца-храма, — пояснил Тэлл, указывая на чудовищ. — Они наблюдают за окрестностями.
Картина сменилась: теперь она представляла собой просторный полутемный зал, мрачные своды которого опирались на каменные колонны, разрисованные крылатыми драконами. Тела и гривы драконов были покрыты зеркальной чешуей. Чешуя сверкала и переливалась, причудливая игра бликов производила впечатление кружащегося вихря.
— Какой необычный эффект! — восхитился Аффит.
— Ацтлан таит в себе скрытую мощь, — заметил Стэлл Ор. — Его нерастраченный потенциал огромен.
— Это их подземное святилище, куда нас пригласили для вручения подарков, — объяснил Тэлл. — Под дворцом прорыт целый лабиринт. Там ацтланы скрываются от немилосердных лучей своего Огненного Бога. Вот, смотрите!
Он указал на виднеющиеся по сторонам зала входные проемы. Их узкие прорези зияли непроглядной чернотой.
— Туда бы мы ни за что не протиснулись, — засмеялся ученый. — Темока и Майхо немалого роста, но они едва доставали нам до пояса. Благо ацтланы не экономят на камне и любят строить с размахом. Картина снова сменилась.
— Теперь вы можете видеть золотой трон царя Ацтлана, — прокомментировал Тэлл. — Сам Владыка не удостоил нас своим вниманием. Он был нездоров и подавлен из-за постигшего его горя. Умер его единственный наследник.
Золотой трон властителей Ацтлана поражал тонкостью работы и редкостной красотой. Высокое резное кресло как бы несла на спине трехголовая золотая змея. Ее выпученные глаза, наполовину прикрытые чешуйчатыми веками, излучали густое красноватое сияние, а высунутые золотые языки непрерывно двигались.
— Изощренная культура! — воскликнул Стэлл Ор. — Что-что, а поразить воображение они умеют. Признаться, во время этого визита мне было немного не по себе.
— Не выдумывай, — улыбнулся Элакриэн. — Твое любопытство имело достаточно пищи благодаря фантазии ацтланов. Ты норовил сунуть нос, куда только возможно. Ничто другое, кроме неуемной жажды познания, тебя не волновало.
Ученый не стал отрицать очевидного и скромно опустил глаза.
— Вот и Верховный жрец, — Тэлл указал на Майхо, который взошел на покрытый алым ковром постамент. — Его одежда свидетельствует о важности происходящего.