Уязвимость
Шрифт:
Так тебе сталкер! Я тоже хочу твоей уязвимости!
Моё сердце колотится. Давай… Говори что-нибудь… уходи… делай что-то!
Хрипловатый смех.
– “Женщины эмоциональны…” Я передумал. Оставлю, пожалуй, гранату у себя. Не нужен тебе этот выбор.
И я с облегчением выдыхаю. Куда дальше? Что там за альтернативным поворотом? Какая странная игра…
Я выиграла этот раунд?
Слышу как он поднимается на ноги. Пиджак летит на кресло. В темноте я вижу, как мелькают белки его глаз, но лица рассмотреть не могу. Он присаживается мне в ноги на край кровати. Я застываю…
Его
Кожу словно проминает вместе с простыней от этой близости. Тело пульсирует.
— А ты мне тоже снишься… Саша…
От этого простого признания я уплываю в тревожной эйфории куда-то внутрь себя.
Горячая ладонь неожиданно ложится на мою ступню. Зажмуриваюсь, кусая губы. Он поднимает ее, ставя себе на бедро. Пальцы не торопясь, обрисовывают косточки на щиколотке.
— Проводишь меня?
— Ты не останешься?
— Нет… Так просто секс ты не получишь, — в его голосе усмешка.
Мои глаза распахиваются.
— Не поняла.
— Поиграй со мной.
— Как?…
Я выпрашиваю секс? Отлично, Александра, просто отлично!
Это он специально выворачивает так! Чертов манипулятор… Но моё тело не против повыпрашивать.
— Завтра….
– возбужденно срывается его голос. — Ты будешь делать всё, что я скажу. И если…
— Нет!
— Да… И если ты сможешь доставить мне таким образом удовольствие, то обещаю…
— Это… за гранью!
— Ну и что. Несколько дней назад ты прекрасно справилась и мне показалось… тебя не расстроил результат. И если справишься завтра, то ночью ты получишь мои пальцы, вместо своих. А может и не только их.
— Не слишком ли ты самоуверен?
— Давай поверим?
— Ладно… Давай.
Вжимаю голову в плечи. Что сейчас будет? Страшнее секса ведь не будет ничего? А секс он мне не обещал…
Сердце прыгает внутри от того, как неожиданно он нависает надо мной. Меня продавливает от ощущений. Едва справляясь с дыханием. Перехватывает меня за подбородок, пальцы грубовато врезаются в щеки. Мои глаза закатываются от резко нахлынувшего возбуждения.
— Приоткрой рот… Да… Не закрывай…
Мои губы послушно размыкаются. Дыхание превращается в рваные хриплые стоны.
— Стягивай трусики…
Я вообще-то против. Но не уверена, что смогу произнести хоть слово! Сжимаю губы, чтобы сглотнуть слюну. Но его палец врезается в них, не позволяя сомкнуть их полностью. И я жалобно и возбужденно мычу, проходясь по нему языком и выгибаясь от возбуждения.
Или я не против?…
Голова ничего не соображает! Но пальцы уже цепляют мягкую ткань стягивая ее по бедрам. Закрывая глаза ловлю момент, вдыхая глубже его концентрированный запах. И если цена за это растекающееся удовольствие во мне всего лишь снять трусики… Да пожалуйста! От близости его губ лицо горит…Такими темпами я скоро начну стаскивать их на площади прилюдно в угоду ему!
— Прикоснись к себе… Ну… Давай… если ты кончишь для меня… я тебя поцелую… — едва касаясь ведет своими губами по моим, и снова рефлекторно выгибаясь, я пытаюсь удержать это прикосновение. Отстраняется…
Мои пальцы скользят по горячей мокрой плоти.
— Умница… — дразняще гладит губами меня возле моих. —
В моей голове взрывается от его горячих слов. Его большой палец скользит глубоко мне в рот. Губами я чувствую кольцо, как во сне и теряю грань с реальностью, отпуская себя. И взрываюсь в его руках, кусая этот палец и выгибаясь. Грубо сминает мои губы им. И это очень хорошо сейчас. А потом…
Его вкус смешивается с затухающими волнами моего удовольствия. И агрессивный возбужденный укус превращается в нежность…
Наши языки скользят мягко касаясь друг друга. Я чувствую, как он гасит беззвучные стоны возбуждения. А я не могу сейчас гасить свои. Я пробита этим откровенным удовольствием!
Отрывается. Слышу, как тяжело сглатывает.
— До завтра… Сладких снов, моя послушная девочка…
Хрипло… хрипло… хрипло!
Перехватываю за воротник тонкого пуловера. Притягиваю на секунду ближе, как преданная собака несколько раз глубоко вдыхая его запах. Пусть останется во мне! И толкаю в плечо, отстраняя от себя.
Отворачиваюсь и вырубаюсь.
Глава 29 — Верное решение
С утра просыпаюсь с щемящим ноющим ощущением в груди. Невыносимым. Я знаю его…
Женщины уязвимы, да.
И я пробита. Все, как он хотел. Это твой фетиш, Сталкер? Вот до этого состояния доводить женщину, а потом делать с ней все, что тебе заблагорассудится?
Какая жестокая игра…
Не стану я в неё играть. Я заканчиваю эту историю. Всё! Сексуальная одержимость не принесет мне счастья, даже если я пойду у нее на поводу. Он безусловно мастер ломать женские пределы. И мои ломаются, как по волшебству тоже. Но если за этим не стоят чувства, то я не хочу. И это единственное правильное решение.
От осознания, что это все закончится, я чувствую оглушающую пустоту. И позволяю себе сорвать и разрыдаться.
Мне нужно прореветься….
Я уже нарисовала себе ощущения от будущего с ним. Но это ощущение никогда не будет воплощено. Это все иллюзия, химера, женская глупость…
Мне показалось, что я выиграла вчера? Ерунда… Он дал мне фору и всего лишь, чтобы было азартнее ему самому.
Все. Стоп. Не будет больше ни голоса, ни запаха, ни внимания.
Захлебывась какими-то неуемными детскими слезами я дотягиваюсь до телефона.
“Спасибо, что ты случился в моей жизни. Но дальше я иду без тебя. Прощай.”
Достаю свой старый разбитый телефон, сумку, деньги, что взяла в кредит, но так и не отдала еще Петру, номер которого недоступен. Еще и не потрачены те, которые оставляла Арина от Кирилла. Пересчитываю. Прилично.
Я уже года три не брала отпуск. По-моему, самое время. В дороге напишу хозяину магазина, что меня не будет некоторое время. Документы, драгоценности…
Подвеску на цепочке оставляю на видном месте. Я уверена, он придет сюда. Почему-то мне не хочется забирать этот подарок. Да и другие я тоже не беру. Все оставляю на одном месте, на столе в зале. И шарф, и зонт, и куклу, и духи. И даже снимаю картину. Да, наверное, он не станет это забирать. Но это я больше для себя. Надо вычеркивать его как-то и стирать. Если не заберет, придется придумывать, куда и кому отдать.
История западной философии
Пути философии
Научно-образовательная:
история
философия
культурология
рейтинг книги
