Unknown
Шрифт:
Мартинес подумал, что в добродетели Торка хотя бы входит последовательность.
***
Возмещая потери от внезапного нападения, вновь запустили приманки. Торк направил ракету в засекший Флот радар, то есть во Вторую станцию.
– Наш старый пират, - фальшиво сказала Миши.
Как и ожидалось, на "Прославленном" были и вывихи, и переломы. Никого не госпитализировали. Наксидский удар пришелся в молоко, но персонал пространственно-временной станции видел передвижения Праведного Флота и хотя бы о некоторых целях
Вероятно, для этого всё и затевалось.
Мартинес снял шлем, избавляясь от запаха адреналина, наполнившего скафандр, и просмотрел запись короткого сражения. На них летело более двухсот вражеских ракет. Большинство прошло мимо. Только две эскадры рассеялись - его и Сулы.
Что-то в рассеивании кораблей Сулы показалось ему знакомым, и он проанализировал траектории. На первый взгляд они были случайными, но при близком рассмотрении стало ясно, что корабли движутся по хаотической системе.
Каким-то образом Суле удалось привнести новую тактику в эскадру, и, по-видимому, Торк об этом не узнал.
Умница. Вот бы и ему с Миши так же.
Мартинес решил не покидать рубку до конца кампании. Он приказал Нарбонну принести кофе и устроился поудобнее, ожидая входа во Второй тоннель Бачуна, закрытый на экране светящейся пылью от уничтоженной станции.
Праведный Флот летел по тоннелю вслед за уже привычным облаком ракет, оборудованных лазерными поисковиками и радарами, и за сотнями приманок. Чтобы не попасть под возможный удар на другой стороне, корабли выполнили внезапную смену курса, задержавшую их вход в систему Магарии и лишь повысившую градус нервного напряжения экипажей.
Перед самым прыжком Мартинес включил режим виртуальной реальности. Перед внутренним взором развернулась система Бачуна с ее белым солнцем и голубой точкой самого Бачуна, опоясанной серебряным кольцом.
Тоннель приближался. Мартинес напрягся, стараясь почувствовать, что ждет Флот на другой стороне. Его переполняло нервное возбуждение. Сердце, казалось, бьется где-то в горле.
Он понял, что прыжок сквозь тоннель завершен, когда система Бачуна в его мозгу растворилась в кромешной тьме. Он потерял ориентацию, но почти сразу сенсоры начали собирать данные с лазеров запущенных вперед ракет, и постепенно перед Мартинесом раскрылась карта Магарии.
Когда-то, во время поражения при Магарии, Ярлату помешали два газовых гиганта, Барбас и Ринконелл, располагавшиеся между Первым тоннелем и Магарией. Сейчас картина поменялась - Барбас с Ринконеллом ушли по своим орбитам, да и Магария была с другой стороны звезды. Праведный Флот мог проскользнуть мимо Магармы, солнца Магарии, и вихрем ворваться в захваченный врагом мир.
Конечно, если бы не было вражеского флота, чьи корабли вспыхнули на экране Мартинеса россыпью огней далекого фейерверка. Наксиды обогнули Ринконелл и теперь направлялись к солнцу.
Курсы обоих флотов постепенно сходились, и если ничего не изменится, дней через пять они начнут обстреливать друг друга.
Вражеский командующий вел корабли прямо на Торка, как тот и желал.
***
– Лорд капитан, - обратился связист мичман Чой, -
Мартинеса поразила точность расчета. Сообщение пришло через три минуты после входа последнего корабля Праведного Флота в систему Магарии. Наксиды примерно представляли, когда появится Торк, и заранее послали сообщение.
– Давайте посмотрим, - сказал он. Он всё еще поглядывал на тактический экран, опасаясь, что послание всего лишь способ отвлечь лоялистское командование от какой-нибудь каверзы.
В углу экрана появилось изображение наксида, и Мартинес увеличил его. Наксид был немолод, с серыми пятнами на голове, там, где отвалились чешуйки. На нем был расшитый тускло поблескивающими серебряными галунами мундир главнокомандующего. Глаза на плоском лице горели темно-красным.
"Говорит командующий флотом Даксад, - прозвучал властный голос.
– Во имя Праксиса, требую немедленной и безоговорочной капитуляции мятежных анархистских и пиратских кораблей, только что вошедших в систему Магарии. Вы можете показать, что сдаетесь, выпустив все ракеты в межзвездное пространство. Если откажетесь удовлетворить наше требование, вас тут же уничтожит флот под моим командованием. Ожидаю незамедлительного ответа".
Мартинес уже искал сведения о Даксаде в базе "Прославленного". Наксид оказался даже старше Торка, а в отставку ушел на восемь лет раньше. Вероятно, кризис заставил его вновь надеть форму, чтобы заменить злополучного командующего, сбежавшего из Заншаа после падения Верхнего города.
В другом углу экрана Мартинес увидел текстовое сообщение от Чандры: "Вряд ли Торку понравится, что не он первый потребовал сдаться".
"Вряд ли он обрадуется, что его назвали пиратом", - прокомментировал он.
Мартинес был прав. В ответе, тоже посланном по открытому каналу, чтобы весь флот мог им полюбоваться, Торк объявил мятежников предателями и потребовал сдаться. Он приложил запись капитуляции леди Кушдай как напоминание Даксаду о том, что, продолжая войну, он идет наперекор приказам собственного командования, а также правительства и Флота.
Даксад парировал пространной речью, оправдывающей Комитет спасения Праксиса, осудил Праведный Флот как пиратов, уничтоживших станции тоннелей и кольцо Бай-до, и вновь настаивал на капитуляции.
Торк отреагировал еще более витиевато, с экскурсом в историю провозглашения шаа первой Декларации Праксиса на Заншаа, и повторил требование покориться.
В тот вечер Мартинес поужинал и лег спать у себя. Он не думал, что произойдет что-то интересное, пока командующие продолжают полемизировать об идеологии.
Хотя противники сражались только на словесном фронте, дни после захода в Магарию не были спокойными. Мартинеса увлекла череда совещаний с Миши и штабом, с офицерами и мичманами, со штабом Торка и аналитиками из других эскадр. Они беспрерывно проверяли построение вражеских войск, пытаясь разобраться, где приманки, а где корабли. В какой-то момент Чандра выдвинула шокирующее предположение, что это всё фальшивка, а настоящие боевые звездолеты не здесь и, возможно, несутся к ним вслед за облаком из нескольких тысяч ракет, скрытые солнцем Магарии.