Узы друида
Шрифт:
Это был кабинет дедушки.
Когда дверь со щелчком закрылась, я обернулся, и меня охватила головокружительная волна дежавю. Длинное лезвие сверкнуло в свете свечи, и оно было направлено на меня. Угрожающая поза Асмуса, то, как он свирепо смотрел, вернули меня в ту ночь, когда мне исполнилось тринадцать. Хотя это был не тот меч — он нашел Бранд лишь годы спустя — призрачная боль пронзила мой указательный палец. Я прижал руку к своей груди.
«Кто ты?» — спросил он.
Он направил лезвие мне под подбородок. От силы завибрировал воздух вокруг наконечника.
«Меня зовут
Его твердый взгляд ничего не выдавал. Я попытался поставить себя на его место, в его голове:
Появляется молодой человек, энергия которого демонстрирует семейные узоры. Кажется, он знает, что я пользуюсь магией. Он просит моей помощи. И затем он говорит мне, что он из будущего, а я его дедушка. Тщательно продуманная уловка, чтобы разоблачить мой обман и раскрыть мою истинную силу? Или он на самом деле тот, за кого себя выдает?
Кожа вокруг его глаз слегка сморщилась, как будто он взвешивал те самые вопросы. Я уловил движение его губ, и в следующий момент энергия хлынула вокруг меня. Прежде чем я смог отреагировать, это впечатало меня в стену напротив книжных полок. Я пытался заговорить, но меня сковало сильнейшим заклинанием силы, которое я когда-либо чувствовал.
Щелчком его пальцев другая сила вырвала мою трость из моих рук. Он больше не держал свой меч, хотя я не имел ни малейшего представления о том, куда он его положил. Он ловко поймал мою трость. Изучив ее длину, он взялся за дерево посередине и потянул за ручку. Клинок моего отца выскользнул на свободу.
Когда Асмус осматривал меч и посох, я мог только представить, что творилось у него в голове. Энергия Марлоу в стали и серебре. Его собственная, внедренная в железное дерево. Теперь его взгляд перескакивал с руны на руну. Моя магия развилась только до такой степени, что я мог использовать первые два заклинания: изгнание и элементальный огонь, а второе мне по-прежнему было трудно контролировать. Я был в неведении относительно того, что вообще делали другие руны. Но, наблюдая за кратким свечением каждого символа, я понял, что у Асмуса была сила получить доступ ко всем из них.
Он перевел взгляд на посох, поднеся опал ближе к глазу. Наконец он вернул меч в трость. Запирающие чары, которые запечатали этих двоих, были бы ему также знакомы. Он создал ее.
«Где ты это взял?» он спросил.
Его сила освободила мой рот, чтобы я мог говорить. «Посох достался тебе, хотя раньше в нем был другой клинок. Меч был подарком от Марлоу.»
«Марлоу», - повторил он.
«Твое кольцо также перешло ко мне, то, в котором заключена сила Брашовского пакта. Твой кулон с монетой тоже, хотя я отдал его кое-кому для защиты.» Когда я подумала о Веге и нашем ребенке, меня захлестнула волна любви.
«Откуда ты знаешь Марлоу?» он спросил.
«Он был моим отцом.
Дочь, которая однажды падет от руки Лича, человека, от которого он прятался.
«Я родилась в Убежище», - сказала я, прежде чем он смог спросить о ней. «Произнесено Арианной. Мне дали фамилию Крофт, чтобы защитить Марлоу.»
Я упомянул несколько серьезных имен в сообществе Ордена в изгнании. Это либо убедило бы Асмуса, что я говорю правду, либо еще больше усилило бы его подозрения. Все еще держа мою трость, он начал медленно ходить кругами по комнате, что я делал, когда мне нужно было подумать. Но он делал больше, чем думал. Я почувствовал, как энергия бежит по деревянным доскам и настилу пола, собираясь в низкую, вибрирующую ноту.
Ладно, это не может быть хорошо.
«Я — я говорю правду», - запинаясь, пробормотал я. «Спроси меня о чем угодно, и я отвечу на это».
«В этом проблема, не так ли?» — пробормотал он, сжимая мою челюсть другим произнесенным словом.
Я никак не мог понять, что он имел в виду, но ответ пришел быстро. Магия шепчущих. Изгиб разумов, формирование мыслей, заставляющий видеть то, чего нет, верить в то, что нереально. Магия, которой владеет Лич.
Черт возьми, я должен был подумать об этом, прежде чем приходить сюда. Асмус спрашивал, не попал ли он под влияние магии Шепчущих, что означало, что никакие мои слова не убедили бы его в том, кто я такой. Ни информации о нем, ни о Марлоу, ни об Убежище, ни обо всей этой истории. Он бы подумал, что Лич проник в его мысли и превратил их в эту ходячую, говорящую иллюзию, стоящую перед ним.
Нарастающая нота энергии внутри комнаты заставила задребезжать окно. Асмус остановился в центре комнаты, его глаза встретились с моими. Он направлял силу в защиту комнаты, надеясь, что это сокрушит эту злонамеренную магию, вычистит ее из его дома, из его головы. И когда это удавалось, я исчезал.
С полки позади него упала книга, а затем и целый ряд других. За пределами комнаты мастифы разразились потоком лая. Дверь содрогнулась, когда собаки врезались в нее и начали скрести ее лапами.
Асмус не отводил от меня взгляда. Я решительно выдержал его взгляд. Моя магия была истощена здесь, бесполезна, но мне нужно было, чтобы он каким-то образом увидел, что я из плоти, крови и души. Что я был настоящим.
Нота переросла в высокий, пронзительный звон в моих ушах, который угрожал разорвать мою призму заклинания, если не мою голову. Его собственное тело начало вибрировать от силы, рот сжался в тонкую линию, волосы упали на лоб. Даже такой могущественный человек, как Асмус, должен был приближаться к своему пределу.
Насколько сильнее он собирается давить?
Ответ пришел мгновением позже, когда записка исчезла, и в комнате воцарилась тишина. Боль оставила мою голову. За дверью мастиффы обнюхали косяк, затем отошли. Асмус вернул волосы на место.
Сила, прижимавшая меня к стене, рассеялась, и я качнулся вперед. Асмус поймал меня сильной рукой и поддержал. Я уловил мгновение раздумья в его взгляде, прежде чем он вернул мне мою трость.
«Я верю тебе», - сказал он.