Уроборос

Липатова Софья

Лучше бы она этого не делала. Закрыв глаза, я принялась считать удары сердца. Отговаривать, видимо бесполезно. Раз. Ну вот и все, прощаемся с еще одним близким и родным человеком. Два. Но это же не так плохо, Валери, разве нет? Есть же в этом что-то. Три. Что? Это я сейчас вообще подумала?

— Да просто все, — выдохнул Крейн, — я люблю ее.

— Это понятно, — сказала Ольга, а я подавилась, — что за связь?

— То есть “это понятно”? — вскрикнула я, поворачиваясь к Рабосу.

А та удивленно приподняла

брови, подобно Крейну сложив руки на груди.

— Видишь, ребенок, это очевидно всем, кроме тебя, — усмехнулся Эрик.

— Так у вас же по-моему где-то общая конечность имеется, — усмехнулась Ольга, — а вы разве не вместе? — от вопроса Рабоса я потеряла дар речи.

Что? Сегодня все жгли дурман-траву? Или видимо одна я? Потому что кроме как глюками объяснить это массовое помешательство было очень сложно.

— Минут пять назад еще не были, — усмехнулся Крейн, — вот стою жду, пока до моей Исиды дойдет уже все.

За спиной Ольги присвистнули. Замечательно просто. Толкнув Крейна в грудь, я прошла мимо. Не знаю куда, лишь подальше от этого дурдома. Разведаю обстановку вокруг.

— Вел, — крикнул Эрик.

А я резко развернулась, покачнувшись от упора на больную ногу.

— Значит так, — спокойно проговорила я, — раз ты решил все же продолжить поход, то ищи себе другого напарника.

Эрик нахмурился, делая шаг вперед, но я вытянула руку перед собой, давая понять, что ближе сейчас его точно видеть не настроена. Внутри плескалась злость и обида. Не так я представляла конец наших разговоров в землянке, но уж как вышло. Хочет искать приключения на пятую точку — вперед. Без меня.

— Я с тобой снова не пойду. Сегодня было много потерь, так что пару с кем-то составлю. Ну или придумаем что-то другое, потому что видимо нас уже слишком мало осталось, — я вздохнула, поморщившись, аккуратно пытаясь напрячь больную ногу.

— Ты не веришь мне? — вопрос Крейна как-то сильно резанул по внутренностям, — Давай я сам поговорю с Лавром, Вел. Он наверняка догадывается.

От последнего глаза расширились еще больше. То есть маразм и у моего бывшего друга, и у парня? А в сказки в нашем возрасте вообще можно верить? В этих реках крови, что сейчас вокруг? Зачем все это, если завтра нас обоих уже может не быть.

— Ты никого и никогда не любил кроме себя, Крейн, так что нет, я не верю тебе. А про Исиду слышать ничего не хочу и не буду, ищи себе другие уши под лапшу, Крейн. Если вдруг так сложится, что снова придется спину друг другу прикрывать — за свою шкуру пекись в первую очередь, а не за мою.

— Да не сожри твою душу Безмолвная, Вел! — зашипел Крейн, а Ольга дернулась, — Вернемся к этому разговору потом, сейчас просто ногу дай. Не топи в своем эгоизме людей, тут каждый Воин на счету.

— Вел, если есть способ, чем бы он ни был, то надо его использовать, — осторожно сказала Ольга.

Сглотнув

слюну, я отвернулась, не выдерживая пылающего взгляда Крейна. Кажется даже отсюда от него шел жар. Я думала, что мы друзья и на меня вот эти все его штучки не распространяются. А, нет. Видимо всех уже по три круга по перепробовал, раз до меня добрался. От этого было как-то особенно больно.

— Я посмотрю, что вокруг. Вернусь. И вы можете делать с моей ногой все, что хотите.

— Кажется тебя отшили, Осирис Эрик Крейн, — присвистнул уже где-то за моей спиной Черный, — вернемся, кому расскажу, не поверят.

* Пояснение для тех, кто первую книгу читал давно

Последний поход, начало осени, Валери пости девятнадцать (ДР у нее в конце декабря), когда Эрик все же поцеловал Валери после нападения чудовищ. До этого у них состоялся диалог, где Валери отчитывала Осириса за то, что тот вернулся в Пограничный лес, хотя обещал этого не делать.

Конец — это новое начало. Часть 1

Что-то я разошлась

Слон за слоном

Табунами ходят

Боюсь, расслабитесь)

Ловим ответ, который в вопросе:-)

Люблю вас

Софья Л

З.Ы я денно и ночно обновляю страницу в поиске комментариев

Эх

Исида окутывала ноги, поглаживая каждый уставший миллиметр кожи. Только я почему-то ничего не чувствую. Как-то странно. Я попробовала вытащить неестественно побелевшие конечности, но ничего не вышло. Кожа словно слилась воедино с мирно струящимся потоком воды. Почему-то не было никаких запахов. Это ударило по сознанию первым. Я втягивала носом воздух и абсолютно ничего не чувствовала. Ну видимо с ума каждый сходит по своему.

Хотя бы снова не в бурлящем потоке, а на берегу.

Но и никакого шума тоже не было. Ни звука. Словно кто-то поставил весь Мир на беззвучный режим. Нахмурившись, я наклонилась ближе к воде. Нет, не показалось. Ни журчания, ни всплеска. Даже никакой запоздалой птица на дереве.

А почему, собственно, запоздалой?

Стоило мысли пролететь, как яркое сияющее солнце стремительно покатилось к горизонту. Удивленно приподняв брови, я попробовала сосчитать удары сердца. Это же просто Исида, Валери, что ты так разнервничалась?

Раз.

Но… Стука нет. Я ждала, но удара так и не последовало. Очень интересно. Приложив ладонь к груди я лишь почувствовала тонкую ткань рубашки. Но оно не стучало.

Интересный фокус.

Я перестала дышать. Ничего не произошло. Просто ребра не ходят ходуном и все. Закусив губу, нажала сильнее, стараясь вызвать хоть каплю крови, но ничего не происходило. Жутковато становилось с каждой секундой все больше. Сознание тут, но ничего не происходит.

Совсем.

Это я так остатки разума сейчас потеряю точно.