Unknown
Шрифт:
Сула раздала щедрые чаевые команде "Сиветты", покинула яхту и в сопровождении слуг ступила на борт "Уверенности". В небольшом пространстве оглушительно загремела фонограмма "Защитников Империи". Лейтенанты вытянулись по стойке смирно, почетный караул торжественно отсалютовал. Сула пожала руку Хэзу, потом, перекрикивая гремящую музыку, ей представили двух других лейтенантов фрегата, леди Ребекку Джове и лорда Павла Икухару.
Корабль был слишком мал для построения всей команды, поэтому половина экипажа собралась в столовой, а остальные застыли в коридорах и
"Лорд Торк, главнокомандующий Единственного Праведного Флота Мщения, - произнесла она последние строчки, с усмешкой добавив: - Подписано его заместителем, лейтенантом лордом Элдиром Моньей".
Она вглядывалась в бесстрастные лица экипажа, собранного из желторотых призывников и седых ветеранов, попавших на флот при экстренной мобилизации. Она решила, что им тоже надо видеть своего капитана, и залезла на стол. Голова коснулась потолка, Сула посмотрела на всех сверху и дала команду "вольно".
– Некоторые из вас подумали, не слишком ли я молода командовать эскадрой. Я согласилась на это по очень простой причине...
– Сула широко взмахнула рукой.
– Я знаю, как убивать наксидов!
В глазах экипажа сверкнуло удивление. Она улыбнулась.
– Я намерена научить вас всему, что знаю о том, как бить врага. Нагрузка прибавится, и легкой жизни не будет, но если постараетесь, то выживете в войне и мы поладим.
Она сделала паузу, выискивая слова попроникновеннее, но решила, что это лишнее.
– Это всё, - кивнула Сула.
В изумленной тишине она спрыгнула со стола. Затем офицеры дали команду "смирно", и перед первым осмотром корабля Хэз представил Суле старшин.
"Уверенность" сильно пострадала во время мятежа на Харзапиде, и это было заметно. Офицерская кают-компания и каюты лейтенантов, обитые роскошным темным деревом, мягко сверкали медью и чуть пахли лимонным полиролем. Но стены поврежденных когда-то частей корабля были закрыты металлическими или пластиковыми листами серого и бледно-зеленого цвета. Проводку и трубы в основном оставили открытыми, а не загородили съемными панелями. Запасы и оборудование хранились в повсюду разбросанных контейнерах, устойчивых к перегрузкам.
Во время проверки Сула не нашла никаких особых нарушений. Она заранее ознакомилась с планом корабля и смогла удивить старшин тем, что знала расположение скрытых полостей и консолей. Она не задавала вопросов, на которые не знала ответ заранее, надеясь так впечатлить всех своим умом.
Инспекция закончилась в ее каюте, спальне размером с гроб и кабинетике с металлическими стенами, полом и потолком, выкрашенными в унылый серый цвет.
Сула не стала тратить времени, оплакивая потерянные при Харзапиде красивые панели и другую роскошь, а сразу села за стол и вставила капитанский ключ. Хэз дал ей пароли, и теперь у нее был полный доступ к кораблю: от сокрушающего планеты оружия до системы утилизации отходов.
– Отлично, - сказала она.
– Благодарю.
На стену над столом Макнамара повесил ружье ПэДжи и самую первую винтовку Сидни Один. Затем он и Спенс занялись трудоемкой распаковкой вещей, формы и скафандра, еды и напитков.
Сула не обращала на них внимания. Она уже планировала завтрашние маневры.
***
Мартинес
И вот наконец Суле доверяют эскадру, что, по мнению Мартинеса, лучше всяких планет. Услышав новость, он с ностальгией вспомнил те дни, когда сам командовал Четырнадцатой эскадрой, и вся слава и почет, в которых он купался на флагмане Миши Чен, померкли в его глазах.
Почти каждую ночь Сула приходила ему во снах, зловещих и страстных, заставляя просыпаться со смешанным чувством сожаления и облегчения. Он включал экран над кроватью и смотрел, как грациозная Терза носит в себе его ребенка, но душа требовала другую женщину.
Время шло. Праведный Флот кружил вокруг Заншаа в ожидании подкрепления и новостей о наксидах. Опасались, что враг воспользуется их же стратегией, разделится на малые группы и начнет рейды в тыл лоялистов. Но ничего не было слышно, и стало ясно, что наксиды засели у Магарии, вероятно, собираясь с силами.
В кои-то веки Мартинес радовался затишью. При выступлении Торку придется оставить часть Флота охранять Заншаа, а значит, понадобится большое количество кораблей, чтобы хватило и на разделение, и на противоборство с окрепшими наксидами.
Дисциплинарные нарушения свидетельствовали о воцарившейся на "Прославленном" скуке. Время от времени офицеры навещали другие корабли, рядовые же сидели на месте безвылазно, и Мартинеса всё больше отвлекало разбирательство драк, воровства и хулиганства.
Конечно, это не стало бы его обязанностью, не напросись он сам. Он заверил команду, что к нему можно будет обратиться по любому вопросу, и хотя у большинства хватило благоразумия не приставать к нему, некоторые в полной мере воспользовались обещанием. Пришлось не только разбирать дисциплинарные нарушения, но и высказываться по денежным вложениям и вопросам брака. Такое не входило в его компетенцию, но в конце концов он начал советовать вложиться в Судостроительную компанию Ларедо и жениться. Свадьбы хотя бы давали возможность устроить на корабле вечеринку и поднять дух экипажа, в отличие от тех случаев, когда два призывника сошли с ума, начали бредить и доктору Цзаю пришлось вколоть им транквилизаторы. Один поправился, но второй по всем признакам останется душевнобольным до конца своих дней. Его отправили домой на курьерском судне.
Близилась к концу беременность Терзы. Он писал ей письма, точнее, электронные факсимиле, а внутри росла нежность, поражавшая его самого. Он не считал себя чувствительным человеком, и тем более таким, что будет вспыхивать от одного воспоминания о почти не знакомой женщине, носящей ребенка, которого он, возможно, никогда не увидит. Он постоянно смотрел видео Терзы и даже оставлял их беззвучно идущими на экране стола, когда не работал.
Однако в снах ему являлась Сула. Наверное, скука и одиночество сказывались на нем не меньше, чем на экипаже.