Уроки истории

Бегичев Павел Александрович

Для этого пригласили проповедника по имени Мордехай Гам (Mordecai Ham)

 

И на этом евангелизационном собрании покаялся нескладный, высокий и худой американский парень по фамилии Грэм, а по имени Билли!

 

Его то уж представлять никому не надо. Миллионы людей услышали Евангелие от Билли Грэма. Сотни и сотни тысяч

уверовали…

 

И сегодня сын Билли Грэма, Фрэнклин продолжает дело отца.

 

* * *

А Эдвард Кимбалл думал, что все испортил…

Он-то ушел на небеса в 60–х годах 19 века, приведя к Христу одного юнца. Но вот уже более полутора веков в рай продолжают прибывать люди, которых он с полным правом может назвать плодом своей верности.

На небе всё не так, как на земле.

Там верность в малом приносит плод в миллионы раз больше, чем видно нам отсюда.

А Кимбалл думал, что все испортил…

А может быть, вы тоже так думаете?

Если друг оказался вдруг… Анисий Солунский

Золотого человека легче продать.

Из предательской мудрости…

И. Искариот «Как заработать тридцать сребреников и потерять друзей».

Гипотетическое название возможной книги.

Друг — это хорошо! Особенно такой человек, дружбой с которым можно гордиться.

Все эти прописные истины стали реальностью в жизни Анисия Солунского, епископа древних Фессалоник. Среди его друзей был и Амвросий Медиоланский и папа Римский Дамас (сделавший Анисия своим викарием). Но больше всего дорожил наш Анисий дружбой с Иоанном Златоустом.

Всякому лестно, когда и у тебя идет карьера, и друг у тебя — золото (даже прозвище у него соответствующее)…

Иоанн же Златоуст тоже любил друга своего. Друзья–коллеги — прямо сердце радуется…

Однако жизнь — штука непредсказуемая. Никогда не знаешь, как пошутит Господь с твоей судьбой. Бывает даже и так, что судьба эта на шутку никак не смахивает.

Угораздило нашего Златоуста поссориться с царицей Евдоксией.

Про это много сказано и написано, не станем пересказывать известные истории. Златоуста отлучили от Церкви, сослали в жуткую дыру, куда наша российская беднота ездит в отпуск — в Абхазию, в Пицунду.

Друзья от него отвернулись и проголосовали за отлучение.

Кроме нашего Анисия.

Рискуя карьерой и жизнью, Анисий пишет письма в защиту друга. Едет в Константинополь, чтобы как то повлиять на приговор. Просит вмешательства у непосредственного начальства — папы Иннокентия.

Все напрасно.

Хотя нет, не напрасно.

Из далекой ссылки пришло письмо, где Златоуст благодарит не предавшего друга…

— Какая то простая история! — воскликнет возмущенный читатель, и будет неправ.

История сложная.

Мало, кто сможет не предать своего друга, когда политическая конъюнктура повернулась к лесу передом, а к вам задницей.

Я лично знаю человека, которого в советское время посадили

в тюрьму за религиозную деятельность. Ну, дело житейское, сажали многих. Но весь цимес ситуации был в том, что пресвитер его церкви, когда узнал от уполномоченного о грядущей «посадке», тут же подсуетился, вызвал брата на членское собрание, где все его «друзья» по очереди выступили, обвинили человека в грехе, а потом отлучили от Церкви, чтобы не дай Бог, «Церковь не пострадала»!

* * *

Я уже давно не удивляюсь человеческой подлости и предательству.

Тем более удивительна верность.

Дорожите друзьями! Вступайте в виртуальное (а если по–библейски, то духовное) сообщество друзей и последователей скромного и малоизвестного Анисия Солунского.

Ибо так сохраним человеческое лицо, в котором, быть может и начнет вдруг проступать образ Божий…

Искушение святого Конана

Буржуазная зараза там всюду ходит по пятам.

Опасайся пуще сглаза ты внебрачных связей там.

Там шпионки с крепким телом, ты их в дверь — они в окно.

Говори, что с этим делом мы покончили давно…

…Я уснул, обняв супругу, Дусю нежную мою.

Снилось мне, что я кольчугу, щит и меч себе кую.

Там у них другие мерки, не поймешь — съедят живьем.

И все снились мне венгерки с бородами и ружьем.

Владимир Высоцкий. «Инструкция перед поездкой за рубеж».

На рубеже пятого и шестого веков в Израиле было все спокойно… Поэтому в местечке Пентукла стоял мирный монастырь, аббатствовал в котором смиренный пресвитер из Киликии по имени Конан.

Несмотря на схожесть его имени с прозванием героя Арнольда Шварценеггера, был наш монах тих и миролюбив. Святости, говорят, был немеряной!

Только одна беда была у него. Слаб был отче насчет женского полу! Нет, прелюбодеяниям и оргиям в его жизни места, конечно, не было. И все было бы хорошо, если бы Иерусалимский Архиепископ не повадился подсылать к нашему Конону из Иерусалима людей на крещение.

Да все норовил подсунуть девиц покрасивше.

А Конан от такого испытания натурально мучался… А надо вам сказать, что в те годы люди крестились совершенно по–простому, то есть без одежды.

Ну, представьте себе, идете вы крестить людей, охваченный праведным миссионерским духом. Дым особенно истово струится из кадила, словно из трубы бронепоезда. Томик Евангелия, как винтовка, наперевес! Глаза горят предвкушением победы света над тьмой и вдруг, входите в комнату, а там натурально сцена из древнего эротического ТВ. Полна комната неодетых девиц и отроков и все страстно молятся и желают поскорее окунуться в святую купель!

Жуткое зрелище. Очень страдал от этого «Плэйбоя» наш Конан.

Так и крестил и елеем мазал, зажмурившись. А, согласитесь, крещаемой обидно, что поп и не видит куда окунает, в какое место воду льет, да где елеем мажет. Того и гляди утопит или кисточкой в глаз ткнет!

Остается загадкой, как это он не додумался крестить в белых медицинских халатах на манер русских баптистов советского периода. Но то ли доктора в те времена ходили в какой другой одежде, то ли не в силах был Конан изменить древнюю традицию, но одевать катехуменов не смел. А может считал это за полумеры: дескать, что толку их одевать, ежели я свое либидо в узел завязать не умею!