Увядание
Шрифт:
– Т-ты прекрасна, – заверяет ее он. – Вы все просто красавицы. Если думаете, что свежий воздух пойдет вам на пользу, я поговорю с отцом. Я и не предполагал, что вы здесь так – хм – задыхаетесь.
– Правда? – восклицает Сесилия.
– В самом деле? – уточняю я, томно прижимаясь к нему.
– Какой же ты милый!
Отвесив комплимент, Дженна целует мужа в макушку.
Осторожно, но решительно он ссаживает Сесилию с колен и встает с нагретого места между мной и Дженной.
– Я поговорю
Мы трое замираем, выжидая, пока за ним не закроются двери лифта. Еще секунда, и мы валимся на диван, надрывая животы от хохота.
– Отлично сработано, – подводит итог Дженна.
– Даже лучше, чем планировали, – соглашаюсь я.
– Я справилась? – переживает Сесилия.
– Забудь о музыке, – отвечает Дженна, ероша ей волосы. – Ты прирожденная актриса!
Мы обнимаемся в знак нашей маленькой победы. Меня захватывает дух настоящего сестринства. Никогда не почувствую себя замужем в большей степени, чем сейчас.
В тот вечер, когда мы собираемся на выставку, у Сесилии начинаются схватки.
– Это так называемые предварительные схватки, – заверяет ее Распорядитель Вон. – Ложные.
Но вот боли у нее нешуточные. Она стоит на коленях у кровати, вцепившись в матрас. В глазах застыл неподдельный испуг. Нет, она не притворяется.
– Нам лучше остаться дома, – обращаюсь я к Линдену.
Я уже больше недели на ногах. Ровно столько времени потребовалось Дейдре, чтобы придумать и сшить восхитительное красное платье, которое сейчас на мне. Я не просто так выдержала часовую пытку кремами, воском и пилочками для ногтей, с завидным энтузиазмом проведенную группой немолодых женщин. У меня были большие планы на сегодняшний вечер. Мы с Линденом стоим на пороге комнаты Сесилии. Твердая линия плотно сжатых губ выдает его беспокойство.
Распорядитель Вон и Эль помогают Сесилии забраться на кровать.
– Идите, – настаивает Вон. – Ей еще два месяца до родов.
Я ему не доверяю. Представляю, как заходящуюся в крике Сесилию везут на каталке по бесконечным коридорам подвала, пока она рожает мертвого ребенка. Рядом Вон. Эта беспощадная тварь готовится препарировать маленькое тельце в поисках противоядия. В глазах у чудовища, вскрывающего собственного внука, нет ничего человеческого.
Девушка всхлипывает, и Эль промокает ей лицо влажной салфеткой. Сесилия открывает рот и, как мне кажется, старается произнести «Останьтесь!», но Вон хватает ее за руку и говорит:
– Знаешь, голубушка, если сегодня вечером твоему супругу удастся заручиться поддержкой новых клиентов, один из его эскизов вскоре превратится в новый дом или, может, магазин. Неужели тебе не хотелось бы посмотреть своими глазами на то, что у него
Она молчит в нерешительности. Между ней и Воном есть какая-то странная связь, природу которой я никак не могу понять. Словно она его любимица, или он заменил ей отца, которого у нее никогда не было. Так или иначе, она всегда его во всем слушается.
– Конечно, поезжайте на выставку, – наконец определяется она. – Со мной все будет в порядке. В конце концов, это моя работа. Все мы чем-то жертвуем.
Странно, но звучит это довольно искренне.
– Умничка! – хвалит ее Вон.
Не хочу оставлять ее наедине с Распорядителем. Жуть как не хочу. Но когда мне еще представится случай доказать Линдену, что из меня получится идеальная первая жена и что лучшей пары для посещения светских мероприятий ему не найти?
Пока Линден прощается с Сесилией, обещая ей, что скоро вернется, я отправляюсь в библиотеку к Дженне. Прошу ее присмотреть за Сесилией.
– Боюсь оставлять ее с Распорядителем Воном, – объясняю ей свои опасения.
– Я тоже, – разделяет мои страхи Дженна. – Они постоянно секретничают. Не знаю, что он ей такое плетет, но мне не по себе от их шушуканья.
– Не хочу, чтобы она была с ним наедине.
– Ясно, – соглашается она. – Что ж тут непонятного?
Она на шаг впереди меня: уже позаимствовала из гостиной шахматную доску и собирается попросить Сесилию обучить ее игре в шахматы.
– Ты уж там повеселись, ладно? – напутствует она меня. – Передавай вольной жизни привет.
– Увижу ее, передам, – обещаю я.
Линден – подумать только! – подводит меня к тому же самому лимузину, который когда-то привез меня сюда. Распахнув дверь автомобиля, он недоуменно смотрит на меня, не понимая, почему я медлю.
– Мы можем открыть окна? – прошу я.
– Но сейчас идет снег, – удивляется он.
Мне всегда казалось, что климат во Флориде умеренный, однако, как выяснилось, погода здесь щедра на сюрпризы.
– Холодный воздух – самое то для наших легких.
Я цитирую Вона, потому это вполне может оказаться далеким от правды, но Линден только пожимает плечами.
– Ну раз ты этого хочешь, – уступает он.
Залезаю в лимузин через заднюю дверь. Кожаным сиденьям с подогревом и бутылке шампанского в наполненном льдом ведерке не под силу усыпить мою бдительность – я все жду какого-нибудь подвоха. Опустив окно, глубоко вдыхаю морозный воздух. Без возражений принимаю пальто, которое Линден накидывает мне на плечи. Машина еще стоит на месте, и я пока не чувствую себя в безопасности. Зная Вона, не удивлюсь, если он решил усыпить меня, чтобы я не смогла рассмотреть дорогу, ведущую к воротам.