Unknown
Шрифт:
– Очень реалистично, - сказала она.
– Правда?
– забеспокоился он.
– Я надеялся на большее.
Сула рассмеялась и переключилась на фрески с пирующими терранцами, рассматривая виноградные грозди, кубки с вином и грациозных людей в простынях.
– Настоящая классика, - сказала она.
– Это только выглядит старым. Позволь, я покажу еще одну картину.
Он провел ее в спальню и включил свет, демонстрируя "Святое семейство с кошкой". Сначала Сула казалась веселой, потом чуть нахмурилась, сощурила глаза и придвинулась
– Тут какая-то история, - произнесла она.
– Но я не знаю, какая.
– Я тоже, но мне нравится.
– Сколько ей лет?
– Написана еще до завоевания. В Северной Европе, где бы это ни было.
Сула искоса посмотрела на него.
– Мартинес, ты ужасающе невежественен в истории собственной расы.
Он пожал плечами.
– До завоевания сплошная эпоха варварства и насилия, разве нет?
Она опять повернулась к картине и сказала:
– Суди сам.
Мартинес посмотрел на уютно устроившуюся у огня семью, и на него нахлынули теплые чувства.
– Сейчас это собственность Флетчеров. Не знаю, разрешат ли мне ее выкупить.
– Ты можешь себе это позволить?
– На мое-то жалование? Только если они не представляют, сколько она стоит.
Сула мельком посмотрела на остальные картины - на голубого флейтиста и на пейзаж.
– Есть другие сокровища?
Он пригласил ее в кабинет. Сула равнодушно оглядела рыцарей и фрески с писцами и глашатаями. Ее взгляд приковал рабочий стол с плывущими по нему фотографиями Терзы и юного Гарета.
Мартинес затаил дыхание. Вот и решающий момент.
Выражение ее глаз немного изменилось, как будто легкое облачко закрыло солнце. Губы скривились в усмешку.
– Наследник клана Чен?
– Да.
– Здоровый малыш?
– Так мне сказали.
– Похож на отца.
Ее взгляд следил за проплывающими по рабочему столу изображениями.
– И как тебе в браке?
– Вопрос прозвучал вежливо и весело, но не без тени иронии. Они оба притворились, что ответ ее не волнует.
– Первые семь дней всё было хорошо, с тех пор я был вдали от дома.
– Семь дней?
– Она улыбнулась.
– Ты фертилен.
– Фертильный, да, - автоматически повторил Мартинес.
Он боролся с желанием обнять Сулу.
"Но только не на флагмане Миши Чен", - одернул он себя.
В столовой послышались шаги Алихана, принесшего закуски.
Сула, задев Мартинеса, направилась к двери.
Он понял, что гроза миновала и не всё потеряно.
Мартинес пошел за ней. Алихан, в безупречной униформе, белом фартуке и белых перчатках, стоял у стола.
– Старший оружейник Алихан!
– улыбнулась Сула.
– Как у вас дела?
Алихан просиял за завитыми усищами.
– Отлично, миледи. Прекрасно выглядите.
– Вы очень добры.
– И позволила Алихану отодвинуть для нее стул.
– Что сегодня будем
– Ну, для начала поджаренные рисовые конвертики с пюре из клубней крака, засахаренными копчеными колбасками и шпинатом.
– Звучит прекрасно.
Под благодушным присмотром Алихана Суле и Мартинесу удалось мило и вкусно пообедать. В разговоре, в основном, касались безопасных профессиональных вопросов, хотя после десерта Мартинес всё же выплеснул эмоции по поводу Торка. Довольно напрактиковавшись к этому времени, Мартинес выдал исключительно красноречивую тираду.
Сула пожала плечами.
– Война вернула власть некоторым лицам, и мы, если уж об этом говорить, им не нужны. А ты чего ожидал? Благодарности?
– Я не думал, что об меня вытрут ноги.
– Мы оба капитаны, оба с боевым опытом. Хотя при самом благоприятном раскладе нас бы еще много лет до командующих эскадрами не повысили... нам повезло больше, чем следовало ожидать.
– Она сделала глоточек кофе.
– Мы им еще понадобимся - для следующей войны.
Мартинес удивленно посмотрел на нее.
– Думаешь, будет еще война?
– А как иначе?
– Сула махнула рукой.
– Шаа отдали нас в руки собранию шестисот парламентариев. Как думаешь, получится у них управиться с чем-то столь большим и сложным, как империя?
– Не очень. Но у них ведь будет Флот?
– Как знать. Но желание нахапать побольше единственное, что роднит эти шесть сотен. В прошлом шаа держали в узде лордов Парламента, но шаа умерли. Думаю, новая война продлится еще поколение, - Она аккуратно поставила чашку на блюдце и рассмотрела ее на свету.
– Геммельский фарфор. Очень красиво.
– У Флетчера был хороший вкус. Мне так говорили.
– Флетчеру повезло с советниками.
– Сула поставила кофейную пару на стол и взглянула на Мартинеса: - Надеюсь, и тебе с этим повезет.
– По поводу фарфора? Я целиком полагаюсь на тебя.
Она пристально посмотрела на него и вздохнула.
– Многое зависит от твоих предпочтений. Придется выбирать самому.
***
Сула стояла в убогом металлическом кабинете, смотрела на ружья на стене над столом и считала тех, кого пережила. Кэроль, ПэДжи Нгени, Казимир.
Антоний, почти ставший ее отчимом. Ричард Ли, ее погибший капитан, и вся команда "Неустрашимого".
Хромуша, ее парень на Спэнии, который тоже наверняка умер.
Тысячи наксидов, которые почти не в счет, потому что она не знала их лично.
Каждая смерть как бросок костей. Несмотря ни на что, она выигрывала. К другим удача была не так щедра.
Мартинес опять входил в ее жизнь, и Сула спрашивала себя, осознает ли он, насколько это опасно. Но он был везучим, как она как-то сказала ему, он был самым большим счастливчиком во вселенной. Интересно, пересилит ли его удача то невезение, какое Сула, казалось, несла другим.