Узник опала
Шрифт:
Но мистер Рикардо теперь стоял рядом с Ано, и ему больше было незачем заглядывать детективу через плечо, чему препятствовала разница в росте.
– Друг мой!- воскликнул он с упреком, когда Ано закрыл книгу.- Где же ваша наблюдательность?
– Что я упустил? Говорите скорее!- В голосе детектива звучала мука, словно он заранее переживал из-за допущенных ошибок.
– Форзац этой книги не выпал сам по себе, потому что страницы растрепались. Его сложили вдвое и аккуратно отрезали.
Голос Ано вновь стал спокойным.
–
– Но почему? Это очевидно!- с триумфом заявил мистер Рикардо.- Робин Уэбстер изменил свое имя!
– Интересно,- промолвил Ано и взял "Imitatio Christi". Из этой книги форзац также аккуратно удалили. Некоторое время он молча смотрел на нее, потом поставил на полку.- Возможна другая причина, которая мне нравится больше, так как она объясняет мне кое-что насчет Робина Уэбстера, озадачивавшее меня весь день.
Ано возобновил поиски. Оставался старый сундук, на закрытой крышке которого валялись пара трубок, теннисная ракетка, телефонный справочник, карта, американский журнал и еще несколько мелочей. Сбросив их, детектив открыл сундук и полез внутрь. Дорожный плед и тяжелое пальто полетели на пол, после чего детектив выпрямился, держа в руках дешевую продолговатую шкатулку, инкрустированную перламутром. Он встряхнул ее, и внутри что-то зашуршало. Ано попытался открыть шкатулку, но она оказалась запертой. Впрочем, замок был таким же дешевым, как и сама шкатулка. Присев на стол, Ано достал из кармана связку миниатюрных стальных инструментов, снял с кольца пинцет, и вскоре шкатулка была открыта.
– Ого!- воскликнул детектив, вытряхнув на стол восемь-десять писем если их только можно было так назвать. Ибо даже для глаз мистера Рикардо, находившегося по другую сторону стола, они выглядели скорее записками, большей частью сделанными карандашом и нацарапанными в спешке.
Ано быстро прочитал их, и его лицо изменилось.
– Ага!- медленно произнес он и кивнул мистеру Рикардо, словно подтверждая какое-то его предположение, однако не показав ему даже подписи. Положив письма в шкатулку, Ано обратился к Моро: - Их нужно немедленно сфотографировать. Вам для этого понадобится несколько минут.
– Сейчас я принесу камеру и какую-нибудь картонку, чтобы положить на нее письма.
Моро направился к двери, но Ано остановил его:
– Нет. Наш друг...- Он внезапно осекся.- Наш друг, мистер Робин, может вернуться, заставив нас прервать работу. Лучше отнесите письма в нашу комнату, сфотографируйте их как можно быстрее и принесите назад, если успеете. Если нет, тем хуже для вас. Мы заберем шкатулку и будем надеяться, что ее исчезновение не обнаружат слишком скоро.
Ано говорил достаточно уверенно, но во время отсутствия Моро явно нервничал, бродя взад-вперед между столом и окном, поглядывая на аллею, осматривая уже обысканные
– Почему мужчина хранит письма от женщины в запертой шкатулке?внезапно спросил Ано.- Можете мне объяснить?
Рикардо улыбнулся. Ответ был очевиден.
– Потому что он влюблен. Помните, как я видел его склоняющимся над спинкой стула Джойс Уиппл? И мои наблюдения подтвердила его утренняя вспышка, когда мы узнали об исчезновении Джойс.
Ано с любопытством посмотрел на своего друга.
– Значит, вы считаете, что эти письма, записки, фрагменты - называйте их, как хотите,- писала Джойс Уиппл?
– Чтобы узнать это, мне было незачем видеть подпись, которую вы так тщательно скрывали,- с мягким упреком отозвался Рикардо.
Ано повернулся к Эрбсталя:
– А вы, мосье комиссар? Как по-вашему, почему мужчина хранит письма леди в запертой шкатулке? Потому что он влюблен?
– Возможно,- ответил комиссар, пожав плечами.
– Ну, может быть,- с сомнением произнес Ано.- Но я снова вижу иное объяснение, которое нравится мне больше.
Моро вернулся в комнату, держа в руках шкатулку.
– Все сделано,- сообщил он.
Соскочив со стола, Ано запер шкатулку пинцетом и положил ее в сундук.
– Отлично!- с облегчением сказал он.- Давайте родить отсюда! Теперь пускай машина возвращается!
Трое мужчин вышли из шале и вернулись на террасу.
Глава 11
Следы ног
Ано испытывал искреннее облегчение, снова оказавшись на открытой террасе Шато-Сювлак. Разразившись негромким раскатистым смехом, который мистеру Рикардо казался весьма тревожным признаком, детектив кивнул другу:
– Я знаю одно хорошее английское стихотворение. В нем говорится, что жизнь печальна и каждого ожидает могила. Тем не менее я в превосходном настроении, ибо мы приблизились к правде. А сейчас посмотрим, что охраняет наш жандарм.
Спустившись на лужайку, он направился к клумбе. Теперь мистер Рикардо видел, что холмики, которые озадачили его, в действительности были тремя коричневыми глиняными мисками, стоящими вверх дном - одна на травянистом бордюре клумбы, а две других на самой клумбе.
– Вы обнаружили эти следы?- спросил Ано у жандарма.
– Да, мосье. Мосье комиссар велел мне осмотреть сад. Когда я нашел следы, то сразу побежал на кухню за мисками, чтобы накрыть их.
– Хорошая мысль,- одобрил Ано.
– Но мне пришлось потрудиться, чтобы взять миски, мосье.
– Марианна,- с сочувствием кивнул Ано.
Ободренный его похвалой жандарм надул щеки.
– Ужасная женщина, мосье, если ее вообще можно назвать женщиной! Она дала мне затрещину, а я был беспомощен, так как у меня руки были заняты мисками, и сказала... простите, но я не могу повторить эту дерзость.