Уникум
Шрифт:
– Впечатляет, - кивнул Родион.
– И в принципе я тебя, Егорка, понимаю.
Я старался не обращать внимания на твое безумие, но все же говорю тебе определенно: этой особы не должно больше быть в моем доме!
Юлька, не торопясь, огладила юбочку перед зеркалом и проворковала:
– Ты не задерживайся тут, Егорушка, я тебя жду...
Она повернулась к Родиону, загораживающему ей проход в коридор и повелительно приказала:
– Посторонитесь-ка, господин Березин!
Родион хмыкнул и не шевельнулся.
Не успел Егор и
Он напрягся и сжал кулаки. Лицо его слегка покраснело, и Егор мгновенно понял, что брату больно. Однако еще несколько секунд Родион сопротивлялся Юлькиному напору, и Юлька, презрительно фыркнув, отпустила его, протиснулась стороной и юркнула в комнату Егора, оставив братьев в прихожей.
– Иногда мне кажется, что ты нарочно делаешь все мне назло... оцепенело выговорил Родион.
– Я что, не имею право привести девчонку?..
– удивился Егор.
– Я не об этом.
– Что, крепко схватила?
– забеспокоился Егор.
С отрешенным видом Родион закатал левый рукав рубашки. На руке выше локтя уже чернел страшный кровоподтек, словно Родион совсем недавно подставился под удар железного прута. А ведь Юлька всего только несильно толкала его...
– Ох, вот это да...
– ужаснулся Егор, протягивая руку.
– Оставь, - скривился Родион, опуская рукав.
– Извини, босс! Не досмотрел...
– искренне взмолился Егор.
– Плевать...
– буркнул Родион.
– Какая теперь разница? Развлекайтесь.
Я уйду.
– Не уверен, что это хорошая идея!
– Это отличная идея. Хуже будет, Егорушка, если я ненароком заслышу скрип пружин твоего дивана, - серьезно проговорил Родион.
– Отреагирую так, как тебе и в страшном сне не приснится...
– Родион, прекрати издеваться!
– возмутился Егор.
– Побойся Бога, Страж, - грустно усмехнулся Родион.
– Это же вы оба надо мной издеваетесь, неужели не понятно?
Потирая ушибы, Родион удалился к себе. И Егор в который раз уже почувствовал себя со всех сторон виноватым.
Расставаться со своей пассией в угоду брату Егор ни в коем случае не хотел. Но сейчас, увидев поникшие плечи Родиона, Егор вдруг понял, насколько жестоко демонстрировать перед братом свой удачный роман с шустрой красавицей.
Расстроенный Егор направился в свою комнату.
Юлька уже успела включить музыкальный комбайн и теперь развалилась на диване, лежа на животе и болтая ногами в такт музыке.
– Ну зачем, скажи пожалуйста, зачем тебе понадобилось дразнить его?!
– закричал Егор, пиная девушку и освобождая место для себя.
Прижатая к спинке дивана, Юлька игриво взвизгнула, но Егор не собирался устраивать возню.
– Ты же знала, что он зол на тебя, так неужели тебе трудно было подождать меня внизу?!
– рассердился Егор.
– Меня не очень волнует,
– Неврастеник ненормальный...
– Не смей больше ему хамить!
– приказал Егор.
– Он у тебя такой ранимый?
– Юлька скривилась, но вглядевшись в лицо Егора, поспешно пообещала: - Хорошо, впредь я буду повежливее.
Она откинулась назад, призывно глядя на Егора, но он все еще был на взводе и поэтому с досадой отвернулся, успокаиваясь.
Юлька оглядела комнату и уверенно сказала:
– Знаешь, твой брат прав, что гонит меня. Когда я смотрю на такую роскошь, мне начинает казаться, что я на все готова, чтобы здесь поселиться. Я согласна даже родить от тебя...
– Смелая ты женщина, - заметил Егор в ответ на ее полный алчности намек.
– Но я слишком порядочный человек, чтобы позволить тебе свалять дурочку.
Ты же знаешь, все не мое. Эта квартира принадлежит брату, и все прочее тоже...
– И ты сам, похоже, тоже ему принадлежишь, - презрительно фыркнула Юлька.
– Быть уборщицей и кухаркой у знаменитого брата, терпеть его издевательства... И все ради его вшивых денег?
– Мне не нужны его деньги, - серьезно сказал Егор.
– Но он сам так постановил: поскольку все, что я для него делаю, не оставляет мне почти никакого свободного времени, чтобы зарабатывать где-то еще, он платит мне столько, сколько считает нужным... И если честно, вряд ли я нашел бы такие отличные деньги где-то в другом месте.
– Может, ты ему и колыбельные поешь?
– Бывает, - уклончиво усмехнулся Егор.
– И после всего этого еще и женщину не приведи?!
– укоризненно сказала она, качая головой.
– Безобразие! Ездит на тебе, и ножки свесил, а ты его защищаешь!
В прихожей захлопнулась входная дверь.
– Действительно ушел...
– озадаченно проговорил Егор.
– Ничего. Пусть проветрится, - отмахнулась Юлька.
– Да нельзя ему уходить одному, - встревожился Егор.
– Ну конечно. "Забодают его зайцы, злые мухи загрызут..." Мне уже кажется, Егор, что я влюбилась в параноика!
– Юлька не на шутку разгорячилась.
– Неужели ты всю жизнь будешь на него пахать и дрожать за каждый его шаг?! Ты даже не параноик, ты просто-напросто холуй!
Возможно, пару лет назад, такие горячие слова оставили бы Егора равнодушным, но сейчас неприятное словечко обожгло словно пощечиной. Однако терять хладнокровие ему не хотелось, и он твердо возразил:
– Я не холуй, Юлька. Я - Страж.
– Ба-атюшки! Да таких стражей - рубль за ведро! По барам шатаются, работу ищут...
– пожала плечами Юлька.
– Ты не понимаешь...
– нетерпеливо начал Егор.
– И понимать не хочу!.. Надоело спорить!
– неожиданно заявила Юлька, прищурившись.
– И вообще, я пришла сюда не о нем разговаривать! Я думала, ты меня хоть поцелуешь прежде, чем читать нотации о том, как мне вести себя с откровенными хамами!.. Обними-ка меня!