Уязвимость

Рам Янка

Жаль, что нельзя взять ноутбук… Да и ладно.

В разбитом телефоне моя старая симка. Включаю. Работает…

Тут же звонит мама. Но я не беру. Пишу ей короткую смс, что очень занята и не могу говорить.

Подаренный им телефон тоже оставляю на столе со всеми вещами.

Кровь стучит в виски. Мне кажется мои последние пару недель жизни слишком переполнены адреналином.

Сумку собираю не торопясь, чтобы взять всё нужное и по минимуму. Это немного успокаивает меня, и я перестаю наконец-то захлёбываться слезами.

Надеваю

черные джинсы, свитер, спортивную куртку и кроссовки. Мне нужно в какую-нибудь глушь. Чтобы совсем никого…

Новый телефон звонит.

Я не хочу брать трубку. Я боюсь, что он скажет что-то в своей манере, что моментально сломает всю мою решительность. Не хочу. И я дрожа от эмоций смотрю на него, как на ядовитого паука, обнимая себя руками за плечи. Тоска разъедает внутренности.

После нескольких звонков телефон пиликает смской.

Открываю:

“Поговори со мной”

Нет.

Кладу его обратно. Выключаю электричество, перекрываю газ и воду. Закрываю дверь. Я уезжала последний раз из города еще ребенком. Я, если честно, боюсь быть одна в дороге, и чувствую себя очень неуверенно в любом незнакомом месте. Но в этой ситуации я чувствую себя еще хуже. Уже спускаясь по лестнице вызываю такси. Заехать на работу, заехать в банк, положить часть денег на карту… потом на вокзал. Поеду вникуда! Есть же такая форма путешествий?

Пока таксист катает меня по городу, покупаю через телефон билеты на поезд до случайного провинциального городка.

Все будет хорошо. Приеду. Сниму квартиру. Выдохну. Не понравится, поеду в другое место. Дальше будет видно.

Расплатившись с такси, выхожу через здание вокзала на перон.

Телефон опять звонит. Мой разбитый. Это Сталкер. Номер неопределен. Надо бы сменить симкарту. Но это уже там, на месте, когда приеду куда-нибудь.

Мой поезд стоит. Отдаю проводнице билет.

Плацкарт…

— Здравствуйте… — оглядываю я соседей по местам.

В поездах здороваются? Не знаю… Некоторые нестройно отвечают мне. Поезд трогается. Присаживаясь с краю, я закрываю глаза…

Всё.

Глава 30 — Просто мужчина

Гул голосов… Напротив разговаривают две женщины.

— Сумку с прохода уберите, мешает.

Открываю глаза. Мужчина какой-то. Неприятный. Смотрит на меня с пренебрежением. Молча поднимаю сумку. Встаю, дергаю сиденье вверх, чтобы спрятать туда сумку. Но оно клинит и не поддается. Кладу ее на пол и пытаюсь двумя руками. Никак…

Мужчина смотрит на меня с раздражением. Лучше бы помог!

Растерянно обвожу взглядом купе. А, да… Есть же еще самые верхние полки под багаж. Напрягаясь, поднимаю туда сумку. Сажусь ближе к окну — моё место нижнее. Ставит свою сумку рядом с моей. Садится рядом. Видимо его — верхнее.

Отодвинув занавеску смотрю в окно. Достаю из заднего кармана джинсов телефон, ощущая все еще слегка

болезненное прикосновение к ягодице.

Черт!

Маячок…

Надо срочно его извлечь.

Мне хочется самой себе вспороть кожу прямо сейчас и выкинуть его. Но это не вариант, конечно. Как выйду из поезда, первым делом забегу в платную клинику и пусть его извлекут. Он совсем неглубоко.

Удаляю не читая несколько смсок от Кирилла. Перезваниваю маме. Коротко говорю о том, что уехала в отпуск. Выслушиваю в ответ ее “полет сознания” на счет моего эгоизма и ее тяжелых времен. Да-да… А когда они были легкими?

— Ладно, мам. Мне неудобно разговаривать.

— Ты могла бы оставить хотя бы ключи от квартиры.

— Нет, — качаю я головой. — Это моя квартира. Я не хочу, чтобы кто-то там появлялся.

— Какая же ты…

Неблагодарная дочь? Недослушивая еще один “полёт сознания”:

— Не слышу, извини. Со связью что-то… Я в поезде.

Отключаю вызов.

Внутри так пусто, что мне кажется завывает ветер. Он же и всё выхолаживает внутри меня. Ощущаю давление от мужчины сидящего рядом. Хочется отодвинуться, но дальше уже некуда.

Женщины напротив смеются, снижая голоса. Разглядываю их. Постарше меня, провинциальные, молодящиеся. Явно давно знакомы. Накрашенные бордовым губы пачкают обесцвеченные волосы той, что сидит напротив. Она выставляет на столик коньяк и конфеты. Вторая приносит, два граненых стакана от проводника. И я вспоминаю, как пила в поезде чай из таких, в стальном подстаканнике. И он был вкусный!

Между женщинами и моим соседом быстро завязывается панибратское знакомство. Мне неловко в их компании и не очень приятно. Загружаю на телефоне маршрут поезда и станции. Может выйти где-нибудь пораньше. Путешественница из меня на слабую троечку.

— Девушка! — прищуривается женщина напротив меня. — А давайте мы Вас от окна пересадим, а то мы тут общаемся за столом.

Отрицательно качаю головой.

— Нет.

Раздражение троицы на меня возрастает. Женщины тихо что-то шипят между собой, переглядываясь с моим соседом.

Это очень неприятно. Но я привыкла к своей неуместности еще в детстве и могу терпеть такое.

Продолжаю проглядывать станции и фотографии, привязанные к ним. Вдруг встретится что-то подходящее? Поглядываю на часы, обед. Ехать еще четыре часа… Это пытка!

И я злюсь на Кирилла, что он вынудил меня сделать всё это! Нечестно так поступать со мной. Я не умею путешествовать.

— Стоянка двадцать минут, — идет мимо нас проводница, — стоянка двадцать минут…

Мой сосед с женщинами уходят. Видимо курить.

Положив треснувший телефон на столик, я листаю фотографии маленького уездного поселка, который через пару станций. Десять тысяч жителей… Да тут вряд ли и платная клиника есть. Судя по фоткам на весь поселок три многоэтажных дома. Нет придется ехать дальше…