Утонуть в тебе
Шрифт:
Вайолет плюхается на диван рядом со мной.
— Что случилось?
Я натягиваю фальшивую улыбку.
— Ничего.
Вайолет прищуривается, глядя на меня, но доброта не покидает ее лица.
— Ты потрясающе красива на лучшей вечеринке семестра, а выглядишь так, словно кто-то пнул твоего щенка. Я не уйду, пока ты не расскажешь мне, в чем дело.
Мне так много хочется ей рассказать. О том, что Маркус знает обо мне и Люке, о моем страхе, что он каким-то образом раскроет наши отношения, о тайной личности Люка, которую
Позади нас раздается низкий голос:
— Где, черт возьми, Люк?
Уэс возвышается над диваном, а Финн молчаливой тенью стоит рядом с ним.
— Я не знаю. — Вайолет обводит взглядом присутствующих. — Я его не видела.
Финн садится на подлокотник дивана рядом со мной и показывает мне экран своего телефона с приложением для отправки текстовых сообщений.
— Что это?
Он указывает на мой телефон. Номер, который я просила его отследить.
— Ты думаешь, он пишет мне из приложения?
Финн кивает, засовывая телефон обратно в карман.
— И что это значит? Он пишет из Калифорнии? — Мой пульс эхом отдается в ушах. Если Десятый действительно в Калифорнии, то я ошибалась насчет Люка несколько недель.
И я не уверена, какой исход будет более разочаровывающим — то, что мужчина в маске окажется совершенно незнакомым человеком или то, что он окажется моим сводным братом.
Финн пожимает плечами, наконец открывая рот, чтобы заговорить.
— Он может быть где угодно.
Десятый мог писать мне из любой точки мира. Может быть, он вообще никогда не жил в Калифорнии.
Я встаю с дивана. Я знаю мужчину под маской. Его смех, его голос, его лицо, его имя. То, как сжимаются его челюсти, когда он злится, то, как он стонет, когда кончает, и то, как его серые глаза мгновенно находят мои в переполненной комнате.
Не Десятого. Люка.
Все это время Люк был мужчиной в маске. Он лгал мне, скрывал свою личность и игнорировал меня… Но зачем?
Мне нужно знать причину.
— Нам нужно найти Люка.
Глава 23
Люк
Я наконец-то начинаю понимать пристрастие Майка к азартным играм. Почти уверен, что ощущения, которые он при этом испытывает, похожи на те, что я получаю, когда нахожусь в спортзале или на льду.
Я причиняю боль Сиенне. Ее отец причинил ей самую сильную боль в жизни, бросив ее, и теперь я делаю то же самое. Я был другом, на которого она полагалась многие годы, ее опорой, и я бросил ее точно так же, как это сделал он, прекрасно понимая, какую боль это ей причинит. И все потому, что я не могу вынести агонию ее потери.
Увидеть ее с Маркусом — было ударом ниже пояса. Возможность потерять ее обрушилась на меня, как несущейся поезд. Мне больше так не повезет, и я не буду рисковать потерять ее. Даже если сейчас ей больно, рано
Двойные двери тренажерного зала распахиваются. Нокс, Дэмиен и Джульет едва держатся на ногах от опьянения. Даже Вайолет, обычно веселая и хохочущая, кажется немного пьяной, а Финн, который обычно идет уверенно и ровно, иногда пошатывается.
Уэс и Сиенна — единственные двое абсолютно трезвых. Как капитан хоккейной команды, Уэс строго следит за тем, чтобы не употреблять алкоголь во время сезона. А Сиенна, несомненно, сидела на вечеринке и переживала за меня. Вот почему они все здесь.
В спортзале почти никого нет, кроме меня и металлического лязга моих гантелей. Пот стекает по моему лицу, когда я опускаю гантели.
— Какого черта вы здесь делаете?
— Какого черта ты здесь делаешь? — Огрызается Уэс в ответ.
— Ты слишком много занимаешься, Люк. — Вмешивается Вайолет, потому что знает, что я не стану с ней ссориться. — Тебе нужно время от времени ходить на вечеринки и немного веселиться. Отдыхать.
Я игнорирую их, прожигая Сиенну взглядом, словно слова сорвались именно с ее губ. Не отрывая взгляда от нее, я говорю остальным:
— Тащите свои пьяные задницы по домам. Мне нужно поговорить со своей сводной сестрой.
Вайолет сочувственно улыбается Сиенне, а Джульет одними губами говорит: "Удачи", но никто из них не возражает, когда Уэс выводит их всех.
Сиенна сглатывает, когда я встаю и медленно направляюсь к ней. Пот стекает с моих висков и шеи, пропитывая футболку.
— Я беспокоюсь о тебе. — Ее голос дрожит. — Ты можешь пострадать, если будешь продолжать в том же духе, а ты уже и так достаточно настрадался.
Я сокращаю расстояние между нами и тянусь к ней, лаская ее нежную щеку. Боже, я никогда не перестану быть благодарным за то, как сильно она заботится обо мне. Почти так же сильно, как я забочусь о ней.
— Тебе нужно перестать гробить свое тело, как будто ты его наказываешь. С тобой все в порядке. Ни в чем, что случилось с твоим отцом, Хлоей, Вайолет или мной, нет твоей вины. — Ее рука ласкает мою щеку, посылая мурашки по спине и одновременно принося теплое утешение. — Ты спас меня. Ты такой хороший, Люк. Намного лучше, чем ты думаешь.
Мои губы прижимаются к ее губам. Сиенна намного лучше, чем я заслуживаю.
Ее губы прижимаются к моим. Она вцепляется в мою футболку и притягивает меня ближе, впиваясь зубами в мою нижнюю губу, прежде всосать ее между своих губ. Я провожу языком по ее губам, танцуя с ними, пока она не начинает постанывать. Я посасываю ее язык, пока она не становится податливой в моих руках.
— Ты спасла меня, Сиенна. Я столько раз не знал, как мне дальше жить. А потом я вспоминал о тебе.