Узник опала
Шрифт:
– Вы обедали здесь вчера вечером вместе с аббатом Форьелем, не так ли?
– Да.
Взяв Рикардо за руку, детектив опустился вместе с ним на скамейку.
– Расскажите мне все, что он тогда говорил и делал.
Мистер Рикардо напряг память. Кажется, аббат что-то сказал, а потом сделал легкое движение рукой...
– Был момент, когда аббат Форьель тайком перекрестился,- сказал он.
– Ого! Расскажите мне об этом моменте!- Ано сильнее стиснул руку друга.
– Дайте подумать... Едва ли тогда произошло что-то важное, иначе я бы это запомнил... Хотя я, безусловно, был озадачен.
– Необычайно интересный
– Да-да, я был озадачен!
Мистер Рикардо торжествовал. Память не подвела его!
– В таком случае, друг мой,- заметил Ано,- что-то вас озадачило.
– Верно,- с легким разочарованием согласился Рикардо.- Едва ли я был бы озадачен, если бы меня что-то не озадачило. Но что?
– Вот именно, что? Представьте себе обеденный стол. Миссис Тэсборо сидит там, аббат - здесь...
– Вспомнил!- воскликнул мистер Рикардо.- Кто-то из гостей, сидящий недалеко от меня - с той же стороны стола...- Он поднял руку и застыл, сосредоточившись.- Ну да - Эвелин Девениш! Она внезапно вздрогнула, и довольно сильно.
– Ну?
– И кто-то... о, конечно, это меня и озадачило.- Мистер Рикардо с удовлетворенным видом откинулся на спинку скамейки.
– Но вы так и сообщили мне, что именно,- произнес Ано почти ласково.
Тем не менее мистер Рикардо вскрикнул от боли.
– Вы раздавите мне руку!
Пальцы Ано сжимали ее, как тиски. Он тут же ослабил хватку.
– Очень сожалею, друг мой.
– У вас есть на то причины!- возмущенно отозвался мистер Рикардо, массируя пострадавшую конечность.- Завтра наверняка будут синяки! В прошлый раз у меня так болела рука после состязания в стрельбе из лука. Я не силен в этом спорте. Это было в деревне в Беркшире - дайте вспомнить, в чьем доме...
Мистер Рикардо начал перечислять имена беркширских знакомых, пытаясь установить место состязания, по Ано прервал его:
– Итак, Эвелин Девениш сильно вздрогнула.
Пару секунд Рикардо молча глазел на собеседника, затем спешно вернулся из Беркшира.
– Меня не следовало отвлекать от того, что я вам рассказывал,- заметил он, строго глядя на Ано.- Да, Эвелин Девениш вздрогнула, а Джойс Уиппл воскликнула: "Смотреть на меня бесполезно, Эвелин. Холод распространяю не я". Мне показалось, что Эвелин и Джойс на грани истерики. Несомненно, обе нервничали - особенно Джойс. Ее голос, обычно тихий и приятный, стал резким и пронзительным. Я не мог понять причину этого возбуждения. Оно прошло так же внезапно, как и возникло, словно зигзаг молнии. Но аббат все понял. Он тайком перекрестился и до конца обеда больше не произнес ни слова - просто сидел и наблюдал за сотрапезниками блестящими, как у птицы, глазками.
Ано похлопал друга по колену и нахмурился.
– "Холод распространяю не я",- повторил он и посмотрел на Эрбсталя.Весьма странные слова, мосье комиссар. Однако старый лис их понял. Значит, должны понять и мы. Думаю, они - ключ ко всей тайне.
Детектив поднялся, как будто его дела на террасе и в саду подошли к концу. Но прежде чем он успел отойти от скамейки, послышался звук машины, подъехавшей и остановившейся с другой стороны дома.
– Странники возвращаются!- Ано достал часы и посмотрел на циферблат.Шесть!
Для находившихся на террасе время прошло быстро. Мистер Рикардо с трудом мог поверить, что миновало почти три часа с тех пор, как Дайана Тэсборо и Робин Уэбстер поехали отправлять телеграмму из Пойяка.
– Они благоразумно
Вынув из кармана ярко-голубую пачку черных сигарет, он предложил одну комиссару Эрбсталя, который взял ее, а другую мистеру Рикардо, который отказался, чиркнул спичкой и церемонно поднес ее к сигарете комиссара. Потом он зажег свою сигарету, снова сел и начал безмятежно повествовать о давнем опыте, приобретенном в первые годы службы в полиции.
Глава 14
Ано испуган
Ано прервал рассказ, когда "странники" шагнули на террасу, и одобрительно улыбнулся Дайане Тэсборо, на чье лицо вернулся румянец.
– Так-то лучше, мадемуазель,- сказал он.- Вы отправили ваши телеграммы?
– Да.- Она добавила: - Мистер Уэбстер уговорил меня продлить поездку.
Робин Уэбстер объяснил свои действия, говоря со свойственной ему четкой артикуляцией, всегда казавшейся мистеру Рикардо не соответствующей столь элегантному молодому человеку:
– Я решил, что поездка пойдет на пользу мисс Тэсборо, что наше немедленное возвращение только помешает вашему расследованию и что мы могли бы помочь вам, расспросив соседей.
– Я уверен в этом!- вскричал Ано с не вполне уместным энтузиазмом и, заметив удивление на лице управляющего, изменил тон: - Вы поступили в высшей степени разумно. Ваши расспросы дали какие-нибудь результаты?
Робин Уэбстер покачал головой.
– Никто не видел Джойс Уиппл.
При упоминании этого имени его голос дрогнул, щеки побледнели, а взгляд стал таким горестным, что мистер Рикардо начал подыскивать слова утешения. Молодой человек был влюблен, а Рикардо всегда питал слабость к влюбленным молодым людям. Конечно, свеча, горевшая среди ночи в его пустой комнате, выглядела подозрительно. Но это могло быть всего лишь уловкой с целью скрыть свидание с Джойс Уиппл, на которое она не явилась. Возможно, Робин Уэбстер продолжал искать ее, покуда свеча не догорела полностью. Несомненно, Ано воображал, будто сделал в шале еще одно важное открытие. Его невольный возглас: "Я уверен в этом!" - мог быть подтверждением этого открытия. Но Ано, как и все люди, способен ошибаться и кричать "лебедь" при виде гуся. Тем не менее мистеру Рикардо показалось, что искренность эмоций молодого человека произвела на него впечатление, так как в голосе детектива звучало сочувствие:
– Вы не должны отчаиваться. Люди мосье Эрбсталя прочесывают местность на случай, если девушка, как часто , бывает, потеряла память. С другой стороны, если имело место преступление, могу вас заверить, что ни автомобиль, ни экипаж, ни даже телега не ускользнут из этого района без тщательного обыска. Каждая шоссейная и проселочная дорога, каждая тропинка находится под наблюдением.
Комиссар кивнул:
– С сегодняшнего утра.
– Да,- подтвердила Дайана.- Нас самих сегодня неоднократно останавливали.
Но Робин Уэбстер не разделял ее надежд.
– Все это прекрасно, но боюсь, что даже вся французская армия, расквартированная на дорогах, не сможет вернуть нам Джойс. Я опасаюсь...- Он не смог окончить фразу.
– Вы опасаетесь убийства,- сказал Ано.
Лицо управляющего исказила судорога боли.
– Да,- ответил он шепотом.
Внезапно Ано поднялся со скамейки. Перемена, происшедшая с ним, удивила всех присутствующих на террасе.
– Я уверен,- произнес он с властностью прорицателя,- что, если Джойс Уиппл еще жива, она не умрет насильственной смертью.