Уроки любви
Шрифт:
Я с тоской посмотрела на калитку; подумывая, не удрать ли. В этот момент в нее вошла Рита с Эми, Меган и Джесс. Рита встряхивала головой и возмущенно жаловалась на что-то подружкам. Потом подняла голову, увидела кого-то и помчалась к нему с искаженным злобой лицом. Я оглянулась. За моей спиной никого не было. Она злилась на меня.
– Ах ты свинья! Подлая, лживая, коварная свинья! – заорала она мне в лицо, брызгая слюной.
Я отступила на шаг.
– И не смей от меня убегать! – Она вцепилась мне в волосы и потянула.
– Прекрати!
– Это ты сошла с ума, если думаешь, что тебе сойдет с рук уводить у меня мальчика!
– Да не уводила я твоего дурацкого мальчика. – Я тряхнула головой, пытаясь вырваться от нее.
– Врешь! Я тебя видела с ним в «Макдоналдсе», – сказала Эми. – Вы сидели в дальнем углу, и ты притиснулась к нему, только что не на колени, и слушала, не отводя глаз.
– Я слушала, как он читает.
– Сейчас я тебе почитаю! – завопила Рита. Ты как пришла в школу в своих дурацких платьях и развратном белье, так и стала его у меня уводить. Да как ты смеешь! Мы с Тоби встречаемся с восьмого класса! Вся школа знает, что он мой.
– Да твой он, твой. Мне он не нужен, – заверила я. – Он мне ни капельки не нравится.
– Что? Тоби – единственный классный парень во всей параллели. Он всем нравится!
– Всем, кроме меня. Так что зря ты так разоралась. Я его у тебя не отнимаю.
– Ты прекрасно знаешь, что он со мной порвал! – Рига разрыдалась.
До этого Эми, Меган и Джесс подзуживали подругу, радуясь драке, но теперь они успокоительно захлопали крыльями, как наседки.
– Он мне сказал, что между нами все кончено. Что он мне по-прежнему друг, но больше меня не любит. Он не хотел ничего рассказывать, но я из него вытянула. Это все из-за тебя, Пруденс Кинг!
Все девчонки посмотрели на меня с укоризной.
– Я ничего не делала! – сказала я.
– Он говорит, что вы с ним разговаривали, что ты ему много рассказала. Что ты ему наговорила?
– Ничего! То есть ничего особенного. Слушай, Рита, я, честное слово, не знала, что он собирается с тобой порвать. Я в этом не виновата.
Я старалась говорить спокойно и вразумительно, но сердце у меня колотилось. Может быть, я все же была немного виновата? На Риту страшно было смотреть – по щекам у нее ручьями катились слезы, из носа потекло. И все еще уставились на нее…
Я протянула ей руку:
– Мне правда жаль, что так вышло!
Она взглянула на меня, и лицо ее исказилось.
– Не смей меня жалеть! – выкрикнула она, размахнулась и ударила меня по щеке.
Я ответила тем же.
– Дерутся, дерутся! – орали девчонки.
Мы с Ритой набросились друг на друга, царапаясь, вцепляясь друг другу в волосы, раздирая одежду, и наконец обе упали и покатились по полу дерущимся клубком.
– Пруденс Кинг, Рита Роджерс, прекратите сию минуту!
Это была мисс Уилмотт. Одной рукой она схватила за запястье Риту, другой меня и растащила в разные стороны.
– Да что
– Пру увела у Риты мальчика, мисс Уилмотт, – объяснила Эми. – Это все Пру виновата.
– Мне не важно, кто виноват. Я никому не позволю в Вентворте такого безобразного поведения, а уж тем более из-за мальчиков. Идите приведите себя в порядок, девочки, а потом подходите к моему кабинету и стойте перед дверью. Вы обе будете наказаны.
Мы простояли перед дверью ее кабинета все утро – я с одной стороны, Рита с другой – в знак публичного осуждения. Нам было не велено смотреть друг на друга, но, бросив на Риту быстрый взгляд, я всякий раз замечала, что она плачет.
Меня это стояние не особо удручало – все лучше, чем математика. Конечно, жаль, что нельзя при этом читать книжку, но тут уж ничего не поделаешь. Вместо этого я вела про себя длинные разговоры с Джейн. Говорить с Товией мне не хотелось. Я предпочитала держаться подальше от всех мальчиков, даже воображаемых.
Время от времени раздавался звонок, и по коридору проносились ватаги школьников. Они глядели на Риту, глядели на меня. Ритины подружки явно не молчали. По мрачным взглядам, бросаемым на меня, было ясно, на чьей стороне общественное мнение.
Класс 10 ПЛ проследовал мимо нас на урок музыки в актовом зале. Ребята подталкивали друг друга локтями и оглядывались на нас. Девчонки шипели в мою сторону «шлюха, шлюха, шлюха» как заклинание. Мальчишки улюлюкали, ржали и петушились, в восторге от того, что девчонки передрались из-за их товарища. Единственный мальчик, понуро бредший сзади с опущенной головой, был Тоби.
Он с тревогой взглянул на меня, проходя мимо, и сказал одними губами «прости».
Я опустила голову и смотрела в пол, не желая отвечать. Он постоял возле меня минуту-другую и пошел дальше. Я так и не подняла глаз, как будто решила выучить наизусть узор паркета. Возле Риты он тоже задержался. Ее всхлипывания стали громче.
Я упорно смотрела в пол. Потом раздались еще шаги и остановились передо мной. Я увидела черные парусиновые туфли и черные джинсы и подняла глаза. Это был Рэкс. Он склонил голову набок и приподнял бровь.
– Публичное осуждение? – спросил он.
Я кивнула. Он поцокал языком, показывая, что не принимает этого всерьез. Мне очень хотелось с ним поговорить, но не при Рите. Рэкс понял, сочувственно улыбнулся мне и пошел своей дорогой. Рите он тоже дружелюбно кивнул, но не так, как мне.
Я смотрела ему вслед, пока он шел по коридору. У поворота Рэкс обернулся и помахал мне рукой.
Я с нетерпением ждала урока рисования во вторник, когда можно будет с ним поговорить. Я старательно трудилась над натюрмортом, кладя тени и световые блики. Рита держалась от меня подальше, но Эми, Меган и Джесс норовили зайти сзади и толкнуть мою руку. Я уже научилась откладывать кисточку при их приближении.