Уязвимость
Шрифт:
Да и его желание «не терять» меня больше, тоже очень импонирует, хоть и воплощение было чудовищное. Что он за человек, вообще? Очевидно же — не в себе!
— «Ну и что», — возмущенно копирую я его интонацию, закатывая глаза.
Но в груди предательски порхает.
Внутри меня полный сумбур. Пять минут рядом с ним полностью затмили эмоционально тяжелые суки со Стасом. Не могу вспомнить, о чем переживала там, рядом с ним, и что чувствовала. Внутри совершенно другое!
Без телефона
И к концу дня я чувствую самую настоящую фрустрирующую тревогу, что вот прошли почти сутки, а от него — ничего. И перед самым закрытием — доставка! Уже привычная серебристая коробочка.
Открываю…
Телефон. Включенный.
На заставке — фото, где он поправляет прядь моих волос с плеча. Там… Тогда… Когда фотографировал меня. Разглядываю его руку… Очень бережное, невесомое прикосновение к пряди волос. Она лежит на пальцах…
Вздрагиваю от вибрации.
СМС.
«Будь на связи.»
Осаживаюсь. Мне в этих буквах чудится повеление. А я что-то не готова к таким интонациям!
Опять вибрация.
«Пожалуйста…»
Поджимая губы, прячу улыбку. От самой себя.
Чему ты радуешься, Александра?!
Как это чему? Человечности моего маньяка! Она там есть.
Да. А в придачу еще много чего неадекватного!
Но я же никак не могу на это повлиять? По крайней мере пока.
Пока?
Пока?!
То есть ты рассчитываешь на развитие этой ситуации, да?
Ну, а с чего бы ему ставить мне маячок, если это не предполагается?! К тому же, он обещал мне, что как только я захочу формат станет другим.
Смотрю на телефон с которого пришла смс. Это больше не сайт. Здесь номер. Мне положена обратная связь?!
— Вау…
Нет, я не чувствую сарказма, произнося это «вау». Оно искреннее! А от этого хочется ударить себе чем-нибудь по голове, чтобы прийти в себя.
Пролистываю фотоальбом в телефоне. Там много фотографий со мной. Некоторые сделаны не в тот день, когда он похитил меня, а у меня дома. Видимо с камер. Он показывает где камеры?
Листаю, приглядываясь. Да. Он делает это…
Спальня. Чертова люстра! Там камера, как я и чувствовала.
И фото… мое лицо в момент оргазма. Изображение приближено, Стас обрезан.
Ты больной, Сталкер?!
О, нет! Ответа не нужно. Я его уже выучила — «ну и что»!
Несколько фото сделано с ноутбука. Еще одна камера где-то на кромке вензелей зеркала в спальне.
Две камеры в зале.
Одна в кухне.
Смотрю на время.
Подчиняясь какому-то непреодолимому чувству быстро собираюсь, закрываю магазин и лечу домой.
И
Не проходя в комнату, я скидываю теплые вещи и сразу иду в душ. Здесь есть камера? Оглядываюсь. Мне кажется — нет. Я уверена, что — нет. Он бы показал мне. Я ему доверяю…
И я очень долго наслаждаюсь потоками воды, поглаживая себя пенной губкой и копаясь внутри своих чувств.
Чего мне хочется?
Вот этого его нездорового внимания хочется очень.
Вот этой его извращенной заботы…
Этого неуловимого касания пальцами, когда мог взять всё! Но не стал.
Этого его умения видеть во мне красоту, переложенную в фотографии.
Запаха его…
Голоса его…
Вкуса его!
Эмоций!
Оборачиваюсь полотенцем. Смотрю на себя в зеркало…
Мне страшно до ужаса, что я могу не рассчитать своих психических сил, раскачивая его внимание ко мне. Но удержаться не хочу и не могу. И я беру лосьон для тела…
Иду в комнату.
Откинув мокрые волосы за спину, я с колотящимся сердцем делаю очень нездоровую вещь — встаю перед зеркалом и медленно стягиваю полотенце. Прикрывая от струящегося по венам возбуждения глаза, я медленно размазываю по себе нежный тающий лосьон.
И я чувствую его взгляд… Его голод…
Они создают короткие замыкания по всем моим органам чувств. Но я продолжаю.
Шея, грудь… Ладошки скользят по твердым соскам, тяжелые полусферы мнутся под моими пальцами.
Живот, лобок, бедра… между…
От этих прикосновений колени подкашиваются!
Давай, Сталкер… Можешь выключить свой дурацкий свет и открыть дверь своим ключом. Я знаю, он есть у тебя. Я даже не стала закрывать задвижку.
Видишь, я играю в твою игру!
Ты понимаешь, Александра. Что одержима психически нездоровым человеком?
Конечно. Я понимаю. Но ведь это ничего не меняет, да? Зачем сопротивляться тому, с чем не можешь бороться?
Не хочешь, — поправляю себя.
Поглядываю на телефон. Не звонит.
Я знаю, что ты смотришь!!!
Открываю дверь в шкаф. Достаю свободную короткую маечку и трусики. Трусики показательно оставляю на комоде, перед зеркалом. Маечку надеваю, пряча грудь. Соски растягивают ткань и очень чувствительно трутся об неё. Выключаю свет, ложусь в кровать.
Телефон наконец-то соизволяет издать короткую вибрацию. Одергиваю себя, чтобы не схватить его как голодная. Хотя я и есть — голодная! Медленно подношу к глазам, жмурясь на яркий экран.
Голосовое…
И млея от его низкого возбужденного голоса, я слушаю его неровные интонации.