Укус скорпиона
Шрифт:
– Вот оно! – остановился Бруно.
– Не может быть! – воскликнул я. – Мне казалось, что никогда не дойдем.
– Ты думаешь, у меня сил больше, чем у тебя? Милые коллеги вконец замордовали меня своими вопросиками. И чтобы этого не повторилось, надо спешить, пока нам не перекрыли все пути к отступлению.
– Тогда чего мы стоим? Пожалуем в Южную Америку времен конкисты!
Я толкнул дверь, и мы окунулись в экипировочный сегмент.
– Так, – пробормотал Бруно, разглядывая меню атрибутов. – Что тут у нас есть? Ага! Одежда
– А из вооружения что возьмем?
– Бери меч и аркебузу.
– Аркебузу? – переспросил я.
– Ну да. Это фитильное ружье тех времен, заряжавшееся с дула. Ничего лучшего здесь не предлагают.
– Да, – вздохнул я, – жалко, что «узи» лежит сейчас вместе с моим бренным телом в тесном чулане. С ним я чувствую себя как-то спокойней.
– Ерунда. Что может случиться с матрицей? Ну, покалечит нас малость. Не убьет же, – отмахнулся Бруно.
– Совсем ничего, – хмыкнул я. – Только в самый неподходящий момент нас может выкинуть обратно в буфер. Тогда начинай все сначала.
– А ты постарайся, чтобы тебя в виртале не угробили, и все будет в порядке. Ладно, переодевайся, и не забудь надеть шлем и панцирь. Мы, как никак, конкистадоры, что в переводе с испанского означает «завоеватели». Ну а если серьезно, вся эта мишура нам не понадобится. В этой игре задействованы одни графобы, кроме нас попасть в нее никто не может. Заберем шлемы и смоемся.
– Зачем же вся эта дребедень? – тряхнул я тяжеленным ружьем, – Ладно, не имея шлема в обычную игру без экипировки не попадешь, но ты же говоришь, что здесь особый случай.
– Для маскировки, – ухмыльнулся Бруно. – Или ты хочешь, чтобы окружающие обратили внимание на двух придурков, собирающихся играть в неподобающем одеянии?
Однако, все сразу пошло наперекосяк. В мире «Конкистадора» двигались войска, дымились костры, стлались за всадниками шлейфы пыли…
– Что за ерунда? – недоумевал Бруно. – Рейверов кроме нас здесь нет, кто же дал команду на начало игры?
– Может, кто-нибудь из наших тоже потерял шлем и опередил нас? – уныло предположил я.
– Маловероятно… Однако, хочешь не хочешь, а чтобы найти шлемы, придется включаться в охоту за золотом инков.
– Всю жизнь только об этом и мечтал! – вздохнул я.
…Перед нами простирался странный город. Глиняные хижины, крытые соломой, соседствовали с дивными домами, сложенными из плотно подогнанных каменных глыб. Большую треугольную площадь окружали просторные, хотя и приземистые строения, похожие на современные казармы. Чуть поодаль, на холме застыла каменная крепость, а дальше – еще одна, обнесенная тремя рядами высоких стен.
– Кахамарка, – сказал Писарро. – Вот мы и достигли цели. Атауальпа со своими воинами рядом. Завтра будет великий день, да благослови нас Господь!
С этими словами сто пятьдесят конкистадоров
– Улицы пусты, – хмуро сказал Бруно. – Никто не встречает Франциско Писарро и его головорезов, к которым мы нынче с тобой «имеем честь» принадлежать.
– Да ладно тебе, – сказал я. – Берешь все так близко к сердцу, будто это происходит в реальности, и ты пришел превратить в прах целую цивилизацию.
– Спешиться! – пронеслось над нами, едва мы въехали на площадь. – Выставить сторожевые посты.
Забряцало оружие, заржали кони, предчувствуя долгожданный отдых.
– Де Сото к Писарро! – вновь разнеслось над площадью.
Мы принялись расседлывать коней, но не успели. Де Сото вернулся.
– Пятнадцать человек со мной! – выкрикнул он. – Надо проведать Великого инка, – и он смачно сплюнул себе под ноги.
Снова мы были в седле. Признаться, своего зада я уже не чувствовал, хотя прошло не более трех часов, как мы оказались среди испанского воинства, покинув экипировочный сегмент. Утомленные кони недовольно ржали, но все же слушались ударов шпор, и вскоре малочисленный отряд, выбравшись из города, оказался на дороге, ведущей к горам, где был разбит военный лагерь инков. И тут наш отряд догнал брат Писарро Эрнандо с двадцатью солдатами.
– Что случилось? – спросил де Сото.
– Франциско решил укрепить посольство, – улыбнулся Эрнандо. – Мало ли, что придет на ум этим варварам.
– Мудрое решение, – кивнул де Сото, прекрасно понимая, что теперь отрядом командует не он, а значит, Франциско в который раз выказывает ему свое недоверие.
– Я имею не меньше прав получать лучший кусок при дележе добычи, чем эти чертовы братья, – пробормотал де Сото. – Нет же, они забирают себе самое лучшее и ценное. Да и слава покорителей Нового Света будет принадлежать не мне, а им. Разве это справедливо?
Но в этот миг впереди показалась река, а за нею – тысячи и тысячи перуанских воинов, выстроившихся в боевые порядки. У меня даже дух захватило, от этого величественного зрелища.
«Ну программисты, ну молодцы, – подумал я. – Постарались. Впечатляет».
– Вперед! – крикнул Эрнандо. – Мы почти у цели!.
И мы на полном скаку влетели в реку, хотя рядом был мост.
– Бр-р-р, – я заклацал зубами, – они что, сдурели? К чему нам холодные ванны?
– Писарро боится, что на мосту ему могут устроить ловушку, – пояснил Бруно. – А, вообще, программисты, видимо, решили ни на шаг не отходить в сторону от реально происходивших почти полтысячелетия назад событий.
– Что б их… – собрался выругаться я, но тут же с облегчением увидел, что мой конь почти выбрался на противоположный берег.