Укус скорпиона
Шрифт:
Сюзи кивнула, и тут я увидел слезы на ее щеках.
– Ты… Ты вернешься? – прошептала она.
Я удивленно посмотрел на нее.
– Ну… не знаю. Наверное. Правда, не сейчас, не сегодня. Я не совсем свободен в своих поступках.
– Прошу тебя, возвращайся!
Сюзан бросилась мне на шею.
– Что с тобой, детка? – окончательно растерялся я.
– Я… Я не знаю, – шептала она. – Не знаю… Просто давно никто не был со мной так добр, как ты.
«Не хватало еще, чтобы эта девочка в меня влюбилась…» – подумал я, потом осторожно отстранил Сюзи от себя, надел шлем и сказал:
– Помни,
С этим словами я нырнул в виртуальность.
В локальной сети я быстро отыскал буфер подсоединения к обычной телефонной магистрали и, немножко повозившись, понял все же как им пользоваться.
Через несколько секунд я вошел в магистральный туннель, хотя и не такой большой, как трансатлантический, по которому мы попали в Англию. Затем секунд двадцать ушло на то, чтобы ввести в компьютер приказ на отслеживание нужного мне телефонного звонка и теперь оставалось только ждать.
Но вместе с ожиданием ко мне пришел и страх. В тот миг, когда у меня возникла мысль проникнуть в МИ-5 через виртал, я прекрасно помнил, что говорил Бруно о путешествиях по виртуальному кабелю без транспортного модуля. Но других идей у меня просто не было, и потому я решил рискнуть, о чем сейчас очень и очень жалел. Вернее – не просто жалел, а проклинал себя за то, что в мою безмозглую голову пришла такая бредовая мыслишка.
Кажется, еще Александр Македонский придумал набирать в свое войско солдат, предварительно проверив их на «испуг». Перед носом новобранца неожиданно мелькало лезвие меча, и если человек бледнел, цепенея, его отбраковывали, если же становился пунцовым, но пытался отразить удар, то его ждала великая карьера в армии покорителя мира. Меня Александр служить к себе взял бы наверняка. Вот только карьеру я бы не сделал – покойникам она ни к чему…
Я, начал отступать обратно к переходному сегменту. Оставалось только руку протянуть…
– Поступил звонок, – сказал компьютер, словно вынес приговор, и меня в ту же секунду бросило вперед со скоростью стартующей межконтинентальной ракеты.
– Не-е-ет! – только и успел пропищать я.
В раю оказалось так же, как в виртуальности – тот же туннель, только по нему порхали ангелы. Они пели задушевные песни.
«Может быть, Бог создал нашу Вселенную, сидя за клавиатурой компьютера? – поймал я себя на совершенно дикой мысли. – А почему бы и нет? Надо бы об этом пораспросить у сведущих людей…»
– Идите ко мне, я здесь! – позвал я ангелов, и они обернулись на мой крик.
Я приподнял голову, стараясь рассмотреть их получше и почувствовал острую боль в плече. В глазах на миг потемнело и, когда я вновь обрел способность видеть, то осознал, что ко мне приближаются вовсе не ангелы, а какие-то люди в белых хламидах и с автоматами в руках.
И тут я понял, что попал именно туда, куда стремился, раз уж меня встречают в виртале с оружием. Значит, они смогли отследить мое прибытие в их сеть, а это плохо. Это очень и очень плохо. Я потерял фактор внезапности, и еще, наверное, долго провалялся в беспамятстве, коль они успели выслать сюда спецгруппу.
«Ну и Бог с ними, – подумал я. – Шлемов на них нет,
– Выход! – приказал я компьютеру, и тут же очутился в просторной комнате со стеллажами и большим столом, за которым восседала импозантная дама с изящными очками на толстом, мясистом носу.
В комнате было две двери. На одной из них красовалась табличка:
Бен Берримор
приемные дни: понедельник и среда
– Ага! – сказал я и включил свой лазерный клинок.
Сзади раздался звук падающего стула и удара чего-то более тяжелого о деревянный пол. Я даже не оглянулся на даму, зная что у секретарш сотрясения мозга не бывает.
Толкнув ногой дверь, я вошел в кабинет такой большой, что дверной скрип еще долго висел в воздухе противным эхом. В кабинете оказалось полно народу. За длинным полированным столом сидели и штатские, и люди в форме, убеленные сединами и наоборот, симпатичные и не очень, но я тут же понял, кто из них Берримор. И не потому, что у него было самое солидное брюшко или самый орлиный взгляд, не потому, что он был выше других ростом и имел самые длинные усы, просто он сидел во главе стола.
– Руки вверх! – сказал я, и лишь теперь на меня обратили внимание.
Мой меч, казалось, парализовал их. Они не могли отвести от него взора, как кролики от пасти удава, и, благодаря их замешательству, я смог приблизится к Берримору почти вплотную.
– Это не все, – сказал я, вытаскивая из кобуры лазерный пистолет и делая в портрете какой-то дамы с короной на голове аккуратненькую дырочку величиной с арбуз. – Вот что у меня есть еще. Так что попрошу без лишних телодвижений. Я ненадолго, сделаю свои дела и уйду восвояси. Но скажу честно, лучше меня не злить, я человек нервный, с детства замученный кока-колой.
– Американец? – промычал Берримор.
– Угу, – кивнул я. – А раз вы поняли, с кем имеете дело, то попрошу немедленно отдать распоряжение, чтобы сюда незамедлительно привели моего товарища, которого вы этой ночью наглым образом решили отвлечь от весьма важных дел. Я жду! Через каждые пять минут здесь будет появляться по одному трупу. Это вас устраивает?
– Нет, – прохрипел Берримор, потом снял трубку телефона и рявкнул нее: – Приведите арестованного американца!
«Интересно, сколько пролежит в обмороке дама из приемной? Не подняла бы она тревоги…» – подумал я, поглядывая то на часы, то на все это кодло, которое не хуже бластера прожигало во мне дырки своими глазищами.
Прошло три минуты, четыре, четыре с половиной, а Бруно все не было. Неужели придется стрелять? Черт, я ведь не убийца, но если я не сдержу обещания, они разорвут меня на куски. Просто руками разорвут. У, рожи злые, просто жуть! А ведь как хорошо, что они не таскают с собой повсюду оружия, уже бы давно пристрелили, за всеми ведь не углядишь.
– Пять минут, – сказал Берримор, исподлобья глядя на меня.
– Намек понял, – как можно кровожаднее улыбнулся я, делая в воздухе фортели мечом. – Ну, кто смелый, кто готов сложить голову на плахе?