Утонуть в тебе
Шрифт:
Я заглядываю ему через плечо, чтобы посмотреть видео. Мой желудок проваливается к ногам.
Видео было снято в небольшом пространстве приоткрытой двери. В ванной Люк стоит передо мной на колени, пока я извиваюсь перед ним на раковине с раздвинутыми ногами. Невозможно ни с кем спутать лицо Люка, когда он хватает свою маску и выпрямляется.
Кто-то снял это видео, пока мы были на вечеринке. Пока он поглощал меня в ванной с незапертой дверью.
У меня горят щеки. Это видео может увидеть каждый. Оно размещено на публичной
Люк бросает телефон обратно Джульет, а затем уходит.
— Я найду аккаунт-менеджера. Мы сейчас же удалим это дерьмо.
Я прикрываю рот.
— Маркус.
Голубые глаза Джульет расширяются.
— Ты думаешь, это сделал Маркус?
Я киваю, и на глаза наворачиваются слезы.
— Он узнал обо мне и Люке. Я не знала как, но… он был там, на вечеринке. Мне показалось, что я узнала его глаза под маской, но никогда не думала…
Джульет обнимает меня, притягивая ближе, и я не выдерживаю и плачу ей в плечо.
— Ему это с рук не сойдет, — обещает она, но уже слишком поздно.
Он уже это сделал.
Маркус застал меня и Люка вместе в ванной. Он снял нас и ждал идеальной возможности отомстить.
Разрушить мою жизнь, как он и обещал.
Глава 25
Люк
Аккаунт-менеджер удалил видео, как только я сообщил ему об этом, но ущерб уже был нанесен. Ма позвонила мне и Сиенне домой после того, как три хоккейные мамаши спросили ее, знает ли она о секс-видео с участием ее сына и его новой сводной сестры.
Бад пребывает в блаженном неведении о напряжении, которое царит в гостиной, пока наши родители сидят лицом к нам на противоположном диване. Он пускает слюни нам на руки и виляет хвостом так сильно, что опрокидывает пустую кружку на кофейном столике.
Мама Сиенны уже приехала из Уэйкфилда, чтобы мы все вместе могли решить, как, черт возьми, нам поступить в этой ситуации. Если видео, подобные этому, появляются в социальных сетях, не проходит и пяти минут как их загружают на порносайты. Кто знает, где это видео сейчас гуляет в интернете.
На диване рядом со мной Сиенна напряжена, как доска. Это ее худший кошмар — раскрытие нашего секрета. Теперь все знают, чем мы занимались за закрытыми дверями. И, по-видимому, прямо на гребаной публике.
Что, блядь, со мной не так? Почему я не подумал запереть эту чертову дверь? Я облажался. Даже если Маркус и был тем мудаком, который снял это видео и взломал страницу “Дьяволов” в социальных сетях, чтобы выложить его на всеобщее обозрение, я тот, кто подвел Сиенну. Я не смог защитить ее.
Все, что я делаю, — это причиняю ей боль.
Ма держит в руках стакан с темной жидкостью, по-видимому, крепким алкоголем. Майк примостился на краю противоположного дивана, проводя руками по лицу. Мама Сиенны ходит
Ее каштановые волосы того же оттенка, что и у Сиенны, но коротко подстрижены чуть ниже плеч. Сиенна унаследовала свое гибкое телосложение от матери, но ее зеленые глаза достались ей от отца. Пока она расхаживает по комнате, снова и снова заправляет волосы за уши, словно по привычке.
— Вам двоим очень, очень повезло, что у меня есть связи в правоохранительных органах. — Ма ставит свой стакан на кофейный столик. — Мы позаботимся о том, чтобы это видео было удалено из Интернета. Возможно, нам удастся выяснить, кто его разместил, но это будет сложно. В лучшем случае: возможно, мы сможем предъявить им обвинения в распространении порнографии, но в таких делах трудно добиться справедливости.
Сиенна неловко ерзает при слове “порнографии”. А я не могу поверить, что втянул ее в эту гребаную историю.
— О чем, черт побери, вы двое думали? — Взрывается мама Сиенны. А ее дочь вздрагивает рядом со мной. — Это, наверное, самая глупая вещь, которую я только могу себе представить. Перепихнуться пьяными на вечеринке? Вы выросли в эпоху социальных сетей. Даже я в вашем возрасте знала, что не стоит заниматься такими вещами, а ведь у нас тогда не было камер в карманах.
— Прости, — бормочет Сиенна, не отрывая взгляда от рук, крепко сжатых на коленях.
Боже, мне чертовски невыносимо видеть ее такой. Я сжимаю ее ногу, даже когда она напрягается.
— Это моя вина. Это все из-за меня.
Ее мама разочарованно вздыхает.
— На самом деле не имеет значения, чья это вина на данный момент. Вы оба были там, и вы оба облажались. На чем нам сейчас действительно нужно сосредоточиться, так это на том, чтобы удалить это видео.
— Мы позаботимся об этом, Сара, — заверяет ее Майк теплым и успокаивающим голосом.
Он практически очарован ею. Теперь его глаза не отрываются от Сары.
Она кивает ему, умудряясь слабо улыбнуться. В ее взгляде, когда она встречается с его глазами, отражается боль.
Майк смотрит на Сару так, как мой отец смотрел на мою мать. Так, как я смотрю на Сиенну.
Я все еще не совсем забыл маму Сиенны. Я не был готов полюбить снова. Именно так он сказал нам, когда я спросил, почему они с Ма расстались много лет назад.
С тех пор я потратил годы, пытаясь стать лучше для нее, заслужить ее. Но только после того, как в прошлом году я обратился к психотерапевту, я смог по-настоящему начать пытаться быть тем мужчиной, которым всегда хотел стать. К тому времени я понял, что было уже слишком поздно.